Скованные одной цепью 2, или Ты мне не муж! (СИ)

— Знаю. А теперь лучше помолчи. Эй, все! Расступитесь! Донесите Даро до кровати и снимите с него кольчугу!
Дайш одним из первых подхватил раненого вора на руки. Шагая за ними, я мысленно подбирала заклинание, которое позволило бы Даро продержаться до прихода настоящего хирурга, и проклинала себя за то, что за прошедший месяц не разобралась в магии исцеления чуть лучше, понадеявшись на скорое возвращение Эфры в команду. Никакая моя магия желаний не сравнится со знаниями профессионального колдуна-целителя.
Но часть моего сознания, наблюдавшая за тем, с какой показательной бережностью Дайш несет Даро, в этот момент поражалась лицемерию нанимателя. Так играть на публику, когда он сам же наверняка подстроил ранение…
Затем вора уложили в кровать, и время на посторонние мысли у меня закончилось. Не надо было разбираться в медицине, чтобы понимать: рана у Даро опасная, а хирург, чтоб его, где-то задерживался, хотя за ним послали сразу же. Должно быть, слишком крепко спал, хотя мы предупреждали, что вызвать можем и ночью. Когда он наконец-то примчался, я уже почти выдохлась, но отправилась в собственную спальню, лишь когда врач сообщил, что Даро, безо всяких сомнений, выживет.
Эта новость принесла двойное облегчение. Первое: я не потеряю еще одного боевого товарища, а Трейси, мнущаяся возле двери и кусающая локти, — своего возлюбленного. Второе: может, Дайш ничего и не подстраивал. Может, все это действительно случайность. Может…
На этой полумысли я и заснула.
Разбудила меня тряска. Я вздрогнула, обнаружив у себя на плече морщинистую руку с выступающими венами. Когда зрение прояснилось и я поняла, что надо мной всего лишь Эно, легче не стало. Я резко отодвинулась и повыше натянула на себя одеяло, а затем, прищурившись спросонья, оглянулась на ставни.
Судя по пробивающемуся сквозь них яркому свету, за окнами уже давно наступил день. Сколько же я дрыхла? А ведь собиралась пораньше встать, подготовиться к серьезному разговору с Дайшем.
— Ты что тут делаешь? — неласково поинтересовалась я у Эно.
— Вы не слышали через дверь, как я вас зову, — мрачно ответил он. — Вставайте, господин вас ждет в кабинете.
— Сейчас буду.
Но подниматься с кровати я не торопилась, даже после того как слуга ушел. Вместо этого я села и медленно оглядела комнату, в которой жила последний месяц. Комод, на который теперь было неприятно смотреть, завален вещами, в углу из-за нехватки места висит «звездное» платье, подаренное Дайшем, на полке потрепанные книги по магии, у стены несколько пар обуви, из шкатулки торчат амулеты, которые я прихватила у Удавки.
Так странно — два года жизни в этом мире, и так немного вещей, которые я могу назвать своими. В убежище, да и в бывшем особняке Валареса, меня не держало ничего. Прав был Дайш, когда говорил, что дом — это не место на карте, но все-таки сердце дрогнуло при виде привычной картины.
Стряхнув с себя навалившееся оцепенение, я потянулась за одеждой. На самом деле решение принято уже давно. Пускаться в рассуждения теперь — только зря колоть сердце отравленными иголками.
Поэтому вскоре я стояла в кабинете, перед столом, по-военному широко расставив ноги и сцепив за спиной ладони. Дайш работал над какими-то бумагами, но, стоило мне войти, сразу убрал их в ящик и сконцентрировал внимание на мне.
— Готова дать ответ?
Я украдкой вздохнула. Что бы ни произошло, Дайш оставался собой. Ни «доброго утра», ни «как настроение», сразу к делу.
О том, что прошедшей ночью он ввалился в дом пыльный и смертельно уставший, не говорило ни одной черты в его облике. За несколько часов Дайш отдохнул, привел себя в порядок и выглядел, как всегда, подтянуто и щеголевато. Вон, даже накрахмаленный белый платок аккуратно торчит из кармана, добавляя костюму нужный акцент.
На предстоящее путешествие по Оси намекали лишь следы свежей уборки в кабинете — перебранные, переставленные книги на полках и папки с документами в шкафах. Многие артефакты, прежде выставленные на всеобщее обозрение, исчезли. Очевидно, Дайш перестраховался и на время своего отсутствия спрятал все, что можно было использовать против него.
