Неудобный наследник (СИ)

В общем, Инобал не явились. Зато свадьба удалась. Деньги и вино текли рекой. Отец все больше мрачнел, но из упрямства продолжал растягивать этот фарс. По хорошему, ему следовало отпустить Магну с Астом к её новой семье. Пока призрачный хер над пустым столом родственников жениха, который положили Инобал на эту свадьбу, не стал достаточно материальным, чтобы его смогли разглядеть вообще все. Но говорить это я ему не буду. От этого у отца, совершенно точно, полыхнет. И хорошо, если пострадает только его кресло. К тому же я неплохо проводил время — ел, пил, веселился. Флиртовал с молодыми девушками из знатных и не очень семей, которые так и вились вокруг меня. И Гонората. Последний, кстати, против обыкновения общался больше со всякими подозрительными хмырями и редко сидел рядом с нами за столом.
Единственный минус — после застолья, двое специально приставленных телохранителей семьи отводили меня в городскую ратушу и запирали в башне до утра. Жаль. Мне кажется, что если бы я мог остаться до поздней ночи на свободе, то смог бы минимум пару раз потерять девственность в этом мире. Но увы…
Сегодня был четырнадцатый день непрерывного праздника. Яркий, сочный, солнечный день. Заканчивалась вторая неделя свадьбы, но я был готов продолжать еще пару недель. Молодой организм и целебная магия поддерживали у меня силы и настроение. Да и вино тут было довольно слабое. К тому же, спал я почти до обеда. Солнце било в глаза. Я сладко потянулся, ловя остатки сладкого и интересного сна. Который снился мне на протяжении этих двух недель уже раз пять. Я его забывал, поэтому решил записать. Вспомнив об этом, резко открыл глаза. Странный сон каждый раз стремительно развеивался из памяти. Я скатился с самодельной кровати из нескольких досок, лежащих на бревнах. При этом застланных поистине царской периной. Бросился к лежащему на каменном полу свитку, схватил приготовленное перо, лихорадочно открыл глиняную чернильницу и начал царапать на бумаге, оставляя ужасные кляксы — неплотно чернильницу прикрыл, подсохли чернила.
Почувствовав, что я не один, я поднял глаза и увидел рожу Пера, сына Нотча.
— Не замечал ранее за вами страсти к сочинительству, — внезапно мягко сказал Пер. — Ко мне во сне тоже иногда приходит вдохновение…
Что он тут делает, в моей камере, прямо с утра?
— У меня есть просьба от вашего отца, — словно ответил на мой немой вопрос Пер. — Одевайтесь.
Я ничего не ответил. И перевел взгляд на бумагу. Даже если это и было вдохновение, то увы, я никак не могу его записать. Как я уже говорил, этот сон снился мне за последние две недели раз пять. Но каждый раз я забывал его, помня только лес. Именно поэтому пару дней назад я решил записать его с утра, чтобы не забыть. Хороший же план, согласитесь? И конечно же, этот план не выдержал столкновения с реальностью. Сначала пару дней сон мне не снился. Но я терпеливо, как собака ждущая когда упадет еда со стола, ждал. И вот, момент истины — я перечитал то, что успел записать, ловя остатки ускользающих видений: “Много зеленого, белый мрамор, голая девка”. Последнее меня заинтересовало особенно сильно, но как я не пытался, никакого образа в голове больше не всплывало. Я помнил только то, что проснувшись, думал только о том, чтобы не забыть голую девку.
— Бред какой-то, — прокомментировал я вслух.
— Это досадно, — сочувственно кивнул Пер. — Не оставляйте попыток, молодой сеньор, однажды слова обязательно сложатся нужным образом.
И тут я запоздало понял, о чем там Пер толкует. Я с удивлением посмотрел на этого угрюмого бойца. С таким лицом можно забивать коров на бойне или… Ну или работать на моего отца, конечно. Но точно не искать поэтического вдохновения. Однако Пер уже отвернулся, бросив через плечо:
— Сегодня утром приезжают почетные гости. Вы в свите встречающих, ваш отец велел вам быть доброжелательным и побольше улыбаться. Вечером запланирован турнир пеших. Ваше присутствие обязательно. Но от участия вы откажитесь.
— Почему?! — вскинулся я.
