Сведенные судьбой

– Да, припоминаю. – К сожалению, графиня не понравилась Эви. – У них есть дочь?
– Две дочери. Близнецы. В этом году у них первый сезон. Кажется, твоего сына-идиота застукали в ситуации in flagrante delicto с одной из них.
– Он следует по стопам своего отца.
Сделав обиженный вид, Себастьян изящным движением поднялся сам и поднял супругу.
– Его отец никогда не попадал в подобную ситуацию.
– Разве что в ситуацию со мной, – чопорно напомнила она.
Себастьян засмеялся:
– Это правда.
– Что в точности означает in flagrante delicto?
– Буквальный перевод с итальянского – «на месте преступления». – Легко подхватив Эви на руки, он добавил: – Полагаю, доказательств было предостаточно.
– Так что насчет с-скандала? А Габриель, и эта девушка, и…
– Пусть весь мир подождет, – решительно заявил Себастьян. – Я собираюсь совратить тебя десять тысяч раз. И в этот раз хочу, чтобы ты обратила на меня внимание.
– Да, сэр, – кротко согласилась она и обвила руками мужа за шею, пока он нес ее в спальню.
 
Глава 1
 
Лондон, 1876 год.
Двумя днями ранее
Леди Пандора Рейвенел скучала.
Ужасно скучала.
Лондонский сезон тянулся, и не было ему конца. Предстояло вытерпеть четыре месяца балов, суаре, концертов и ужинов до того, как парламент уйдет на каникулы, а знать с семьями займет свои деревенские гнезда. Оставалось еще по меньшей мере шестьдесят ужинов, пятьдесят балов и бог весть сколько суаре.
Она просто не выживет. Безвольно опустив плечи, Пандора откинулась на спинку стула и оглядела заполненный бальный зал. Здесь присутствовали джентльмены, одетые формально – в черное и белое, офицеры в мундирах и парадных сапогах, дамы в шелках и тафте. Зачем они все здесь? Что нового они могли сообщить друг другу после череды балов?
Худший вид одиночества, угрюмо подумала Пандора, – это когда человек находится в центре ликующей толпы, а ему совсем не весело.
Где-то там, среди вальсирующих пар, ее сестра близняшка танцует в объятиях воздыхателя, полного надежд. И хотя Кассандра, как и Пандора, тоже считала сезон времяпрепровождением глупым и праздным, с большей охотой играла в эти игры.
– Почему бы тебе не пройтись по залу, не поболтать с кавалерами? – спросила Кассандра в самом начале вечера. – Это лучше, чем сидеть, забившись в угол.
– Нет, не лучше. По крайней мере когда я сижу в стороне, то могу думать об интересных вещах. Не понимаю, как тебе часами удается выносить это докучливое общество.
– Здесь не все докучливые, – запротестовала Кассандра.
Пандора бросила на нее скептический взгляд:
– Из всех джентльменов, с которыми ты уже познакомилась, есть хотя бы один, с которым тебе захотелось бы увидеться еще раз?
– Пока нет, – призналась Кассандра.
– Для того чтобы встретить единственного, – мрачно заметила Пандора, – придется перезнакомиться со всеми.
Кассандра пожала плечами:
– За разговорами вечер проходит быстрее. Можешь сама убедиться.
К несчастью, Пандора терпеть не могла пустой болтовни. Для нее было невыносимо изображать живейший интерес к какому-нибудь напыщенному невеже, когда он начинал превозносить свои достоинства и успехи. Она не могла набраться терпения, чтобы спокойно выслушать пэра преклонных лет, который подыскивал молоденькую невесту на роль компаньонки и сиделки, или уделить внимание какому-нибудь вдовцу, не терявшему надежды продолжить род. От одной мысли, что кто-то из них может коснуться ее, пусть даже рукой в перчатке, кожа покрывалась мурашками, а необходимость поддерживать с ними беседы еще раз напоминала о том, как ей все это наскучило.
Уставившись в полированный паркет, она пыталась подсчитать, сколько слов можно образовать из слова «скука», но не успела ничего придумать.
– Пандора, – донесся до нее скрипучий голос дамы-патронессы, сопровождавшей их с сестрой на бал. – Почему вы опять обретаетесь в углу? Дайте заглянуть в вашу записную книжку для танцев.
Пандора подняла взгляд на Элеонору, леди Бервик, и неохотно протянула ей маленькую книжечку в форме веера.
 
