(не)моё чудовище (СИ)
- Эй! Это что - сеанс психоанализа?!
- Ни в коем случае. Но что в тебе не так, малышка?
- В смысле?
- Вчерашний звонок от твоего хахаля. Как ты могла связаться с таким дебилом?
Подобные реплики всегда выбешивают. Даже если они звучат от близких тебе людей. А Смирнов… Он вот нихрена не близкий. И в чем тогда разница между ним и Махловским? Что тот, что этот… Они оба просто хотят секса.
И когда вот так вот просто оценивают твои действия…
Что ж, это неприятно.
- Махловский не дебил, - говорю я, нахмурившись, - Просто… самовлюбленный и избалованный богатыми родителями мажор, которому почти всё в жизни давалось просто так, без особого усердия.
- Один хрен.
- Не один. Я знала, с кем связываюсь и чего мне ждать. Да, вчерашняя его выходка выбивается из общей картины, не понимаю, что на него нашло… Наверное, приревновал… Он или кто-то еще видел нас вместе и сделал определенные выводы…
- Какая разница? Нормальный мужик не будет звонить и нести подобную ахинею. И если он действительно дорожит женщиной, то будет разбираться с соперником, а не поливать женщину грязью.
- А вы знаете, как действовать в подобной ситуации, Лав Маркович? - саркастически интересуюсь я, - Частенько сражались с кем-то за внимание одной и той же дамы?
- Представляешь, ни разу!
Ну да, куда ему… Такому и сражаться не надо - девушки и так падут ему в ноженьки от силы его обаяния. Если, конечно, выбрит и одет он будет, как сейчас. А не как лесничий или какой-нибудь разнорабочий…
Но ведь даже в образе чудища лесного Смирнов тоже очень харизматичен. Все-таки дело не только в одежде… Он большой и сильный. И пусть сначала производит впечатление неотесанного чурбана, на деле чувствуется в нем какая-то… опора и надежность, к которым тянешься, как к теплому камину в зимний морозный вечер.
- Допустим, - киваю я, отгоняя непрошеные мысли, - Видимо, чаще всего ты был тем, за кого дамы устраивали кошачьи драки?
- Вероника… - гулким и понизившимся голосом зовет мужчина меня по имени и от его тона у меня внутри что-то мощно ухает, - Зачем?
- Что - зачем? - переспрашиваю я на автомате.
- Зачем ты пытаешься найти проблему там, где ее нет?
- Да я просто разговор поддерживаю, ничего особенного…
- Нет, заяц. Ты противоречишь самой себе. Или же боишься.
- Это не так!
Еще как “так”! Проницательный, сволочь!
- Хорошо. Мы как раз приехали. Незачем портить день подобной беседой.
И ты чертовски прав, чудовище!
55. Лев
А Самойлова смогла вывести меня из себя! Разозлила, заставила выйти из себя, почувствовать беспокойное раздражение…
Все эти вопросы, эти дерзкие выпады и гордые взгляды исподлобья…
Какая же она все-таки обиженная жизнью девочка, несмотря на все свои потуги жить и выглядеть независимо и самостоятельно…
Да и я хорош.
Ну зачем я все это говорю?
Зачем упомянул хренова мажорчика?
Решил жизни поучить? Ткнуть Нику в ее же ошибки?
Как будто она без меня о них ничего не знает… Ага, щаз… Да и кто из нас никогда не совершал ошибки?
А ведь все начиналось так хорошо…
Боится. Эта девочка страшно боится всего на свете. И мужчин в том числе. Вот и цепляется за работу, как за спасательный круг.
Между прочим, очень знакомая ситуация.
Я сам всегда работал, как проклятый. И теперь хочу только одного - спокойствия и уединения. И простого, домашнего такого уюта, который не может устроить и дюжина вышколенного.
Степаныч не зря сказал - пора, брат, обзаводиться семьей. Но как это устроить? Не пальцем же щелкнуть или не повестись на наманикюренный пальчик какой-нибудь очередной Евы-Анжелы-Ангелины?
Девочка права - порой человека знаешь всю жизнь, а оказывается - вот нихрена не знаешь.
И в самый неподходящий момент он такой фортель может провести, что только “караул!” и кричи.
