Крылья за спиной (СИ)

— Да будет тебе известно, капитан Беккет, — сделав особый упор на обращении, напустился Стоун, — что Дерек Гарланд и Алекс Грин, конечно, были друзьями. Да, согласен, смазливая морда Гарланда и его фанфаронистый вид могут пустить пыль в глаза, однако потом позолота слезает, и что под ней? Пшик! Снобчик, приправленный семейными бабками и происхождением, пустозвон, бросающийся красивыми словечками, зная, что за его спиной поносимая им же семейка таких же уродов!
— Прекрати, Конрад!
— Нет, нет, Беккет! Я только начал! — и Стоун перешел на заговорщицкий шепот: — Они таскались вместе везде и всюду. Ты не могла этого не замечать, хотя... Нет, могла, конечно. Гарланд-то, наверное, был твоим светочем? Интересно, когда же ты юркнула к нему в постель? Фальшивое сияние ослепляло, — Стоун понимающе и с притворным сочувствием покивал головой, — не давало толком разглядеть, как эти двое хохотали тебе в лицо! Ты была лишней! Ты спрашивала про Эмили? Если я Гарланду и не прощу, то только ее. Я, как последний кусок идиота, рыдал от бессильной злобы и ревности на тренировочном полигоне, когда она вышла замуж... Я успокоился, думал, что должен желать ей только добра. А вышло…
И было в его голосе столько боли, что Лорен почти физически почувствовала ее.
— Погоди, Конрад... Ты что же, хочешь сказать, что... — Лорен замерла от внезапной догадки. — При чем тут Дерек? При чем тут Эмили?
Стоун снова расхохотался.
— Беккет, все-таки ты идиотка! А я было подумал, что притворяешься, хитришь зачем-то, — сказал он, наконец немного успокоившись. — Давай выпьем.
Лорен послушно стукнула своим бокалом о край бокала Стоуна. Тот безо всякого удовольствия выпил до дна и не обратил внимания, что Лорен даже не пригубила.
— Нет, Беккет, ты не угадала. Подумала, что Дерек Гарланд втрескался в Эмили… А ты — как запасной аэродром. Нет, Беккет, нет. И знаешь, только ради того, чтобы увидеть сейчас такое твое лицо, стоило затевать всю эту историю с исповедями, — Стоун рассмеялся и несильно хлопнул Лорен по плечу. — Да, да, капитан Беккет. Кем тебя ни назови, кем меня ни назови, хоть шовинистом, хоть сексистом, но женщина ты — ей была, есть и будешь… Не все в мире измеряется любовью. А жаль...
Стоун поднял руку, подзывая официанта.
— Еще виски, пожалуйста.
В голове у Лорен слегка шумело, хотя она ничего не пила.
— Эмили не должна была умирать, — продолжал Стоун уже практически спокойно, видимо, наступил его эмоциональный предел. — Я хотел, чтобы она была счастлива. С Грином, да хоть с Санта-Клаусом. Это неважно.
Лорен заметила, что на лице Стоуна выступили красные пятна и глаза наполнились слезами.
— Я любил ее. Она была моим единственным и настоящим другом. И я любил ее так, как любят настоящего друга. Хотя, если ты называешь дружбой то, что творилось между Гарландом и Грином, то вряд ли ты меня поймешь.
Стоун шмыгнул носом и потер глаза возле переносицы.
— Н-да... Но, знаешь ли, беда в том, что Гарланд — пустышка и фанфарон. Ему нравится унижать людей с веселой улыбкой. Не говори, что тебе от него ни разу не доставалось. И Грин, Алекс Грин, и Эмили Грин, моя Эмили, они очень хотели быть такими же, как и он. Молодые и глупые. Ты не думала, Беккет, почему у тебя или Гарланда были налеты? Потому что он — Гарланд, а ты — а тебе повезло. Из нас пятерых, кто явился тогда, выбрали его и тебя. То-ле-рант-ность! — отчетливо проговорил Стоун. — Вот и твоя карьера. Женщина? Уже берем. Жаль, что среди нас не было геев и чернокожих. Вот как бы тогда крутился Гарланд?
«Он действительно прав...» — да, Лорен сама только что вспоминала, кому она обязана должностью капитана.
— Подумал ли Гарланд о своем лучшем друге? — хрипло спросил ее Стоун. — Гарланду, судя по всему, было решительно все равно. Нет налета — нет опыта. Ему стоило лишь намекнуть кому надо. Но он считал, что его дружба — и так более чем достаточно…
Стоун замолчал. Лорен тоже молчала. Алекс слишком много значил для Дерека — что же тогда? В этом он весь, Дерек Гарланд, догадалась она, только берет, никогда не дает. Считает, что его расположение — само по себе знак его признательности и дружбы. И Айрис была на его счет права…
 
— И вдруг, через какое-то время — удача. Ну, как — удача? Джонни Джонс, помнишь такого? Серенький, неприметный. Сказал, что Бересфорд ищет ребят без пилотного стажа. Вроде как с целью тренировочных полетов со сниженной оплатой. К тому времени на эту аферу подписались уже и Арнемы, и Майлз. Я поспрашивал, и выяснилось, что Бересфорд не только проставлял часы, но и доплачивал кое-какие деньги. Цена услуги — пустяк — кое-какие не совсем законные перевозки. Но ничего криминального. Вроде бы. И я подписался.
