Неудобный наследник (СИ)

Остальные удваивают усилия, с остервенением кромсая Пса. Кто-то срывает уродливую кожаную маску и я вижу залитое кровью лицо слуги, который ходил с винным кувшином за мной на пиру. Это было… Сегодня?
Он тоже видит меня. Смотрит прямо мне в глаза и пытается что-то сказать. Из его рта вылетает только кровь, но я читаю по губам — “Беги!”.
Этот безмолвный приказ, словно пощечина, приводит меня в себя. Я вздрагиваю, бросаю взгляд в сторону отца — Пер и остальные тащат его прочь, за спасительные двери Большой гостиной. А прямо ко мне бежит Лучано. На нем шлем, в руке молот, в другой щит. Я разворачиваюсь и бегу к двери в свои покои. До них совсем немного, но я наталкиваюсь на стражников, которые должны их охранять. Почему они покинули пост? Не удержались и решили посмотреть, что происходит?
— Пьеро! Назад! — кричу я старшему.
— Простите молодой сеньор, но теперь я слушаю не вас, — ответил он и ударил меня копьем.
Короткое, тяжелое копье — хороший инструмент в узких коридорах против одоспешенного противника. Прекрасное оружие, в данной ситуации. К несчастью для Пьеро, я молод, гибок и без доспехов. И поэтому легко уклоняюсь. Отвожу второй удар лезвием меча и достаю кинжал. Пьеро не такой быстрый противник, к каким я привык на тренировочных поединках. К тому же, второй стражник мешкает — старается меня обойти. Кажется, я очень растерян — иначе я не могу объяснить, почему я пытаюсь протиснуться мимо двух предателей дальше к своей двери. Видимо, по инерции. В результате, оказываюсь перед двумя одоспешенными противниками с длинным оружием, да еще и прижатым к стене. Очень опасная ситуация.
Они, может, не так хорошо натренированы, но не глупы и опытны. Они не торопятся, ждут удобного момента. Я пытаюсь придумать, что сказать, но в голове бьется только острое сожаление, что я не могу выпустить огонь и сжечь этих гадов на месте.
Внезапно один из стражников оборачивается, пытается поднять копье, но не успевает — из темноты выбегает Лучано, и бьет его шипом на конце своего молота в лицо, заставляя сделать шаг назад. Стражник успевает отбить выпад, но слегка растерян. Видно, что он пытается понять, что произошло и восстановить равновесие. Это занимает не дольше секунды, но и этого слишком много — боевой молот Лучано врезается ему в колено и с хрустом его ломает. Стражник страшно визжит и падает.
Пьеро пытается воспользоваться тем, что я отвлекся, и сократить своих противников на одного. Он делает обманный выпад мне в горло и тут же, в ноги. Я отклоняюсь от первого и отвожу клинком меча второй. Резко сокращаю дистанцию, скользя мимо копья, как учили, и втыкаю Пьеро свой кинжал чуть ниже носа, прямо в центр роскошных усов. Обожаю открытые шлемы. На врагах.
Это болезненная, но не смертельная рана — в последний момент Пьеро попытался разорвать дистанцию, и отойти назад, поэтому мой кинжал вошел сантиметра на два, не больше. Я слышу сухой треск ломающейся кости. Пьеро роняет копье, хватается руками за лицо и бежит прочь. Уворачивается от боевого молота Лучано, подбегает к каменным перилам и переваливается через них. Оказывается, я все это время преследую его и тыкаю мечом в защищенную кольчугой спину. Нет бы по ногам рубануть. Чот я сегодня туплю. Не выспался, наверно.
Тяжело дыша я заглядываю за перила. Рядом появляется Лучано. Мы смотрим вниз. Внизу Пьеро ползет прочь. Одна нога у него согнута в колене назад. Очень неприятный перелом, как мне кажется.
— Никаких тебе больше приключений, сука, — говорю я ему в спину, по-русски. Блин, кажется у меня акцент.
Лучано смотрит на меня, хмурится, но тут его отвлекают крики и свет факелов — по галерее к нам приближаются темные фигуры.
Мы бросаемся к дверям в мою комнату. Тарабаним в неё. Потом я догадываюсь потянуть её на себя — она не заперта. Мы заскакиваем внутрь. В открытую дверь вонзается арбалетный болт. Но мы с Лучано успеваем закрыть её и накинуть засов до того, как до неё добираются нападающие. Тяжело дыша, опускаемся на пол, привалившись к стенам по бокам от двери, глядя друг на друга.
 
— Что происходит, Магн? — слышу я звенящий от напряжения, как перетянутая струна, голосок сестры. Я поворачиваюсь к ней и пытаюсь улыбнуться. Надо сказать что-то успокаивающее, одобряющее…
— Поместье захвачено, вас всех хотят убить, — говорит Лучано.
