Неудобный наследник (СИ)

Многие из аристократов ставили на Лучано — тот и в самом деле держался мастерски. Все еще ни разу не пустив в дело магию, сберегая её для финального боя, он умудрился ни разу не искупаться в пыли, оставаясь одним из нескольких, все еще относительно чистых, бойцов. Его поединки были быстры и красивы в своей эффективности. Некоторые болели и за обладателя “Т” образного выреза на шлеме — магия всегда привлекала людей.
В следующем круге на поединки выходили по четыре пары одновременно. Осмотревшись, я понял, что всё внимание людей приковано к ристалищу. Тогда я встал и направился к Асту и Магне. За мной потянулась скромная свита — распорядитель турнира, пара приставленных ко мне гвардейцев, слуга отца который увязался за мной еще от ратуши — он не выпускал из рук кувшин жутко кислого вина. И я пил вино только из этого кувшина. Ну, такие у нас семейные традиции. Пара каких-то еще типов, которые то ли набивались мне в друзья, то ли под шумок пытались покормиться с моего стола. Две девушки с которыми я на днях флиртовал, их дуэньи, два двоюродных брата, один троюродный, один очень пьяненький “дядя” — брат мачехи, который громко кричал мне хвалебные тосты, и вообще меня раздражал. Я подозревал, что он приставлен ко мне от семьи мачехи, присматривать.
Короче, пробрался я по тихому через столы к месту новобрачных. Подвинув плечом воина в цветах моей семьи, который до последнего никак не мог решить, нужно ли меня попытаться остановить.
Аст встал мне навстречу. Он оказался широкоплечим и высоким. В строгой, но дорогой, зеленом с золотом, одежде. Волевой подбородок. Твердый, спокойный взгляд. Смотрит с улыбкой, дружелюбно. И стоит вроде как не агрессивно. И одновременно перекрывает мне путь к моей сестре. Я оценил этот жест, как правильный.
Понимая, что на нас сейчас скорее всего смотрит половина из присутствующих, я приблизился к нему и сказал почти у самого его уха:
— Ты не мог бы подвинуться? Я бы хотел поговорить с сестрой.
— Нет, — спокойно ответил он.
— Астик, это Магн. Гонорат это другой мой брат. Ты поймешь, когда увидишь, — дернула его за рукав Магна. Но осталась сидеть, не пытаясь прорваться ко мне. А она бы обязательно так сделала, если бы в похожей ситуации с ней был я. Быстро он её выдрессировал.
Аст внимательно посмотрел на меня.
— Просто поговорить? — спросил он. Во мне начало подниматься раздражение. Словно почувствовав это, он добавил. — Простите мне мое недоверие, но у меня есть основание полагать, что вы хотите наказать свою сестру за то, в чем она не виновата. Если это так, то вот я, причина всех ваших несчастий.
Какой приятный молодой человек. Но раздражение не улеглось. А продолжало тлеть внутри, накаляясь, как уголь костра на ветру.
— Магна, — обратился я через плечо её жениха к сестре на прямую, подозревая, что могу сорваться и наговорить гадостей. А мне нужны любые союзники. — Попроси своего Астика сесть на место.
— Аст, ты не мог бы подпустить ко мне моего любимого брата, — скромно потупив глазки, проворковала Магна.
Аст смерил меня долгим взглядом, но все же отступил. Не опустившись, впрочем, в свое кресло.
Я осторожно встал на колено рядом с креслом сестры, взял её за руку, заглянул в глаза.
— Ну, как у тебя дела? — сказал я, после паузы.
— Ты должен простить моего мужа, — “мужа” она произнесла с нажимом. — Просто… Ко мне ночью, ещё на прошлой неделе, пытались прорваться Гонорат с Боркумом… Стража растерялась… К счастью кто-то из слуг успел предупредить Пера. И он пришел, уже когда они начали рубить дверь в узилище Аста… то есть, комнату…
“Дебилы, бл…” — пролетело в моей голове. И тут же Магн вычленил в словах сестры нестыковку.
— Подожди. Так они хотели прорваться к тебе, а рубили дверь к Асту? — переспросил я.
— Как оказалось, мой муж умеет говорить не только комплименты, но и оскорбления, — Магна совсем по-простецки гыгыкнула. — Он назвал Гонората…
— Моя милая роза, те слова слова были не для ваших ушей, и уж тем более, не стоит их повторять на людях, — положил Аст свою ладонь на другую руку Магны. Та смущенно кивнула, и тут же затараторила в своей привычной манере. — А еще, представляешь, это он сам писал мне все те стихи. Те, что были в письмах! Он даже сочинил для меня еще несколько. Я говорила ему слово, а он вплетал его в стих…
 
— И эти стихи были только для ваших ушей, моя сеньора, — вставил Аст, как мне показалось, тоже слегка смущенно.
