Единственное желание. Книга 4 (СИ)

– Сомнения... – печально вздохнула провидица. – Самое губительное и страшное – это сомнения. Неважно – его или твои. Неважно – в чувствах, в человеке, в верности, в собственной правоте. Единственное, что способно разрушить жизнь – это сомнения. Никогда не сомневайся, дитя! Ошибайся, падай, губи и погибай сама! Но не сомневайся! Кто сказал тебе, чтоТот Самыйнепременно должен быть идеальным и безупречным? Кто сказал тебе, что ты сама станешь достойна любви, лишь достигнув совершенства?
Эши снова улыбнулась мягко и светло.
– Послушай меня, дитя! Моё сердце никогда не знало любви к мужчине. Лесным девам не дано испытать это счастье. И эту боль. Но я знаю о настоящей любви лучше многих смертных женщин. Веками я зрю чужие жизни, со всеми их страстями, печалями и радостями, со всем их величием и низостью. И в любви я понимаю кое-что. Чаще влюбляются не в идеальных и совершенных, а в тех, кто чем-то зацепил душу. А зацепиться за нечто ровное и гладкое сложно. Нет, дитя, цепляют щербинки, трещинки, сколы. Цепляют изъяны! Потому не удивляйся, что душа твоя тянется не к тому, кто во всем хорош, а к тому, в ком есть надлом, в ком есть недостатки, и в коместь жизнь, со всеми её сложностями и шероховатостями…
– Как верно сказано! – кивнула Настя. – Только вот о ком?
– Обо всех вас. И тот, кого ты оставила. И тот, кого ты пока не обрела. И о тебе самой. Ты тоже подранок, дитя. Ты тоже с трещинкой в душе. Может, потому судьба и свела вас всех вместе. Я дам тебе один мудрый совет. Всё просто в этом мире – хочешь обрести любовь, сначала отдай её! Хочешь исцелить себя, помоги исцелиться тому, кто рядом! Спасая других – себя спасёшь! Сумеешь излечить душу Северянина, излечишь и собственную. И ждёт вас тогда счастливая долгая жизнь! Не сумеешь – его отнимет проклятие. Одержать над ним верх можно. Верный способ одолеть проклятие – прощение. Если он сможет простить – победит, и тогда оттает сердце ледяное.
– Кого простить? – у Насти от слёз и этих проникновенных речей уже шла кругом голова, и давило виски.
– Он знает кого… – хмыкнула Эши. – Себя, в первую очередь. Да и остальных не помешает. Вернуться надо туда, где всё началось. И всё исправить. Так ему и скажи потом, когда проснётся!
Настя кивнула, забывая от волнения, что леснянка этого не видит.
Эши вдруг погрозила пальцем:
– Но запомни – Севера берегись! Смотри, не забудь предостережение моё! Дочь Огня, если сумеешь ты лёд растопить, если найдёт этот мальчик путь к свету, если соединит вас любовь, ждёт тебя счастье на долгие годы. Лишь Север может его отнять. Берегись Севера!
– Но ведь мы на Север и едем! – тревожно воскликнула Рыжая. – Ты хочешь сказать, он погибнуть здесь может?
– Погибнуть здесь может всякий, – Эши задумалась. – Нет. Не о том речь. Море слышу. Шум волн. Где море, там разлука. Неизбежно и опасно. Больше ничего не скажу. Ваши судьбы сложно зрить. Всё меняете. Сами. Каждым шагом. Каждым словом. Невозможно видеть, что дальше будет. Ты и сама ведь это чувствуешь?
– Да… – кивнула Рыжая. – Совсем недавно об этом думала. Что ни день, то… Теперь ещё Крис на мою голову свалился! Вот с ним как быть, я ума не приложу.
– С Владетелем Кристалливора – непросто, – согласилась Эши. – Но это пусть не заботит твои мысли, дитя! Ему сейчас не до тебя. Тайлли бы не потерять.
– Да уж! Даже мне не по себе от всего этого. Не знаю, чтобы я делала на месте Кристайллины. Эши, а ты… Неужели ты совсем не злишься на него?
– Детям не должно платить за ошибки своих отцов. А я и на Итрейта не злилась. Он не ведал, что творил. Магия – это страшная сила. Порой она сильнее того, кто ею владеет. Запомни это, дитя! Может, однажды ты вспомнишь мои слова… Если могущество твоё способно уничтожить мир, то это не твоя сила – это твоя слабость. Настоящая сила способна поднять с колен и спасти, а не поставить на них и уничтожить!
Настя нахмурилась, не понимая, причём здесь магия.
А леснянка неожиданно улыбнулась и продолжила уже совсем другим тоном:
 