— Это безумие! — возмутилась Лорен. — И в Академии принимали эти налетанные часы?
— Разумеется. Беккет, ты еще более наивная, чем кажешься. Это уже просто неприлично в таком возрасте. — Стоун снова глотнул виски. — Подумаешь, перегруз. Подумаешь, сложно зайти на посадку. Сбросить топливо на подлете — и все дела.
Лорен вспомнила о словах Хоуп Миллн.
— Так вот как ты посадил самолет, — выдохнула она. — С перевесом. Опыт, Конрад. Ведь так?
— Никогда не знаешь, когда тебе что пригодится...
Допив виски, Стоун снова позвал официанта.
— Конрад, мне кажется, тебе уже хватит, — попыталась остановить его Лорен, но тот жестом показал, что держит ситуацию под контролем.
— Так о чем я говорил? Понятное дело, что я не пришел на свадьбу. Хотя у меня было приглашение. Да. Но мне тогда показалось, что это уже совершенно изощренное издевательство. Мне искренне не хотелось видеть этих двоих счастливыми вместе. Эмили, но не Грина, хотя ему я в чем-то даже сочувствовал. И боялся, что однажды он просто не сядет. Но он раз за разом справлялся… Мэтью пошел весь в него. Умеет, когда требуют обстоятельства. Гордись им, Беккет, потому что Гарланду гордиться тут нечем. Гарланд — говнюк. Но Мэтью и тебя обошел, нерешительную, полную выдуманных сомнений. Что же, я постарался вычеркнуть этот этап из своей жизни — вы-черк-нуть! — и, надо тебе сказать, мне это почти удалось. И каждый раз я боялся, когда борт Грина шел на посадку, больше, чем боялся за свой собственный борт... — Речь Стоуна становилась все более невнятной. — А им обоим был до одного места мой страх... Они жили себе, сына родили, Грин Академию закончил...
Телефон Лорен зазвонил.
— Ты где? — снова поинтересовался Дерек.
— В «Руже». Встретила знакомого. — На этих словах Стоун язвительно усмехнулся. Лорен отвернулась. — Скоро буду.
— Жесткий контроль? — ехидно осведомился Стоун, когда Лорен нажала на кнопку сброса. — Такие, как он, всегда судят по себе...
— Так что же дальше? — Лорен не хотелось, чтобы Стоун продолжал при ней унижать Дерека.
— Дальше? Ничего. Я просто жил себе спокойно. Относительно спокойно.
— А что же случилось в день, когда погибли Алекс и Эмили?
— О, ты и об этом знаешь? Любопытно, откуда?
— Мэтью рассказала его тетка, сестра Эмили. Она рассказала, что ты приходил к Гринам, и вы повздорили с Алексом. — Лорен почувствовала, как у нее взмокли ладони.
— Да. Я действительно приходил в тот день. Как выяснилось потом — за несколько часов до их смерти... А все опять же Джонни Джонс! Мы выпивали в тот день, две недели назад нас зацепили за сбросом… меня зацепили, Беккет. Сброс был огромный. И я все равно еле сел. Чуть не выкатился за пределы полосы. Почти так же, как и сегодня… И тут в паб заявляется Джонс. И начинает рассказывать о том, что Бересфорд оправился, что рейсы возобновляются. Что будем летать между третьими странами. Понимаешь? Нет почти никакого контроля, перевес… как повезет. И Бересфорд обещает платить в разы больше... Короче, Джонс вербовал по полной программе. Мы ему говорим, что нас это вроде как не интересует, мы действительно испугались, а он объясняет, что на нас и не рассчитывает, что и без нас желающих хватает, что, например, сегодня постарается подрядить на это дело Алекса Грина, что дела у того с женой не ладятся, и живут они черт-те где на северо-западе, что у них и квартирка такая кошмарная, и сегодня он идет помогать Грину чинить проводку, а заодно предложит «беспроигрышный вариант». Я, понятное дело, под градусом, подумал, что надо предупредить Эмили, что шутки с Бересфордом плохи, что парк самолетов там в ужасном состоянии, а у него жена, жена! Эмили, понимаешь?! И маленький сын... Выпил лишнего, что тут скажешь... Вот и решил пойти и все ему объяснить, идиот! Но он явно не хотел меня слушать...