(не)моё чудовище (СИ)

- Ты еще такая молоденькая… Такая маленькая… А уже такая депрессия, - без капли сарказма или смеха замечает Лев.
- Я успела привязаться к тебе, - сделав вид, что не услышала его, продолжаю я. И одновременно поглаживаю мужчину по его волосам. - Сильнее, чем хотелось. Давно я не испытывала… так много всего. Но к Ангелине, между прочим, никакой ревности не почувствовала. И меня это… испугало.
Лев молчит, но мне кажется, что мысленно он спрашивает: “Почему?”
- Не знаю, - отвечаю я на этот неозвученный вопрос. И продолжаю, - Но я испугалась того, что могу проглядеть твои измены. Ведь мне далеко до подобных красавиц, знающих себе цену и отлично умеющих вести себя с такими, как ты… И в момент, когда я все узнаю… Я ж этого не переживу.
- Мне очень нравится твоя откровенность.
Лев освобождает свою голову от моего захвата и снова откидывается назад. Его глаза темные - темнее, чем обычно, - но смотрят серьезно, без капли обычной в этих случаях похоти.
- Ты не умеешь врать, малыш. И когда ты подо мной - очень откровенна в своих чувствах и желаниях. Мне это безумно нравится. Поэтому я могу сказать - несмотря на наше короткое знакомство, я узнал о тебе все необходимое. Мне кажется, ты из той категории женщин, которые, выбрав мужчину, будет с ним до конца. И в горе, и в радости, будь они неладны. И в случае боя будешь прикрывать тыл и подавать патроны.
Мое сердце от этих слов снова болезненно сжимается. Я кладу ладони на скулы Льва и нежно их оглаживаю. Они гладкие и очень выразительные - как будто из мрамора выточены. Провожу большим пальцем по носу - длинному, твердому, но аккуратному.
Касаюсь и губ - полных и мягких, почти женских. И Лев неожиданно обхватывает фалангу и вбирает в рот.
- Ой, - выдыхаю я непроизвольно.
При этом я жадно всматриваюсь в лицо Смирнова, как совсем недавно - он сам разглядывал мое.
***
Позже мы едем на мою квартиру и действительно перевозим кое-какие вещи. Перед тем, как покинуть свое жилище, я оглядываю его, но никаких особенных чувств не испытываю. Всего за сутки мое естество решило, что мое место - там, где Лев. И пусть это лишь временное его обиталище - на время его пребывания в Москве, я уже чувствую себя если не хозяйкой, то частью стального, пропитанного Смирновской энергетикой пространства - точно.
И мне это до странного нравится.
Нравятся мне и будни, последовавшие за “медовыми” выходными с моим чудовищем. Как и раньше, я езжу на работу. Погружаюсь с головой в заботы и дела, привычно игнорируя идиотские выходки Даны и мило беседуя с начальницей обо все и не о чем одновременно.
А вечером Лев забирает меня на своей машине. Иногда сам, иногда с водителем. Пару раз мы ужинаем в ресторане, но чаще все-таки дома. Во вторник у меня начинаются месячные и мне приходится ходить в белье. Однако это не останавливает Смирнова, и он поражает мое воображение не только невероятно нежным обращением, но всякими извращениями, от которых я раз за разом словно возношусь в небеса.
И ведь не брезгует!
А после того, как они едва-едва заканчиваются, Смирнов устраивает мне такой сексмарафон, что на следующий день я едва переставляю ноги. Но я не жалуюсь. К тому же Лев получает до странного дикое удовольствие таскать меня на руках.
Конечно, мои тревоги никуда не делись, хотя в затопивших меня ощущениях счастья и удовлетворения очень легко потеряться. Но когда Смирнов рядом, когда вот так притягивает к себе, обнимает, ласкает, причем секусуального подтекста и без продолжения - будто домашнюю кошку, я чувствую себя… правильно.
Да, правильно. Что так оно и надо. Что по-другому и не может быть.
Но ведь подобное не может продолжать долго, верно? Это все эйфория, чувства, эмоции…
Быт, обычный и серый, рано или поздно должен настигнуть меня. А с ним - и холод. И отчуждение. И пресность.
… О своей работе Лев практически ничего не рассказывает. Но я вижу - там какие-то проблемы. Однако, если мое “чудовище” и раздражен, то меня от этого ограждает. И всегда без исключения нежен и заботлив, будто я - маленькая и хрупкая девочка.
 
