(не)моё чудовище (СИ)

Да и музыка тут ничего так. Бодрит. И воодушевляет.
Тело начинает двигаться словно само собой, подчиняясь ритму и мелодике. Сначала скованно. Неторопливо. Сажато. Но с каждой минутой расслабляюсь все больше и больше, чувствуя влияние атмосферы и энергетики. Сознание постепенно уплывает, наполняется легкостью и неким отрешением, а потом и вовсе как будто переключается в режим“отцепитесь все, я отдыхаю”.
И вот я уже стою, прикрыв глаза и полностью погрузившись в незамысловатую музыку. Извиваюсь торсом, переступаю на своих длинных, но устойчивых каблуках и провожу ладонями в соблазнительных движениях по плечам и корпусу. Покачиваю в такт бедрами. Сгибаю колени и развратно оттопыриваю задницу. А изогнув шею, откидываю назад голову. Уверена, то еще зрелище.
Я прямо таки чувствую взгляды на себе. Хотя это может и самовнушение. Но Махловский точно смотрит на меня. И вряд ли одобряет мое поведение.
Те еще танцы на углях.
Но какое мне дело? Я пришла кайфовать. И отрываться. Все делаю для того, чтобы абстрагироваться и поймать нужную волну.
Мне это нужно.
Мне это остро необходимо.
Я хочу отвлечься. Хотя бы временно. Хотя бы чуть-чуть.
Забыться.
Потеряться.
И плевать, как это выглядит со стороны.
Лишь бы позволить себе хотя бы немного побыть в небытии - в месте, в котором нет ни тревог, ни обид.
Только ощущение собственного превосходства и жизни.
Этого мне вполне достаточно.
И да. Как подсказывает опыт - чтобы как следует покайфовать, нет нужны вливать в себя алкоголь.
Я продолжаю танцевать до тех пор, пока лодыжки не сводит судорогой от перенапряжения, а пот не начинает струиться по спине, заставляя ткань платья противно липнуть к коже. Продолжая оставаться “на волне”, я отправляюсь на поиски туалета. Освежиться мне определенно не помешает.
Вот на пути туда меня и отлавливает Махловский.
Ну блин!
- Детка! Ты прелесть! - внезапно перекрикивает музыку парень, прижавшись ртом к моему уху для лучшей слышимости. Но получается слишком уж громко.
- Паш! Не сейчас! - говорю я ему недовольно, отклоняясь в сторону, - Мне в дамскую комнату надо. Не до тебя сейчас…
- А я решил присоединится к тебе, - будто не слыша меня, заявляет Паша, - Детка, давай потанцуем!
- Обязательно. Я только в туалет схожу. И вернусь. Хорошо?
- Хорошо, детка. Только не задерживайся, - пьяно улыбается Махловский.
Стоять… Пьяно?! А когда он накидаться-то успел?! Он же вообще не пьющий!
Хотя… Какое мне дело-то? У меня вообще план был. И надо его придерживаться.
Итак… Где тут туалет?
  
41. Лев
 
Оределенно, я впервые в такой ситуации. В такой… неоднозначности. И… в таком смятении. Хочется, с одной стороны, рвануть к Самойловой, которую, к своему стыду, я на время выкинул из своей головы, занятый делами. А с другой - остаться на месте и просто понаблюдать. Непонятно зачем, правда. Что я, маньяк, что ли?
В итоге - остаюсь на своем балкончике. Только от официантки отмахиваюсь и отправляю прочь. Девчонка понимающей оказалась - испарилась мгновенно.
А я, как маньяк какой-то, вперился в вошедшую в клуб пару, безотрывно и жадно разглядывая молодую женщину в непривычно женственном и сексуальном облике. Ведь даже не признал сразу, при всем ее таком стильном-красивом наряде и при макияже.
Наблюдаю за тем, как она со своей парой поднимается наверх. И как они там что-то празднуют. А еще целуются.
Вот же хрень!
Раздражение вспыхивает во мне со страшной и непонятной силой и хочется тут же вскочить на ноги и рвануть туда, где этот гребанный мажорчик мацает мою женщину.
И я даже успеваю приподняться. Но тут же одергиваю себя, потому что понимаю - а что я, собственно, сделаю? И на что именно элементарно имею право?
Вот именно. Ни на что.
Я сам оставил Нику в деревне. Сообщение какое-то отправил. Возможно, обнадежил. Возможно, на время успокоил.
Но сам в итоге все просрал.
Что она обо мне сейчас может думать? На что рассчитывать?
 
