Варрэн-Лин: Сердце Стаи (СИ)

Но особенно стыдно было перед Вожаком. Она знала, что, если Шторос снова надумает повторить то, что сделал сегодня ночью, то она не сможет остаться равнодушной. И тогда Вожак поймет, какая она, на самом деле, испорченная. Думать об этом было просто невыносимо. Почему он не прикажет оставить ее в покое? Почему так внимательно смотрит и ничего не говорит? Динка умоляюще посмотрела Вожаку в глаза, едва сдерживаясь, чтобы не протянуть к нему руки. Но он не обращал внимания на ее состояние. Его взгляд блуждал по ее телу, а по невозмутимому лицу ничего нельзя было прочитать.
Шторос подхватил ее под ягодицы и усадил верхом на разведенные бедра Тирсвада, а сам пристроился сзади Динки между ногами товарища, прижимаясь животом к ее спине, а пахом к ее ягодицам.
— Не надо! Отпусти меня! — захныкала Динка, забившись между двумя мужскими телами.
— Заткни ее, — грубо попросил Шторос у Тирсвада, запуская ладони Динке подмышки и накрывая ими обе ее груди.
Динка не успела пикнуть, как большой клыкастый рот накрыл ее губы, между ними скользнул жесткий властный язык и толкнулся в сомкнутые зубы.
Страх холодной липкой жижей заливал все ее тело. Динка втягивала воздух носом, но дыхания катастрофически не хватало. Из пучины ужаса ее выдернули незнакомые ранее телесные ощущения.
От груди и сосков по телу разливалась жаркая волна. Горячие ладони рыжего демона мягко сжимали округлости груди, массируя и разминая их. Его быстрые ловкие пальцы аккуратно обводили ареолы, сужая круги и, словно невзначай, задевая затвердевшие соски. Каждое прикосновение к соскам отзывалось острым уколом нарастающего удовольствия. Между ног снова, как и в прошлый раз, стало горячо и влажно. Динка почувствовала, как к самому чувствительному месту приливает кровь. И прикосновение ткани штанов к набухающим складкам становится слишком ощутимым.
Динка, приоткрыв губы, сдавленно замычала прямо во властно целующие ее губы второго демона. И он, воспользовавшись ее капитуляцией, тут же ворвался в ее рот своим языком, заполняя его полностью. Динка попыталась укусить его, но легкое потирание сосков между пальцами рыжего отвлекло ее новой вспышкой наслаждения, и она снова позорно застонала, раскрывая рот еще шире и окончательно теряя позиции обороны.
Шторос оставил одну ее грудь. И его правая рука заскользила по Динкиному животу вниз, под завязки штанов, накрыла ладонью лобок и раздвинула пальцами мягкие припухшие складки. Динка вырвалась из душившего ее поцелуя и, уже ничего не соображая от пульсирующего вокруг пальцев Штороса удовольствия, протяжно застонала. Она, теряя остатки самообладания, не разумом, а обострившимися чувствами, ощутила, что с каждым разом ее тело все охотнее реагирует на прикосновения рыжего демона, давая ей все более яркие ощущения и все быстрее от начала вторжения отключая ее разум, все еще жалко сопротивлявшийся желанию отдаться ему.
— Это еще не все, козочка, — жарко шепнул Шторос ей на ухо и толкнул ее на грудь второго демона. Динка, услышав это обещание, задрожала от предвкушения, прижимаясь щекой к широкой груди.
Шторос с нажимом провел второй рукой по спине Динки, вынуждая прогнуться в пояснице, а затем его левая рука нырнула под пояс штанов сзади, раздвигая ягодицы. Динка дернулась было от непривычного прикосновения, но пальцы его правой руки нежно сжали мягкие складочки ее бутона и принялись ритмично сдавливать их, смещая вперед и назад. Молнии наслаждения от этой ласки, пробегавшие по телу и рассыпающиеся разноцветными искрами, притупили ее бдительность, и Динка, снова застонав, сильнее прогнулась в пояснице, пока не ощутила…
— Ох нет! — выкрикнула она, попытавшись вырваться. Но две сильные руки удержали ее за плечи. Тирсвад крепко прижал ее к своей груди, не давая пошевелиться.
А Шторос, тем временем, одной рукой невозможно приятно ласкал ее бутон, а второй раздвинул ягодицы и погрузил большой палец в узкое отверстие заднего прохода. Динка заскулила, уже не понимая, отчего ей так приятно. Руки демона двигались ритмично и слажено. И наслаждение, будто ножом, вспарывало ее промежность с каждым толчком его пальца внутрь, с каждым сжатием снаружи.
 