Любовь… Брак… Семья…
Вот те женские определенности, к которым большинство баб тянется.
Но сейчас, в эпоху капитализма, трудно понять, кто из них реально этого хочет. Хочет любви. Хочет дом и семью со всеми вытекающими - совместными ужинами и выходными, соплями-подгузниками вечно орущего младенца, а потом и гормональными всплесками пубертата подросшего детеныша. С обязательными ссорами и сценами - куда ж без них? И взаимными обвинениями - ты уделяешь мне слишком мало времени!
Божечки… И откуда я только этого понабрался?
И как далеко, оказывается, я уже смотрю!
И снова, мать ее, Ника права - я из той категории людей, которые привыкли вечно прогнозировать и анализировать все вероятные шансы. Поэтому, вот - прогнозирую. Прям в картинках могу себе представить - мой Юрьевский дом, всё тот же, прежний, и в то же время неуловимо изменившийся из-за живущей там одной особы. Какие-то штучки и детали, типа тапочек на входе, ваз с цветами, горшочками фиалок на подоконниках и впопыхах брошенной на диван сумочки.
А в спальне - женский туалетный столик со всеми этими косметическими приблудами типа баночками, тюбиками и расческами. В шкафу - платьишки, юбочки и блузочки, а в ванной - пахнущие цветочным парфюмом полотенце и махровый халат, а еще ряды шампуней и кондиционеров, которые так необходимы девушкам.
Раньше подобный склад меня раздражал. А сейчас, представив… умилился.
Но это не все.
Я с легкостью представляю себе одну из гостевых комнат, переделанную под детскую. То, как стоит мебель… в какой цвет покрашены стены… даже где и как в беспорядке валяются игрушки - машинки и медвежата, пистолеты и резинки-бантики.
Двое. Двоих хочу. Чтоб и мальчишка был, оторва и сорви-голова, и девчонка - голубоглазая и деловитая, как мать.
Летом мы вчетвером полетели бы на моря. И малышня бы носилась по белому песку, плескалась бы в воде с дутыми нарукавниками, а их мать, с обеспокоенным выражением лица, тащила бы их на берег, чтобы обсушить и намазать солнцезащитным кремом…
И представить в этой роли Нику нереально просто. Хотя пока я и не знаю - а сама-то она хочет детей? А захочет ли, убравшись из города, вести уединенный образ жизни в провинции? Она сама откровенно высказалась по поводу своей работы - для нее она в приоритете.
Ну, в такой случае, можно и в Москве обосноваться. Но не в той квартире, что служит для меня пристанищем во время пребывания в белокаменной, а в другой, в одном из построенном компанией комплексе. Эта квартира не просто большая - она огромная, двухуровневая, с полноценной террасой вместо балкона и даже выходом на крышу. Да-да, отжал себе лучший метр в комплексе, могу себе позволить. Да и вклад какой-никакой…
А чувства…
Я ж циник. Чувства в стиле “аля-улю, жить не могу, как люблю” - это, наверное, все-таки не про меня. Но эмоций все равно предостаточно. Преимущественно - эгоистичных и собственнических. А еще желаний - как глубоко физических, так и вполне себе невинных и нежных типа заботы и беспокойства за самочувствие и мысли девушки.
Несмотря на свою прямолинейность, девочка явно постоянно себя накручивает.
Несмотря на отзывчивость - все равно чувствует неуверенность и видит во всем подвох.
Я дурак, раз задал вопрос: “И что в тебе не так?”
Нормальная баба страшно обидится на подобную предъяву.
И Самойлова тоже обиделась, хотя почти и не показала вида.
Вот же черт…
Хотел же по-человечески… по-нормальному…
Но, видимо, давно во мне отсохло это самое “человеческое” и “нормальное”.
Привык брать свое, даже если оно и не принадлежит мне.
Ведь это просто! Нравится - хватай. Не нравится - за борт.
Грубо и жестко. И действенно. И сметает к черту все иллюзии.
А девочки - они трепетные и нежные. Это жесть как бьет по их розовым замкам, оставляя зияющую дыру.
Бронепоезд- так однажды назвала меня Ника.
Не она первая, между прочим.
Но ведь так лучше, разве нет? Мгновенно расставляет все точки на Ё.