Единственное желание. Книга 1 (СИ)

– Мне нечего бояться рядом с такими защитниками! – улыбнулась Настя, надеясь, что он примет этот комплимент и на свой счёт.
Но Кайл понял иначе.
– Да, вам повезло. Они – надёжные друзья, – кивнул он, бросив взгляд в сторону Ворона и лэгиарна.
Он снова замолчал, задумчиво улыбаясь. И Настя не посмела нарушить молчание.
Она наслаждалась и его голосом, и его безмолвием, и его близостью, и тем удивительным чувством собственной целостности, которое она ощущала в его присутствии. Он казался ей столь идеальным, что рядом с ним и ей хотелось стать безупречной, чтобы быть достойной его…
Нет, не его любви, конечно! Куда уж ей! Просто достойной того, чтобы быть рядом, говорить с ним, видеть его, и видеть, что он тоже иногда замечает её.
Она не понимала, что и так уже прекрасна, как никогда! И без того красивая, а сейчас озарённая этой внезапной влюблённостью, она сияла летним солнцем в этом сумрачном зале.
И мужчины, юные, и не очень, провожали её восхищёнными взглядами, но она не замечала эти взгляды или принимала на чужой счёт. Никто не рискнул бы подойти к ней в окружении её суровых спутников и пригласить на танец. Один взгляд Эливерта отшибал у многих охоту. Но любоваться издалека никто не мог запретить…
Когда Кайл вернул её из мира грёз обратно к друзьям, Настя была так тиха, что, казалось, даже дышать позабыла – ей не хотелось разрушить случайным словом соединившее их волшебство.
– Милорд Элиол, а мне тоже нужно дозволение на танец? – улыбнулся Наир Эливерту. – Дэини, потанцуешь со мной?
Настя лишь улыбнулась, счастливая от тех чувств, что бушевали в сердце. Наир увлёк её обратно в круг танцующих, не дождавшись пока Эливерт хмыкнет что-то неопределённое, вроде: «Да делайте, что хотите!»
***
– Удивительная девушка… – обронил Кайл, не отрывая взгляда от Насти, лёгкой золотой искоркой скользящей по залу в объятиях Наира.
– Не то слово! – хмыкнул Эливерт, соглашаясь. – Удивительно удивительная!
Оба замолчали, глядя на светлую парочку – лэгиарна и рыжеволосую красавицу, что порхали по залу, как два легкокрылых мотылька.
– Знаешь, если бы однажды я решил бросить своё ремесло: осесть, обзавестись семьёй, и всё такое… – задумчиво добавил разбойник, спустя некоторое время, – я бы женился на ней.
– Ничего бы у тебя не вышло! – возразил синеглазый рыцарь.
– Это ещё почему? – возмутился Эл.
– К тому времени, я бы уже сам на ней женился.
Озадаченность на лице атамана уступила место изумлению. Но, взглянув на Кайла, он наткнулся на лукавую ухмылку.
– Если бы я решил бросить своё ремесло: осесть, обзавестись семьёй, и всё такое… – пояснил Кайл.
И Ворон счёл, что лучшее теперь – это ухмыльнуться в ответ.
– Хорошо, что этому никогда не бывать, – рассудил Эливерт, пожав плечами и вновь отыскивая взглядом Настю. – Мы оба были бы не самой подходящей партией для неё.
– Самой не подходящей партией, – поправил Кайл, покосившись на разбойника. – Ты прав. Хорошо, что этому не бывать…
***
Настя действительно обожала танцевать: ей нравилось танцевать с Наиром, и, тем более, с Эливертом. А про восхитительные минуты рядом с Кайлом не стоило и говорить!
Но всё-таки стоило смолкнуть последним аккордам очередной песни в исполнении Деандра, как она снова поймала себя на почти непреодолимом желании сбежать прочь из этой духоты и тесноты. Видимо, слишком привыкла к ночёвкам под открытым небом, отвыкла от общества людей, одичала в этой Долине Ветров.
Потому Романова возликовала всей душой, когда Северянин предложил неожиданно:
– Может, переберёмся в сад? Там есть беседка…
Настя от радости даже прихлопнула в ладоши – во-первых, можно будет наконец-то вдохнуть полной грудью, во-вторых, ещё хотя бы часок-другой насладиться обществом синеглазого рыцаря.
Наир тоже закивал с воодушевлением – он на этом балу явно чувствовал себя белой вороной.