В этот раз завершающее удовольствие не было столь же коротким, как раньше. Огненные брызги экстаза вспыхивали в ее теле ритмичными волнами, с каждым толчком его пальца внутри нее поднимая наслаждение на новую вершину. Динка, не осознавая движений своего тела, выгнулась и сама насаживалась своим отверстием на подставленный палец, сжимая его и чувствуя его внутри себя каждой клеточкой. Наконец, удовольствие стало угасать. Динка обессиленно прижалась к мужской груди, в которую упиралась носом, растекаясь безвольной тряпичной куклой в сильных руках. В заднем проходе саднило, но демон, заметив перемену в ее поведении, уже убрал руки из ее штанов и отстранился.
Динка, все еще вздрагивая в остаточных разрядах удовольствия, подняла мутный взгляд на своих мучителей. Шторос встал на ноги и смотрел в глаза Тирсваду. Тирсвад, все еще крепко прижимая ее к себе, выглядел потрясенным. Оба были раскрасневшиеся, взъерошенные и тяжело дышали. Затем Шторос, ничего не говоря, засунул в рот пальцы правой руки, которыми минуту назад ласкал ее между ног. Посасывая их, он отошел в сторону и растянулся на траве у костра. Тирсвад разжал руки, и Динка скатилась с его груди на землю между его ног. А затем поспешно отползла в сторону.
— Получилось? — с любопытством спросил Хоегард, нарушив тишину.
— Более чем… — буркнул Тирсвад, вставая и подходя к костру. — Жрать охота, — добавил он, стягивая с костра нанизанные на заточенные веточки куски вяленого мяса.
— Иди тоже поешь, — обратился Вожак к Динке, протягивая ей палочку с разогретым мясом.
От его взгляда Динка готова была провалиться сквозь землю. Вот сейчас он сидел тут и смотрел как она бесстыдно стонет и выгибается от развратных прикосновений Штороса. Это было просто невозможно пережить. Но есть хотелось до смерти. Желудок требовательно заурчал, и рот наполнился слюной от запаха мяса. Динка, потупившись, подошла к Вожаку и опустилась на колени у его ног. Но Вожак никак не выказал своего неодобрения. Протянул ей палочку с нанизанным мясом, горбушку хлеба и… ласково потрепал по макушке.
Динка вжала голову в плечи от прикосновения его большой теплой ладони. Если бы она хотела, чтобы кто-то из демонов прикасался к ней, то это был бы Вожак. Но сейчас его невинная ласка вызвала в Динке такой прилив стыда, что она уклонилась от нее.
  
Глава 7
 
Наевшись, демоны расслабленно лежали на траве вокруг костра и вели неспешную беседу, уже не вспоминая о недавнем и не обращая на Динку внимания.
— Куда дальше? — спросил Тирсвад, отбрасывая палочку, на которой недавно было мясо.
— Думаю, надо затаиться на время. Ситуация становится слишком серьезной, — проговорил Вожак. — Дальше за этим лесом начинаются Мшишкинские болота. На карте обозначено, что там топи. И где-то там есть «проклятое» место. Гвардейцы вряд ли рискнут туда сунуться. А нам нужно искать дверь домой.
— Тогда и нам нужен проводник, — возразил Тирсвад.
— Рядом с болотами есть деревня. Наверняка там найдется знаток безопасных троп, — вставил Хоегард.
Шторос в дискуссии не участвовал. Он разгладил на колене сорванные со стены листовки и внимательно разглядывал их.
— А я красавчик! — невпопад заявил он, поднимая один из листочков и демонстрируя всем портрет, нарисованный на нем. Там довольно реалистично были прорисованы яркие зеленые глаза и полные чувственные губы.
— Просто ты больше всех запомнился свидетельницам, — фыркнул Хоегард.
Динка с любопытством вытянула шею, пытаясь разглядеть что там еще нарисовано. Заметив это, Шторос поманил ее к себе. Динка колебалась, но любопытство пересилило, и она подползла к лежащему Шторосу, заглядывая ему через плечо.
— А если в этой деревне тоже уже висят листовки, — продолжил Тирсвад. — Или, еще хуже, ждет засада.