Надо понимать, что по большей части Магна учили двум вещам. Как быть Итвис и как убивать людей. Это смежные дисциплины. Но тут важно именно последнее. Представьте себе спортсмена, который с детства только и делал, что готовился. Тренировался, день за днем, годами. В моем случае — махать мечом и бить копьем с коня. И вот, приходит день соревнований, а ему не разрешают. Пропустить конный турнир я был и сам не против — слишком уж часто там были серьезные травмы. К тому же, я все же наказан. Но вот пеший… Мне стало обидно до слез.
 
— Там будет участвовать ваш брат. И ваш отец опасается, что вы попытаетесь убить друг друга, — бесхитростно ответил Пер.
Я так удивился, что аж застыл на полу с открытым ртом. Можно было сделать такое заявление пятьюстами разными способами, включая самый идиотский — попросту остановиться, не договаривая про “убить”. Но вот так, в лоб, сказать правду... Да еще и такую… Пер или совсем дурак, или кристально честный человек. В понимании Магна это было синонимами.
— Проследите, чтобы молодой сеньор был готов как можно скорее — последнее было адресовано двум гвардейцам в цветах Итвис, стоящих у двери. — Новые гости уже начали прибывать.
— Пришлите мне пару нормальных слуг, я устал одеваться сам! — крикнул я ему вдогонку капризным голосом. Пер сделал вид что ничего не слышал и молча вышел. На самом деле в моем требовании было не так много каприза — честно говоря, одеваться в местный аристократический костюм самому требовало изрядных усилий. Натягивание длинных кавалерийских сапог со шпорами вообще тянуло на отдельное физическое упражнение.
В дверь проскользнул хмурый слуга, который обычно прислуживал отцу, принес тазик с мыльной водой, в которой плавали лепестки цветов, и полотенце. И молча начал помогать мне с одеждой.
В общем опасения Пера были не напрасны — выехать из ратуши я был готов не раньше, чем через час. Как раз, к обеду. На улицах меня захлестнул поток смеющихся подвыпивших людей. Новоприбывшие гости ожидали моего появления за воротами — взаимное приветствие входило в официальную часть. Я выражал незнакомцам искреннюю радость от их появления, они вежливо восхищались городом и праздником, мне представляли пунцовых от смущения молодых девушек — в этой веренице лиц и осторожных слов я потерял времени и сил не меньше, чем от обувания в десять пар сапогов подряд. Позавтракать мне удалось только к ближе к вечеру. И то, потому что начался турнир.
Предупреждения Пера были не напрасны — ко мне тут же обратился кто-то из наших вассалов с призывом поучаствовать в турнире.
— Я еще не оправился от ран, — ответил я. — Но я буду участвовать в следующем. Так что это последний турнир, который вы еще можете выиграть! Не упустите своего шанса.
Нет ничего более вежливого, чем поддаться сюзерену в дружеском спортивном состязании. Вон, в моем мире умудрялись даже в хоккее ловко упасть. А пропустить красивый удар в поединке от которого можно не менее красиво рухнуть — не только вежливо, но и для карьеры полезно. Хотя, шутить на эту тему, пожалуй было с моей стороны не очень вежливо.
Окружающие, после короткой паузы, вежливо посмеялись, и больше не донимали меня вопросами. Отец так и не появился, поэтому турнир выпало открывать мне.
Я немного побаивался, что мой отказ от участия будет выглядеть некрасиво. Но, к моему удивлению, оказалось что это дало аристократам хороший повод отказаться самим. Возня пешим в грязи никогда не была престижной, хоть и всегда была частью войны. Даже Гонорат не вызвался, хотя я знал, как он любил использовать любой повод поджарить людей. Конечно, это только турнир, и смертельные удары магией тут запрещены, но…
Кстати, а где Гонорат? А вон он. Сидит не в нашей ложе, а с какими то хмырями за другим столом. И, внезапно, рядом с ним дядя Эмилий. Эти двое рядом? Меня кольнуло беспокойство, но остановиться и подумать времени не было — мне уже протянули посох Короля Турнира и пригласили в центр ристалища.
Участников было около сотни. Ни одного действительно знатного (читай богатого) — сплошь рыцари и оруженосцы. И среди последних — Лучано. Я с трудом вернул на губы улыбку — вот этого ублюдка я бы точно попытался убить.