И только атаман скорчил кислую мину и протянул:
– Ну-у-у… Да что там делать! Прихватить с собой келлроу и петь скучные песни о любви?
 
– Можно и не о любви… – пожал плечами Кайл.
– А что такое келлроу? – уточнила Дэини.
– Инструмент, на котором он играл… – растолковал Наир.
– Обожаю песни под гитару! – вырвалось у Насти. И она поспешила объяснить: – Это у нас так келлроу называют.
– А я, признаться, думал, мы ещё потанцуем… – вздохнул Эливерт.
– Нет, я лучше послушаю милорда Кайла, – решила Настя, лучезарно улыбнувшись Северянину.
– А я, пожалуй, останусь… Пойду, отыщу Иридиона, раздобуду ещё «Жемчужной лозы», окончательно напьюсь сам и спою друга. Или пойду, отыщу давешних сестриц и окончательно вскружу им голову. Или пойду, отыщу милорда Корви и окончательно изгажу ему настроение. В любом случае, проведу время веселее, чем вы!
– Какой широкий круг интересов: достать что-нибудь, достать кого-нибудь или пристать к кому-нибудь! – презрительно фыркнула Настя.
– Ты забыла ещё – напиться чего-нибудь, – привычная жёсткая ухмылка портила красивое лицо атамана. – Да, я парень простой, неказистый! Куда мне до поэзии, музыки и высоких истин? За этим к милорду Кайлу…
– Вот именно! – хмыкнула Настя.
Ей захотелось сказать разбойнику ещё какую-нибудь гадость, но Наир – вечный миротворец, опасаясь, что перебранка перерастёт в настоящую ссору, вставил примирительно:
– Можно и без песен обойтись. Обсудим там наши дела, без посторонних…
Это была неудачная попытка.
– Это ваши дела, а не наши! – отрезал Эливерт. – Я ещё ни на что не соглашался. Сечёшь? Я, по правде сказать, сомневаюсь, что мне, с моими приземлёнными интересами, стоит влезать в грандиозные планы миледи Лиэлид. За этим тоже к милорду Кайлу и прочим рыцарям-героям. А теперь, позвольте откланяться!
Неприятное чувство, оставшееся после того, как Эливерт ушёл, свербело в душе Романовой совсем недолго.
Оказавшись в саду, наполненном ароматами ночных цветов, под сводами белоснежной беседки, увитой лианами клематисов и украшенной резными фонариками, она уже почти не думала о нём. А когда Кайл запел, совсем потеряла связь с реальностью.
Остаться без посторонних не получилось – на голос Второго рыцаря, как на зов волшебной флейты, вскоре слетелась ещё дюжина увлечённых слушателей. Благо, места и воздуха здесь хватало всем.
Но Насте мечталось, что Северянин поёт только для неё, что это ей он посвящает строки:
 Я понял только теперь, 
 Сколько в жизни своей потерял… 
 Если б ты мне не встретилась, 
 Было б незачем жить!  
 А сейчас, 
 Моя милая, без тебя я грущу, 
 Ухожу в земли дальние 
 И обратно лечу. 
«Как он красив! – думала Настя. – Я, наверное, так глупо выгляжу – улыбаюсь, как умалишённая. Хотя… Почему как? Из-за него я и разум потеряла, и сердце. О, этот голос! Ах, если бы эта ночь никогда не кончалась! Сидеть и слушать этот голос вечно… Как же он всё-таки красив!»
 Если ты, моя нежная, 
 Меня помнишь ещё, 
 Обещай безнадёжности 
 Скинуть злое крыло! 
 Ты поверь, моя милая, 
 Нам ещё повезёт! 
 Наша жизнь бесконечная – 
 Ещё будет полет! 
 Я ещё раз скажу тебе: 
 Наша жизнь – как кольцо: 
 Я однажды вернусь туда, 
 где тебя я нашёл! 
Вслед за Кайлом, за келлроу взялся кто-то ещё, и снова звучали песни. Но Настя ждала, когда же инструмент вернётся к её прекрасному рыцарю. Никто не мог петь так, как он. Даже заносчивый «принц поэзии» Деандр.
А когда Северянин попросил саму Настю спеть – ей показалось, это просто кощунство, посметь исполнить что-то после того, как его дивный голос только-только отзвенел и растаял в ночной мгле. Но ведь и отказать ему Дэини не могла!