Вряд ли на что-то позитивное и приятное.
А все почему?
Да потому что я редкостный придурок. Ну, или просто старческий маразм подкрался незаметно. Одно другому, в общем, нисколько не мешает.
Но кое-что, конечно, не может не радовать. С места, где я расположился, видно, что Нике ухаживания ее кавалера не то, чтобы прям очень приятны. Не видно ни удовольствия, ни отклика с ее стороны. Зато она как-то слишком поспешно поднимается и идет на танцпол.
Вот удивила так удивила.
И я прилично и надолго залипаю на извивающуюся под музыку девушку.
О, она хороша! Настолько хороша, что я даже поддаюсь вперед и облокачиваюсь на перила, ведь меня и правда завораживает это зрелище.
А ведь нельзя, конечно, сказать, что среди прочих девушек, собравшихся здесь, она самая привлекательная. Есть девчонки и повыше. И постройнее. И поярче. Но чего у Ники не отнять, так это женственности и уверенности. Ей определенно плевать, как она выглядит на фоне остальных. Плевать и на то, что она отличается от местного контингента. Увидеть разницу между ней, обычной работающей девушкой, решившей развеяться в таком дорогом клубе, и праздно живущими селебрити, нет никакой сложности. Делает ее почти скромной. Незаметной.
Но только не в моих глазах.
Никого желаннее Самойловой я сейчас не вижу. И не любоваться ее фигурой - с пышной грудью и бедрами и тонкой осиновой талией - я просто не могу.
Как по мне - идеальная фигура. Сочная. Мягкая.
И, как мне уже известно, принадлежавшая крайне отзывчивой и страстной натуре, от которой очень трудно отказаться.
Да и не хочется, кстати говоря.
Но меня все равно что-то сдерживает. И я остаюсь сидеть за столиком, не поднимаясь и не приближаясь.
Черт. Надо что-то срочно придумать.
Надо срочно исправлять ситуацию.
Но и рвануть, как малосольный подросток, вниз, чтобы вот так, сходу, предстать перед Самойловой во всей красе, я не могу.
Не поймет. Не обрадуется. Возмутиться.
Почему-то я уверен, что получу именно такие реакции на свое появление.
Но и бездействовать по-прежнему нельзя.
Тогда что делать-то?
Я чувствую себя попросту каким-то дебилом. Идиотом.
Я, который с нуля поднял свой бизнес и сейчас обладает охрененным состоянием. Я, который с легкостью перекусывал хребет более мелких рыбешек в строительной сфере и порой в буквальном смысле ставивший на карачки не самых крепких и умных соперников.
Я, который, в конце концов, может с легкостью получить в свое распоряжении таких красоток и таких обалденных баб, что это уже давно потеряло смысл и понимание настоящей красоты и истинной женственности.
Это ведь даже жутко.
Живешь себе, живешь. Уже состоявшийся мужик, уже с давно сформировавшимися приоритетами и мировоззрением. И тут - бац! Появляется какая-то вертихвостка и начинает всё валится, как домино. Уверенность в себе. В своем рассудке. Самомнение и гордость. Разум и логика.
Ну не бред?
Бред!
Попахивает шизофренией.
Или просто старческим маразмом?
Ну ведь не такой же я и старый. Разве нет?
Плевать.
Я пошел.
Вот только пока я сидел и какого-то хрена размышлял и компосировал собственный мозг, Самойлова уже куда-то подевалась. Как?!
Серьезно?!
Вот же она - только что танцевала, подставляя лицо под разноцветные блики и соблазнительно качая бедрами. Народ на месте. Я даже замечаю краем глаза Махловского, какого-то хрена спустившегося на танцпол. Правда, в общей вакханалии он участия не принимает и даже наоборот - стоит в сторонке, хмурится и брутально держит руки на груди.
И только я собрался пройти мимо - к барной стойке, где бы спокойно себе дождался возвращения Самойловой, этот поцык замечает меня. Без сомнений, удивляется и вроде бы как даже радуется, как ребенок. И быстрее, чем я успел отреагировать, направляется ко мне, как ледокол.