— А на днях мне рассказали, что Астик в прошлом году победил самого Белого Рыцаря в дружеском поединке. Дважды! — продолжала щебетать сестренка.
Белый Рыцарь — тип в белых доспехах на огромном белоснежном жеребце. Искатель из Королевства Фрей, взявший года три назад главный приз на турнире в Таэне. Это сделало его человеком унизившим всю аристократию Регенства, и вместе с тем, самым желанным гостем во всех богатых домах Регентства. Одновременно. Не спрашивайте меня, как это работает, я не знаю.
Я внимательно вгляделся в глаза Магны. Они буквально лучились от радости. Я кивнул, похлопал её по руке и встал. Влюбленная женщина может часами рассказывать о своем избраннике. Надеюсь, я еще успею её послушать. Раздражение внутри развеялось, как дым сигареты на ветру.
Я взял со стола перед Астом два бокала, выплеснул остатки того, что в них было, небрежно протянул их назад. Не знаю, какие акробатические пируэты выполнил за моей спиной слуга с кувшином, учитывая что вокруг нас люди как в маршрутке стоят, но уже через пару секунд в бокалах было вино. Я протянул один бокал Асту.
— Давайте выпьем? — предложил я.
— Только не до дна. Я редко пью, а мне надо сохранять… Трезвость, — осторожно закончил он. Видимо, хотел сказать “бдительность”. Похвальное стремление.
Я кивнул, и пригубил из своего бокала. Фууу, ну и кислятина. И вкус во рту остается с тобой на долгие минуты, расцветая полутонами. Впрочем, послевкусие уже терпимее, отдает ягодами какими-то. Привыкаю.
— Это прекрасное вино! — уважительно произнес Аст. Я отобрал у него бокал, и поставил его вместе со своим на стол. А потом раскрыл объятья. Аст, после секундного колебания, меня обнял. Вокруг послышались одобрительные крики. Не уверен, что это реакция на наши объятия, может на ристалище кто-то ловко одолел своего противника. Впрочем, пообниматься с Астом мне хотелось не потому, что он такой красивый, а потому, что это единственный способ сказать кому-то слова, которые услышит только он. Способ, отработанный годами на сестре.
— Моя сестра счастлива, — сказал я Асту в ухо. Задавил желание вставить “выглядит счастливой”, или “мне кажется выглядит счастливой”. Сейчас надо быть точным и уверенным. Аст отстранился и сказал вполголоса:
— Счастливые женщины в семье Инобал не такое уж редкое явление. Не стоит удивляться, — он едва заметно улыбнулся. Язвит, скотина охомутанная. Я снова привлек его к себе и, похлопывая по спине, прошептал:
— Если она будет оставаться счастливой и впредь, ты не найдешь более преданного союзника, чем я.
Я отстранился от Аста, похлопал его теперь по плечу и отправился обратно на свое место.
Счастье Магны для меня было очень важно. И сейчас оно полностью зависело от её мужа. Конечно, случись что, её бы приютила наша семья… Но… Тут были сотни "но"… Мне требовалось как-то поддержать сестру и посмотреть поближе на Аста. Я долго думал, что сказать жениху сестры. Угрожать ему не имело смысла — в угрозах признанным мастером был отец. Да и Аст слишком хорошо держался для человека, которого можно запугать. Поэтому я попытался зайти с другой стороны, и пообещать ему выгоду. Увы, пока мне обещать было нечего, поэтому я пообещал ему всё. И ничего. Этого должно хватить. На первое время.
Пока я ходил туда и обратно, играя роль радушного хозяина и периодически останавливаясь поболтать и поулыбаться, успело завершиться еще два круга поединков. Теперь претендентов осталось всего четверо. Лучано, рыцарь-иллюзионист и парень со сковородой. Этим последним, неожиданно, оказался никто иной как Фредерико. Он поднял забрало шлема, которое до этого держал опущенным и смотрел на меня так, будто мы не знакомы. Зачем он тут? Ради приза? Славы? Или это его способ подобраться ко мне поближе и поговорить? Вообще-то он мне торчит полторы штуки дукатов. Или год службы. Так что хорошо, что пришел. Я не стал никак показывать, что узнал его. Четвертым был тот самый ледовик в закрытом шлеме. Я успел вернуться как раз к тому моменту, когда они выстроились напротив меня. Тоже освященная временем традиция — сейчас, перед финальным заходом, они могли заменить оружие или без потери лица отказаться от дальнейших поединков, если слишком устали или были ранены. Или, даже, заменить себя другим рыцарем — не спрашивайте, это рыцарские штуки, вам не понять.