– Но пора, наверное, заканчивать наши длинные разговоры… и пробудить этого спящего героя, что так дорог сердцу твоему!
– Эши, а ты можешь это сделать? – поразилась Рыжая.
– Думаю, уже да. Противоядие должно подействовать. Проверим?
Эши снова положила руки на плечи Кайла, замерла, и Настя могла поклясться, что леснянка совсем перестала дышать.
Романова стояла рядом, боясь шевельнуться, с тревогой смотрела то на Кайла, то на леснянку.
Северянин вдруг вздохнул глубоко и шумно, распахнул глаза, синие, словно драгоценные сапфиры.
***
  
4 Та, Что Зрит
 
Кайл обвёл сумрачную комнатку туманным взглядом, зацепился за Настю.
– Дэини! Ты цела?
– Цела, цела… Не волнуйся! – улыбнулась Настя, сквозь пелену счастливых слёз. – А ты вот не очень.
– Да… – нерешительно согласился полукровка. – А мы… где?
– У лэфиарнов. Ты пропустил кое-что.
– И, похоже, немало… – вздохнул Северянин, с опаской разглядывая Эши.
– Сейчас расскажу, – пообещала Настя. – Но сперва ответь – как ты?
– Пить хочу. Пересохло во рту.
– Погоди! – Романова огляделась, зачерпнула из ведра, на которое указала леснянка. – Кстати, это Эши. Она тебя вылечила.
– Благодарю вас, – отозвался Кайл, напившись. – Я признателен.
– Если я могу помочь, я всегда помогаю, – просто ответила Эши. – Я, в отличие от моих сестёр, стараюсь любую жизнь поддерживать, а не обрывать. Яд ещё не покинул тебя полностью. Ты и сам это ощущаешь, верно?
– Да, слабость никак не отпускает, – подтвердил Кайл. – Непривычное чувство. И мерзкое, если говорить откровенно.
– Ничего. Это пройдёт. А пока… На время стань моим гостем, Северянин!
– Благодарю ещё раз, миледи Эши, – почтительно отозвался полукровка.
– Просто Эши. Иные обращения – это лишнее. Оставлю вас ненадолго – Дочь Огня хочет тебе важное сказать. Не стану мешать.
Леснянка шагнула к двери. Кайл в ожидании уставился на Рыжую, а Настя будто онемела от этих слов.
Вот так подстава!
Нет, сказать хотелось многое – но Романова была совершенно не готова сейчас к откровенностям.
Спас её случай… Впрочем, счастливым его назвать, вряд ли уместно.
Стоило Той, Что Зрит распахнуть дверь на улицу, как до слуха Насти долетел шум взволнованных голосов, какие-то крики и прочие звуки, от которых на сердце стало сразу как-то тревожно.
– Что там? – Кайл приподнялся на локтях, но это всё, на что у него сил хватило.
– Сейчас узнаю, – откликнулась Настя, следом за Эши выскальзывая на улицу.
***
О том, что, собственно, происходит, Дэини начала догадываться раньше, чем её удалось пробиться сквозь толпу лэфиарнов. Она была готова брать штурмом плотное кольцо «детей неба». Но те расступились беспрекословно, стоило появиться Эши.
И Настя, как и предполагала, увидела в центре своих приятелей. Впереди всех прочих, разумеется, белоголовый Владетель Кристалливора. Готов броситься на любого, словно оскалившийся волк. По обе стороны от него Наир и Далард – тоже далеки от миролюбия.
– Вы сюда явились незваными. Но мы приняли вас, как велят законы гостеприимства, – выкрикнул один из лэфиарнов, с лицом, перекошенным от злости. – Так чти и ты эти законы, Маг Чёрных Земель! Иначе мы забудем о дружелюбии!
– Угрожать гостям – это и есть ваши законы гостеприимства? – хмыкнул в ответ Кристайл. – Почему мы должны с почтением относиться к хозяевам, что ведут себя хуже разбойников?
– Ты иного не заслуживаешь! – прошипел другой «сын неба».
– Да я…
– Не надо! Пожалуйста! – Тайлли вцепилась в плечо брата, пытаясь того удержать.
– Прекратите! – пронзительно взвизгнула Льюна, преграждая дорогу зачинщикам ссоры.
Толпа закипела мгновенно.
– Эй, эй! Что тут такое? – Настя тоже бесстрашно ринулась в самую гущу, стремясь унять задир. – Кристайл, хватит! Милорд Далард!
Но начинавшуюся свалку остановить оказалось не так-то просто. Градус напряжения нарастал с каждой минутой. Ещё чуть-чуть, и всё окончательно выйдет из-под контроля. И тогда им точно несдобровать. Лэгиарнов слишком много. Всё они искусные воители и, как помнила Настя, не лишены магических способностей. А Гнев Огня в такой толпе применять нельзя ни в коем случае! Похоже, их сейчас просто на клочки разорвут…