Да он же меня так и называет:
“Моя девочка”
“Малыш”
“Детка”
И куда как реже по имени -“Ника”.
***
В день, когда мы едем в ЗАГС подавать заявление, в Москве начинается неожиданно сильный снегопад. К тому моменту, как мы подходим к белому изящному зданию, моя дубленка и волосы покрыты сверкающими хлопьями, и Лев сам старательно отряхивает их, по ходу делу жамкая меня на самой грани приличий. А ведь на попе и под подолом платья у меня никакого снега нет! Но мое озабоченное “чудовище” это не волнует.
После незамысловатой процедуры Лев везет меня в “Ромео”, где я встречаю не только администратора Катерину, но и ее мужа - высокого, стройного и очень привлекательного молодого мужчину с темными волосами и глазами. Не увидеть между супругами невероятно сильных чувств и энергию просто невозможно - нить между ними ощущается на физическом уровне. И да, мне “повезло” увидеть и расписанную раннее эмоциональную и при этом очень чувственную перепалку, расписанную ранее Львом. Но после обеда я увидела и бурное примирение - с жадными и далеко от целомудрия поцелуями и объятиями.
Мой будущий муж говорил, что у них трое детей. И на подходе четвертый.
И если после стольких лет брака их отношения до сих пор столь горячи…
Что ж…
Наверное, у нас со Львом есть шанс.
… В тот вечер мы занимаемся любовью особенно страстно и при этом нежно. Нет, Лев не признается в любви, не клянется в верности и прочей розовой чепухе.
Но его прикосновения… его поцелуи и объятия… Мне кажется, они говорят больше, чем слова.
И нет, это не просто похоть. Хотя без нее, конечно, никуда. Темная, обжигающая, всепоглощающая…
Лев действительно деспот. Но деспот щедрый, внимательный и умелый. Каким бы самовлюбленным эгоистом он не был, в постели он сказочный любовник.
Сказочный… Да…
Не принц.
Но чудовище.
Мое чудовище.
  
Эпилог
 
Спустя год. Лев
Я не сдерживаюсь - матюкаюсь громко и со вкусом. А сидящий рядом со мной Артемьев улыбается - понимающе и безобразно широко.
Но понимаю - ни он, ни водитель Алексей не виноваты в пробках.
Как и слякости за окном.
А ведь год назад Москва была белой от выпавшего снега…
Чтобы отвлечься, я включаю смартфон и проглядываю сообщения от малышки:
10:42“Еду в скорой. Не волнуйся. И не думай срываться с совещания”
10:59“Палата супер. Медсестричка новенькая. Врач сейчас подойдет. Все идет нормально. Не волнуйся”
11:32“Схватки участились. Смирнов-младший торопиться, как и его папка”
11:52“Погнали! Телефон оставляю, если что, звони в регистратуру. Полет нормальный”
А между этими полными оптимизма и силы сообщениями - мои ответы. Короткие и лаконичные. Но полные моей безмерной любви к жене:
10:44“Хорошо. Люблю вас”
11:01“Волнуюсь. Уже еду. Думаю о тебе и хочу поскорее оказаться рядом”
11:35“Ты самая лучшая, детка. Самая сильная и самая любимая. Ты справишься. Обожаю тебя!”
11:53“Малышка, я скоро буду! Я так сильно тебя люблю!”
Да, я обожаю свою жену! И безумно ее люблю, черт возьми! Я без нее дышать не могу, и голова перестает соображать, если вдруг что-то идет не так, как положено!
А за прошедшие месяцы таких моментов, увы, было много.
Как я и подозревал, моя девочка, несмотря на свою готовность уволиться и обосноваться в Юрьево, предпочла остаться в Москве. А я и спорить не стал, уважая ее выбор строить карьеру.
Мы поженились тихо, без помпезности и шика - опять же, так пожелала Ника. Хотя было и платье, и фотосессия по московским достопримечательностям, и праздничный банкет в закрытом для посетителей по такому случаю “Ромео”. Гостей - всего дюжина и всё прошло в рамках приличий.