Цикл аномалии (ЛП)

Внутри кабинета Шефа был еще один цилиндрический резервуар, и он был огромен. Почти такой же большой, как капсула ZOOT. Инструменты щелкали и шипели на полке рядом с резервуаром. Я представила, что они качали дыхание в существо внутри слизи.
Нет, не существо: человек.
Человек, имя которого я случайно знала.
Существо, висящее внутри этого резервуара, дышащее через трубку, торчащую изо рта, было самым худшим, что я могла найти в этой комнате.
Это был Говард.
— … Говард?
Тело, плавающее внутри резервуара, не отвечало мне. Он висело в сине-зеленой слизи, голое и худое. Я бы смутилась, увидев интимные части Говарда, если бы не была так потрясен, увидев Говарда.
Нет, не Говарда. Просто тело Говарда — просто какой-то… клон? Наверное, это было правильное слово.
Это тело было младшей версией человека, который много лет мучил меня в Лаборатории Далласа. Когда я знала его, он был взрослым. Вот как он выглядел в подростковом возрасте — и я только предполагала, что он был в подростковом возрасте, потому что его колени и локти были узловатыми, как раньше у Ральфа. И на его лице была тонкая прядка черных волос…
Подождите. Говард был Нормалом. У него не было волос на лице. Или руках и ногах. Или на тех частях его тела, которые грубо было разглядывать. У Нормалов волосы были только на голове и бровях.
Значит, это не мог быть Говард…
Да?
Я подошла к стеклу. Мое горло неприятно сжалось, когда я заставила себя протянуть руку и постучать костяшками пальцев по передней части резервуара. Перед моим мысленным взором вспыхнул кошмар — в котором глаза этого плавающего тела резко открылись, показав пару тусклых золотых радужек, а рот расплылся в широкой улыбке вокруг дыхательной трубки.
Его дыхание вырвалось потоком пузырьков, которые, когда они лопнули, принесли обрывки ледяного голоса Говарда:
— Здравствуй, маленькая мисс Шарлиз.
Хотя это был лишь кошмар. Это было нереально. Это просто мой разум играл со мной злые шутки.
Здесь, в реальном мире, я стояла перед телом, обмякшим и пустым, как выращенный в лаборатории цыпленок. Почему у Говарда было здесь тело, я не знала. Но я знала, что его разозлит, если я убью его.
И убить его было бы так просто. На боку бака был стальной рычаг с красными буквами, обозначающими катапультирование. Рычаг был такой же длины, как моя рука, и установлен почти слишком высоко для моей досягаемости. Но если я встану на носочки, я едва смогу обхватить его пальцами.
Мое сердце колотилось. Этот клон не представлял для меня угрозы, но я ощущала, что было бы ошибкой позволить ему расти дальше. Что собирался делать Говард? Собрать себе армию клонов и послать их за мной? Звучало так, как сделал бы Говард. Если кто-то и стал бы клонировать себя с единственной целью выследить и убить кого-то, кто действительно его разозлил, то это был бы Говард.
Если я убью этого клона, я спасу себя. Так я нашла смелость, чтобы схватиться за рычаг катапультирования. Я уперлась ногами и приготовилась потянуть вниз…
— Шарли!
Я вскрикнула, когда что-то холодное и металлическое до боли сжало мою руку. Моя задница сильно ударилась о землю, и комната пронеслась мимо меня размытым пятном, когда я отползла по полу.
Фрэнк стоял перед клоном Говарда, его хромированные пальцы были сжаты в кулаки по бокам. Его голос вырывался из динамиков ревом:
— Я был терпелив с тобой, Шарли. Но если я снова найду тебя в этой комнате, я прослежу за тем, чтобы ты была устранена.
Его слова бились о бетонные стены и звенели на стеклянных резервуарах. Я присела. Я уже видела, как боты вырывали у людей конечности из суставов. Если Фрэнк сделает хоть один шаг ко мне, я убегу отсюда.
— Это кто? — сказала я, кивая на клона Говарда.