 
Не спрашивая разрешения, я подтянула свободное кресло и села напротив Дайша.
— Между нами сложились несправедливые отношения, ты это осознаешь?
Он склонил голову набок и слегка нахмурился.
— Не вполне понимаю, о чем ты.
— О том, что неважно, какой я сейчас дам ответ, потому что я связана по рукам и ногам магическим договором. Ты со мной можешь делать все что угодно, а я даже отбиться от тебя не имею права. Договор запрещает причинять тебе вред.
— А ты так хочешь причинить мне вред?
Я криво улыбнулась в ответ. Такие игры не пройдут.
— Не ломай комедию. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Тебе не кажется, что я заслужила хоть немного честности с твоей стороны?
Дайш откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.
— Все, что я делал и что теперь тебе кажется несправедливым, было сделано ради тебя самой. Ты недовольна тем, что я скрыл от тебя правду о твоем происхождении? Отлично, представим, что я бы два года назад сразу же выдал, что в тебе течет божественная кровь. Скажи, пожалуйста, что бы ты делала с этой правдой?
Я пожала плечами.
— Какая разница? Главное, что я бы ее знала.
Он поморщился.
— Нет, разница есть, и я знаю, что бы ты сделала. Ничего, Лия. Ни-че-го. Потому что для настоящей богини, такой как Элизия, Аннелена и любая другая из тех богинь, кто наряду с Андремаксом творил наш мир, ты слишком слаба. Ты колдуешь несколько иначе, чем обычные маги, и осваиваешь сложные заклинания в разы быстрее, но ты все равно уступаешь некоторым гильдейским магам, не говоря уже о главном королевском волшебнике. Сколько тебе понадобится, чтобы превзойти их по мощи? Годы? Или у тебя вообще это не выйдет? — Дайш покачал головой. — В стремлении найти своих родственников ты могла бы потерять уйму времени и ничего не добиться. А сейчас посмотри на себя — благодаря мне ты стала мастером темных искусств.
Мои пальцы затарабанили по подлокотнику. Конечно, куда ни глянь, за всё я должна сказать Дайшу спасибо!
— Предоставь мне самой решать, что для меня хорошо, а что плохо.
— Ладно, — он приподнял руки, сдаваясь. — И чего ты сейчас хочешь? Как, по-твоему, было бы справедливо с тобой поступить?
— Дай мне завершить условия договора.
Дайш помолчал, глядя на меня.
— И всё? — удивленно спросил он через какое-то время.
Ногти выстукали по подлокотнику очередную дробь.
— А ты думал, я у тебя мешок золота попрошу?
— Ну, нет, но… — Дайш усмехнулся, пожав плечом. — Наверное, я слишком привык работать с другой стороной закона, поэтому ожидал чего-то другого. Ты, как всегда, умеешь удивить.
— На жизнь я и сама заработать смогу, — ответила я. — Надеюсь на это, по крайней мере. А то, что на мне висит долг, мне не нравится. Я честно выполнила все условия договора, доставила тебе все предметы. Последнее задание пропущено только потому, что ты так захотел. Мне очень хочется верить, что ты сделал это действительно из-за заботы обо мне, а не затем, чтобы я не смогла закрыть договор и он висел на мне до скончания веков. Ты говорил, что последним предметом был камень? Дай мне его. Пусть я доставлю его тебе хотя бы символически.
Он снова сдвинул брови над переносицей, но в этот раз потемнело все его лицо.
— И что дальше? Потребуешь от меня, чтобы я тут же сдержал свою часть договора? Отправил тебя домой — и плевать на мою просьбу о помощи на Оси?
Новой дроби на подлокотнике не зазвучало — ладонь сама собой сжалась в кулак.
Дайш, конечно же, в первую очередь задумался о том, что он не получит свою выгоду. И это с учетом того, что я безвозмездно пахала на него два года — за еду и кров над головой.
— Я хочу честности, Дайш, — ровным, насколько смогла, голосом произнесла я. — Мне нужно знать, что ты не используешь условия договора против меня. Вот и все. Помнится, в «Королевском пути» ты сказал, что мы вообще можем разорвать этот договор? Так почему бы так и не поступить, тем более если ты хочешь, чтобы я стала твоей женой? Какие могут быть магические цепи между супругами? Мы же не эльфийский династический брак заключаем.