Я собрался было пнуть его со всей злости по ноге, но меня отвлекают глухие удары — кто-то рубит мою дверь. Кажется, топорами.
 Глава 16. Красное на белом 
Под размеренный грохот ударов по двери и ругательства нападавших, я собрал себя вместе. Медленно досчитал до десяти, глядя как лицо сестры наливается мертвенной бледностью — это было видно даже в полутьме, еле разгоняемой десятком свечей.
— Надо подтащить кровать к двери! — заорал Сперат. Он уже был одет, в руках мой богато украшенный охотничий арбалет, на бедре колчан с болтами, поперек живота широкий меч горожанина. — И сундуки! Ща подопрём кроватью, заставим сундуками и они сюда никогда не ввалятся!
Им и не надо. Надо просто немного расковырять древесину и поджечь дверь снаружи. Но это я подумал, а вслух сказал:
— Не ори! Стой тут, следи за дверью.
Во-первых, это не поможет, во-вторых, у меня есть запасной вариант. Пер не зря послал меня сюда. Он сразу понял, что карты выпали не в нашу пользу. Предполагал, что отец…
Собравшись морально, я собрал себя и физически — встал с пола. Помог подняться Лучано. Кольчуга почти не ощущается на теле, при должном навыке, но всё равно это тяжёлая штука. Понимаешь, когда надо встать. С мыслями так тоже иногда бывает. Оказывается тяжёлыми, если расслабишься, и сильно тянут вниз когда надо встать и идти дальше. Положив руки на меч я расправил плечи и приказал Лучано:
— Иди за мной! — а Сперату: — Следи за дверью.
Аст приобнял Магну, тихонько увел её вглубь комнаты и посадил на кровать. Я недовольно отметил, что в его руках она стала успокаиваться. В руке Аст по прежнему сжимал кочергу. Увесистая, конечно, штука… Я, проходя мимо, протянул наследнику Инобал свой кинжал. Витиеватая гарда в виде побегов роз, закрывающая руку, и толстый, широкий клинок сантиметров тридцать — этот кинжал был создан для того, чтобы отводить удары даже тяжелого оружия. Заколоть им трудно. Тяжеловат для быстрых выпадов. Но ранить можно. Пьеро не даст соврать.
— Благодарю вас за щедрость, — слегка покривил губы Аст, но кинжал мой взял.
Я прихватил со стола пару свечей и пошел в туалет. Нетерпеливо позвал:
— Лучано! Сюда!
Мой оруженосец настороженно посмотрел на меня и отправился следом. Нет, вытирать своим сеньорам задницу в семье Итвис не принято. Тем более, оруженосцам. Тут мне вспомнился отец. Ладно, не всем сеньорам, по крайней мере. Да и вообще, для этого есть паж, в конце концов. Моменты уединенного размышления в туалете, привычные мне по прежней жизни, для Магна были не столь привычны — вокруг него всегда была свора прихлебателей, замечал он это, или нет. Но, все же, не настолько. Поэтому Лучано и насторожился, когда я его позвал, но не сильно. Возможно решил, что я хочу ему что-то сказать наедине — он осторожно прикрыл за собой дверь. Но я уже поставил свечи на пол и возился рядом со стульчаком.
Тяжеленая дубовая доска с прорезью не хотела двигаться с места, как я её не дергал.
— Что встал, как у Аста на Магну, давай, помоги мне! — натужно прохрипел я.
— С чем? — все еще опасливо спросил Лучано.
— Подними доску, — прошипел я.
Лучано осторожно прислонил к стене щит и молот, подошел ко мне. Кажется понял, что я хочу сделать. Отодвинул меня в сторону, приноровился и с тихим скрипом вырвал доску из каменных пазов. На нас пахнуло запахом застарелого говна. Я подумал, что надо бы слугам дать нагоняй за то, что плохо чистят отхожие места.
— Боюсь, мой сеньор, через это вам не ускользнуть, — с сомнением сказал Лучано, рассматривая дыру в каменной ступени.
Как устроены средневековые туалеты? Обычно — никак, господа гадят в красивую посуду (или не очень, в зависимости от степени личного эстетства) а уже эту посуду слуги уносят и сливают в специальные бочки. Потому как удобрения штука в хозяйстве нужная. На удобрение всякий помет пойдет. Но есть варианты сбора этого важного ресурса. Например, можно сделать комнатку с дырой, в которую ты скидываешь все для тебя лично лишнее, а дыра выводит это все лишнее из внутренних помещений, за стену. А там, прям как на декоративном водостоке, стоит каменная горгулья и изрыгает это все лишнее в бочку, подставленную снизу. Так гораздо удобнее — не надо вверх и вниз по дому с вонючими горшками бегать. Вот и моя спальня таким чудом технологии и оснащена.