— Это Шеф, — ответил Фрэнк, его динамики вернулись к нормальной громкости. — Или, скорее, это органическая масса, которая в конечном итоге станет хозяином сознания Шефа.
Я не могла дышать. Будто шок от только что услышанного мешал мне вспомнить, как втягивать воздух в легкие. Шеф, человек, который якобы построил Учреждения, Колонии и блоки X — это Говард?
 
Этого не могло быть.
Это было невозможно.
— Помнишь нашу дискуссию о сознании? Как юниты X несут свое внутри микрочипов, и это позволяет сохранять различные сознательные потоки на протяжении циклов? Человеческое сознание гораздо более изменчиво, и его очень трудно сохранить, — продолжил Фрэнк. Одна из его хромированных рук поднялась, указывая на машину, соединенную с баком Говарда. — Но Шефу, используя эту технологию, удалось сохранить как свою органическую форму, так и свое органическое сознание на века.
Я не была уверена, что понимала. Столько информации — ужасной информации — било меня между ушей, что это стало затуманивать мое зрение.
— То есть, Г… Шеф менял тела?
— Знаешь, как змеи сбрасывают кожу? Каждые пятьдесят лет Шеф возвращается в Учреждение, чтобы сбросить свою старую форму и перенести свое сознание в новую, — сказал Фрэнк.
— Но почему? — прошипела я. Это не имело никакого смысла. Должно быть, я была слишком глупа, чтобы справиться со всем этим, потому что шок сделал меня физически слабой. Я осела на пол, дверной косяк впивался мне в спину. Мои руки онемело упали на колени. — Почему…?
— Смертность. Люди боятся собственной смертности и сделают все, что в их силах, чтобы предотвратить неизбежное. Человек с ресурсами и интеллектом Шефа подошел к бессмертию ближе, чем любая известная органическая форма жизни. И ты не будешь делать ничего, что могло бы ему помешать, — добавил Фрэнк, его громкость снизилась до опасного уровня.
Я не понимала, как кто-то мог защищать Говарда. Пощадить его клона и позволить ему переселиться в новое тело означало бы потворствовать всем ужасным, бесчеловечным вещам, через которые он заставил меня пройти. Это позволит ему жить, чтобы мучить меня в следующем цикле.
И следующем.
Сотни и тысячи лет после этого.
Нет… это закончится сейчас. Это закончится здесь… сегодня…
Я не видела. Мои глаза были затуманены, а тело полностью онемело. Я почти не ощущала его, когда упала и ударилась головой об пол.
— Что с …?
— Прости, Шарли, но мне пришлось дать тебе успокоительное. Сегодня утром я получил уведомление о том, что у одного из дронов полностью разрядился аккумулятор. Когда я просмотрел запись, я увидел, что вы и Воробей делали прошлой ночью в командной комнате. Когда я проверил аудио, я услышал некоторые очень тревожные вещи. Ты не могла бы с такой точностью определить местонахождение вашего друга. Я верю, что ты действительно видела события, предшествовавшие ее поимке, пока спала. И я полагаю, что, пытаясь починить твой чип, я мог случайно внедрить какую-то катастрофическую модификацию. Я не сержусь, и это не наказание, — продолжил Фрэнк, щелкая хромированными ногами в мою сторону. — Я продолжу просматривать чертежи твоего микрочипа, пока не выясню, где произошла модификация. И пока я не починю твой чип, думаю, будет лучше, если ты будешь принимать успокоительное…
— Нет! — я хотела, чтобы это слово прозвучало криком. Я хотела, чтобы Фрэнк почувствовал мой стресс и услышал мою ярость. Но оно могло просто выскользнуть в стоне.
Я ощущала себя пьяно. Все, чего хотело мое тело, это перевернуться и заснуть. Я боролась с этим, пока могла. Я боролась за Анну. Но, похоже, чем упорнее я боролась, тем тяжелее сон бил по мне.
И вскоре я не могла с этим бороться.