Сказочная термодинамика – 2

– Я все равно тебя найду, мелкий воришка! – раздался почти над самым ее ухом тот самый голос, который она до писка боялась услышать.
Она скосила глаза вбок и ниже. Жихарка старательно делал вид, будто эти слова к нему не относятся.
– И тебя, фея, тоже. Моему Владыке феи очень даже нужны! – протявкала Лиса, уже не притворяясь человеком, и резко прыгнула в сторону.
Они услышали удаляющиеся мерные скачки. Зверюга решила, что добыча ее обманула и пошла проверять след, искать развилку запаха.
Света отлепила голову от дерева, и тут же в лунном свете вокруг закачались мертвые ветки, и сухие листья посыпались за шиворот, когда они с Жихаркой выбиралась наружу. В этот раз она поклонилась старой яблоньке в пояс, как никогда в жизни не делала, крепко взяла пацаненка за руку и быстро побежала дальше по дорожке. Она успела заметить, что Лиса ускакала в противоположном направлении.
Голубоватая луна уже спряталась за деревьями, и небо с одной стороны окрасилось желтоватыми отблесками. Значит, скоро их настигнет другая напасть.
О странных словах их преследователя Света у Жихарки не спрашивала. Мальчишка правды не скажет, отговорится, мол, что Лиса не только разбойница, но и врунья.
– Слышь, пацан, а мне точно нельзя здешнему солнцу показываться? Может, ты все врешь? – пропыхтела Света, когда выдохлась уже совсем и на секунду решила остановиться.
Она разогнулась, оторвала руки от колен и глянула на Жихарку внимательно. А если он и правда врун… или дурачок, а она ему поверила и бегает тут?
– Хошь – проверяй, да только мне к чему врать-то? За просто так никто не врет, тока ежели корысть имеется, а мне в ентом вранье какая корысть? – отозвался тот обиженно.
– Ладно-ладно, не бубни. Я просто. В принципе. Долго еще до твоих… Как это место называется?
– Заложейники.
– Во, точно…
– Я не знаю! – признался Жихарка. – Вроде недалече было.
– Недалече… Нам от Владыки твоего прятаться пора.
– Будет укрытие! Точно будет, только в Заложейники придем. Вот увидишь, тама стока разного имеется! И рынок есть, и даже трахтир, – распинался Жихарка. – И туда Лиса точно-преточно не сунется. И там раздобыть можно всего, чаво захочешь. На рынке, стоит тока подумать, – и тебе все сразу продавцы приносят. Вот такое это место.
– Ты точно про рынок сейчас рассказываешь?
– А то! На Светлой Сторонке, чёль, по-другому торгуют?
– По-другому. Там надо самому все искать.
– Вот глупость-то! Понятно ведь, что продавцу нужнее свое добро продать. Вот пущай он и ищет себе покупателя. А наоборот – неправильно вовсе.
– Тебя забыли спросить, – проворчала Света и припустила дальше по дороге. Ей постоянно казалось, что за ними следят мертвые желтые глаза.
Скоро они пошли шагом – бежать уже мочи не хватало. Луна укатилась за деревья, но поселок с нежитями так и не нашелся. В первых лучах восходящего солнца Света с Жихаркой вышли на открытое пустое место и оглядели странную картину.
Наверное, когда-то тут стоял дом, но теперь он был мертв, как и все в этом мире. Поросший сухой травой квадрат каменного фундамента показывал, где когда-то пролегала граница между жилым и нежилым. Проваленный пол, да обломки бревенчатых стен – вот бы, кажется, и вся память о бывшем человеческом жилище, однако тут сохранилось еще кое-что. Прямо посередине печальных останков высилась печь. Побеленная труба гордо вздымалась в предрассветное небо, широкая лежанка, на которой выросло не одно поколение детей, оставалась целой, а широкий зев прикрывала черная чугунная заслонка.
– Ничего себе! – Света обошла печку кругом.
Ее наполнили воспоминания, приходили на ум разные сказки, однако толком она не смогла припомнить, где такое встречала.
– Ну вот, я же говорил, что приведу, и привел – вот укрытие, – заявил Жихарка и с уважением поглядел на громадину печи.