Графиня – высокая дама с величественными манерами и прямой спиной – раскрыла украшенную перламутром обложку и бросила стальной взгляд на тонкие костяные странички.
Там не было ни одной записи.
Леди Бервик поджала губы, словно стянула шнурком:
– К этой минуте их нужно было заполнить целиком.
– Я подвернула ногу.
Пандора не решалась поднять глаза на графиню. Отговорка давала возможность посидеть в уголке и при этом не подвергнуться общественному осуждению. В соответствии с этикетом, если леди единожды откажется от приглашения на танец по причине усталости или недомогания, она освобождается от других приглашений до конца вечера.
В недовольном голосе графини слышался лед.
– И это ваш ответ на щедрость лорда Тренира? Все ваши новые дорогие наряды и аксессуары… Почему вы позволили ему потратиться на них, если с самого начала замыслили провалить сезон?
На самом деле Пандора чувствовала свою вину. Ее кузен Девон, лорд Тренир, который принял титул герцога в прошлом году, после смерти ее брата, исключительно по-доброму отнесся к ней и к Кассандре. Он не только одел их к сезону, но также обеспечил каждую приданым, достаточно солидным, чтобы гарантировать интерес подходящего холостяка. Совершенно определенно ее родители, которые умерли несколько лет назад, не проявили бы такой щедрости.
– Я ничего такого не замышляю, – забормотала она. – Просто не предполагала, что будет так трудно.
В особенности танцевать.
Какие-то танцы, как, например, полонез и кадриль, ей вполне удавались, она даже справлялась с галопом, если только партнер не проявлял чрезмерно прыти, но вот вальс представлял опасность на каждом повороте… буквально! Пандора теряла равновесие, как только нужно было идти по кругу. Такое же случалось с ней и в темноте, когда отсутствовали видимые ориентиры в пространстве. Леди Бервик не догадывалась о ее проблеме. Из гордости и стыдливости Пандора никогда бы не рассказала ей об этом. Только Кассандра знала ее тайну и то, что скрывалось за ней, и в течение нескольких лет помогала все держать в секрете.
– Трудно, потому что вы так решили. – Леди Бервик оставалась непреклонна.
– Не понимаю, почему я должна переживать все эти сложности, чтобы поймать мужа, который никогда не полюбит меня.
– Будет вас любить муж или нет, это несущественно. Брак не имеет ничего общего с личными чувствами. Это союз интересов.
Пандора не стала спорить, хотя не могла согласиться с ней. Примерно год назад ее старшая сестра Хелен вышла замуж за мистера Риза Уинтерборна, уэльсца невысокого рода, и была с ним счастлива. Точно так же были счастливы кузен Девон и его жена Кэтлин. Браки по любви, должно быть, редки, но определенно возможны.
Но Пандора все равно не помышляла о таком будущем для себя. В отличие от Кассандры – девушки романтичной – она никогда не мечтала о замужестве, о том, чтобы завести детей. Ей никогда не хотелось принадлежать кому-нибудь, и уж тем более чтобы кто-нибудь принадлежал ей. Пандора прекрасно понимала: она никогда не будет счастлива в обычной жизни.
Вздохнув, леди Бервик села рядом, прямая спина держалась параллельно спинке стула.
– Только что начался май. Вы помните, что я говорила об этом?
– Это главный месяц сезона, когда проходят самые важные мероприятия.
– Правильно. – Пожилая дама вернула ей книжечку. – После сегодняшнего вечера я ожидаю, что вы приложите все старания. Это ваш долг перед лордом и леди Тренир и перед самой собой. Осмелюсь напомнить, что это долг и передо мной, учитывая все мои усилия помочь вам приобрести лоск.
– Вы правы, – тихо согласилась Пандора. – И мне очень жаль – действительно очень жаль – огорчать вас. Но мне стало абсолютно ясно: я ничего не значу ни для кого из них. Я ни за кого не пойду замуж. У меня есть планы зарабатывать самой и жить независимо. При определенной доле везения это получится, и больше никто не станет из-за меня переживать.