Иной. Том 2. Штормовое предупреждение (СИ)

На ходу запихивая батареи в кармашки не поясе, я выскочил на улицу вслед за матерящимся поручиком.
Вся группа уже была построена в две шеренги на небольшой площадке перед крыльцом. Уличные фонари освещали чёрные ряды обвешанных амуницией бойцов. Напротив стояли два новеньких гусеничных бронетранспортёра и колонна «Слонов». Машины тоже были окрашены в чёрный цвет, каждая имела на боку эмблему спецшколы. Бронетранспортёры, как я слышал, учреждение получило совсем недавно. Раньше ездили только на машинах и квадроциклах.
Майор Болховская со своим заместителем прошли перед строем, осматривая отряд. Алиса сделала замечания паре человек, а затем скомандовала «по машинам».
Я вместе с семерыми бойцами залез через кормовой люк в один из бронетранспортёров. Машина имела высокий профиль и напоминала железный ящик с сильно скошенным передом. Пространства внутри оказалось больше, чем я думал. Кресла были широкие, словно специально сконструированные под человека в броне. Оружие крепилось на подставках рядом с каждым бойцом.
И всё равно, когда бойцы набились внутрь, здесь стало тесновато. Все сидели буквально впритирку.
Прапорщик, командовавший отделением, закрыл люк. Мы оказались во тьме. Машина взревела, дёрнулась и куда-то поползла. Я не видел ничего, кроме лиц сидящих напротив парней. Окон, разумеется, не было.
Никого из окружающих я не знал. Удав и Глобус ехали в других машинах, а с остальными ещё не познакомился.
Целый час мы тряслись в рычащей стальной коробке. Мне было неудобно, и я всю дорогу пытался отрегулировать ремешки на руках и ногах, чтобы костюм лучше сидел.
Наконец, остановились. Прапорщик открыл люк и выскочил из машины, мы — за ним. Несколько курсантов взяли под контроль периметр. Началась суета, и я поначалу растерялся, ведь мне никто не объяснил, что делать, а народ и так всё знал, поскольку, наверняка, отрабатывал порядок действий на учениях.
Вокруг простиралась пустыня. Волнистая линия горизонта отделяла чёрную землю от тёмно серого, затянутого тучами неба. В низине журчал ручей, неподалёку стояло длинное заброшенное здание, напоминающее заводской цех. Было холодно. Сильный порывистый ветер трепал хилые, голые деревца и обрывал с них редкие листья.
Машины образовали периметр четырёхугольника, внутри которого отряд разбил лагерь. Из багажников «Слонов» были извлечены походные палатки на четыре человека каждая, продовольствие, обогреватели. Пока мы ставили палатки, другие бойцы возились с энерголокаторами. Те размещались на крышах бронетранспортёров и некоторых «Слонов».
На ночь глядя три «Слона» с десятком бойцов выехали на разведку.
Меня поселили в палатку с двумя унтер-офицерами и одним парнем с третьего курса. Само собой, все трое не преминули выразить удивление тем, что первокурсника отправили в боевую группу, но на этот раз всё обошлось мирно, без скандалов и драк.
Несмотря на наличие обогревателей, спать приходилось в одежде и шапках. Всю ночь ветер трепал брезент палатки. Я несколько раз просыпался. Было холодно, неуютно и тревожно. Посторонние мысли звучали сильнее, чем прежде. Впрочем, за периметром всегда так, привык уже. Иной здесь был особенно активен. А когда всё же получалось задремать, перед глазами всплывали картины чужого мира.
Когда нас разбудили, было ещё темно. Позавтракали сухпайком. Затем отряд построился перед палатками, и Болховская приказала разбиться на группы по восемь человек. У каждой такой группы имелась машина с локатором и заранее определённый участок, куда они отправились, свернув перед этим лагерь.
Меня же Алиса, как и обещала, взяла в свою группу. Мы уселись на задние кресла «Слона», на крыше которого крутился локатор. Спереди сидели водитель и разведчик, управляющий энерголокационным прибором, а точнее, разведчица — пухлая девушка с позывным Ландыш.
С нами ехал ещё один «Слон» с четырьмя бойцами, но без локатора. Он двигался позади на некотором расстоянии.