Спорить было некогда. На белые печные бока уже ложились первые отблески будущего дня. Мир вокруг зарябил, и Свете показалось, будто она внутри старой фотографии. Цвет сепии – неживой, но не холодный, постепенно перерисовывал мир вокруг. В лесу кто-то неведомый завозился шумно и заохал.
 
Смотреть на небо она не решалась, но длинные светлые тени уже шевелились вокруг, и это означало скорый восход. Здешнее Черное Солнце, правитель целого мира, вот-вот появится над лесом. Может, оно и к лучшему? Она устала бегать. Лучше посмотреть на небесного всадника и спросить его прямо, точно ли фей тут больше не осталось?..
Жихарка тонкими ручками дергал печную заслонку, и Света наконец-то поняла его задумку.
– Я туда не полезу! – заявила она.
– Ну так подсоби, глупая фея! – пропыхтел пацан. – Мне пропадать резону нету.
Света сняла тяжеленную чугунную пластину и заглянула в темный зев печи. Ничего не видно, будто в глубоком колодце. Она приподняла Жихарку, и тот ловко юркнул внутрь. Под рубашонкой у него перекатывались твердые сухие шарики.
– Ты яблоками запасся? – удивилась она.
– Ну а чего добру-то пропадать, – ответил он глухо из глубины печного нутра и тут же высунул лохматую голову наружу.
– Тут места – завались. Лезь скорее! – заорал он радостно.
Вокруг Светы начали собираться тени, более светлые, чем наступающий день. Чер-ти что! Она не выдержала и тоже быстро залезла в печь. Немного застряла с рюкзаком за плечами, не догадалась заранее снять его и впереди себя закинуть в узкий проход, хоть под голову бы подложила, целый день ведь в узкой щели валяться! В последний момент подумала: вот сейчас извазюкаюсь в золе, родная мать не узнает… и в тот же момент смогла распрямиться в полный рост.
Жихарка не обманул на этот раз. Внутри печи, и правда, оказалось просторно… Слишком просторно! Они стояли в начале обширного пустого пространства – то ли зала, то ли пещеры. Стены и пол покрыты таким толстым слоем копоти, что не разобрать – камень под ней, кирпичи или бревна.
За их спинами, в небольшом полукруглом оконце печного зева начинался шумный день оборотного мира, а тут, внутри, царили тишина и покой. Далеко впереди, в темноте, мигал огонек. Они пошли к нему.
Огонь оказался настоящим. Он горел и потрескивал в круглом открытом очаге. Они присели на теплые камни и начали наблюдать за языками пламени во тьме. А что еще тут было делать?
Жихарка жевал сушеные яблоки, Света просто следила за оранжевыми язычками и впитывала настоящее тепло. Отвыкла, оказывается.
– Слышь, фея, а расскажи мне сказку, али быличку, – попросил мальчишка.
– Какую быличку?
– Ну, такую, которая, значит, и вправду была.
Света задумалась. Хотела рассказать про Гусей-Лебедей, но отчего-то не стала. Тут было тепло и уютно, она вспомнила свой хвойный домик и завела длинную историю про лес:
– Ну хорошо, слушай. В далекой-далекой стране растет очень густой лес. И в том лесу просто масса всяких деревьев, и все разные. Сосны там всякие, для белок общежитие, и еще эти… тополя и гробЫ… или грАбы, не помню. В общем, пахнет от тех деревьев – зашибись, но самый главный там клён. Его даже на гербе нарисовали, то есть флаге, ну, в общем, знаешь, такая вот страна…
Жихарка слушал с огромным интересом.
– Какая отличная сказка! – отозвался он, когда понял, что рассказу конец.
– Это быличка получается, – пояснила Света.
– Повторишь потом еще раз, чтобы я запомнил? У меня лесовик знакомый есть, надо будет ему обязательно пересказать.
Она молча потрепала мальчишку по лохматой голове.
– Слышь, фея, а у тебя среди твоих-то, чай, жених есть? – спросил Жихарка.
Света по привычке закатила глаза. Как же она это все ненавидит!
– Не жених, а мой Король, – ответила она неохотно.
– Ух ты! – пацан был впечатлен. – Чё, прям с короной?
Света скосила глаза. Неужели издевается? Но Жихарка моргал и смотрел на нее вполне серьезно.
– Нет, без короны. Но я обязательно должна его найти. И всех остальных. Понимаешь?