Машины мчались прямиком через пустыню по мёртвой серой земле с редкой растительностью. Дорог здесь никаких не было, но кое-где виднелись следы колёс и гусениц.
 
В моём левом ухе то и дело слышались переговоры по рации. Вся группа находилась на одной волне. Впрочем, болтали немного. Звучали короткие приказы и такие же короткие ответы, а командиры взводов время от времени докладывали Болховской о перемещениях групп.
Наконец, разведчица сообщила, что впереди появились иные. Мы проехали ещё немного и остановились. Локатор засёк около сотни энергетических объектов, разбросанных по огромной площади.
— Проведи фрагментацию, — приказала Болховская.
— Есть, фрагментацию, — ответила Ландыш и забегала пальцами по клавишам прибора.
Заглянув через плечо, я наблюдал за её действиями.
Оказалось, что высвечивающая на экране картинка имела очень большой масштаб, который не позволял узнать силу энергетических объектов. Чтобы проанализировать их, требовалось приближать каждый квадрат по отдельности. Этим разведчица и занималась, и по величине точек и характеру их движения определяла вероятные тип и уровень объекта.
Когда анализ был завершён, Болховская отдала приказ второй машина, после чего мы с майором вылезли и двинулись дальше пешком. «Слон» катился следом метрах в ста позади нас. Другой «Слон» поехал западнее. Группа из трёх бойцов шла параллельно нашей, то пропадая за редкой растительностью и складками местности, то снова появляясь на виду. Чёрная машина и люди в доспехах почти сливалась с серой землёй в предутренних сумерках.
Пока шли, Болховская объясняла мне основы тактики охоты на иных. Для меня это всё было в новинку. Данную тему проходили лишь на третьем курсе.
Суть была проста. Локатор засекал иных, и группа защитников двигалась к ним. Если существа не представляли серьёзно опасности, бойцы старались подкрасться поближе, перестрелять их и собрать энергию, если угроза значительной, иных предпочитали убивать на дальней дистанции, вне зависимости от того, получится добыть энергию или нет.
Главная трудность охоты на мелких существ заключалась в том, что их легко спугнуть, крупные же, наоборот, могли сами высосать из тебя энергию. Но это я уже и сам понял за два дня охоты.
Я шёл рядом с Алисой, слушал её пояснения и всматривался вдаль, где виднелись синие точки.
— Во время выбросов иные могут вселяться в людей, — сказал я. — Не боитесь, что пока мы здесь, случится выброс, и одна из этих синих тварей захватит кого-нибудь?
— Ты абсолютно прав, — проговорила Болховская назидательным тоном. — Такая опасность существует. Но время и место выбросов можно определить заранее. Ни мы, ни защитники с периметра не поедут туда, где может случиться выброс.
— А разве ваша методика не дала сбой?
Болховская повернулась и удивлённо посмотрела на меня.
— Кто тебе сказал такое?
— У меня свои источники.
— Ты знаешь, что это секретная информация?
— Для меня — нет.
— Похоже, ты знаешь больше, чем я думала, — проговорила Алиса и обвела взглядом горизонт. — В любом случае, это в прошлом. Центр энергоразведки выработал новую методику, и теперь мы снова получаем актуальную информацию о выбросах. Можешь не беспокоиться.
Естественно, я не беспокоился. По словам Марины, гибридам выбросы не страшны. Это существенно расширяло границы моих возможностей и позволяло работать там, куда ни один обычный светоносный носа бы не сунул. Майор Болховская этого, судя по всему, не знала. Кажется, ей до сих пор никто не сообщил о моей особенности. А если начальство это не сделало, то мне тем более следовало держать язык за зубами. Поэтому я не стал развивать данную тему.
Слева торчали полуразрушенные деревянные домики очередного заброшенного селения. Вторая группа скрылась за ними, и мы долго их не видели.
Путь нам преградила речка. Переправиться через неё удалось без проблем по старому понтонному мосту, который навели уже чёрт знает когда и так и не убрали. Наверное, военные здесь часто ездили. Вторая группа добралась до переправы позже нас, а потом снова уехала влево.