По ту сторону леса (СИ)

— Могут и есть, — кивнул Лесъяр. — Насколько мне известно, Киран даже пытался с нею связаться, но потом узнал, что она нас, Ловчих, до визга боится, и не стал. Даже письмо, которое написать успел, благополучно сжег.
— Ну и зря, — буркнула Белояра, сердито сверкнув глазами. — Кайя бы не думала, что она сирота и никому больше в этом мире не нужна.
— Когда она тебе все это сказать успела? — спросил князь, покачав головой.
— Было время, — уклончиво ответила Белояра.
— Понятно, — протянул Ростислав и кивнул в ответ на свои мысли. — Собирайся, Лесъяр. На рассвете отправляемся в это Прилесье, побеседуем с Лордом, коль он так хочет.
— Отец! — ахнула Белояра и вдруг спохватилась. — Постойте. А ведь из-за того, что княгиня Ириль смогла протащить сюда тень Лорда, терем больше не может быть безопасным местом для княжиц. Их необходимо срочно увезти отсюда.
— Здесь ты права, — сказал князь и опустился обратно в кресло, из которого уже успел встать. — В таком случае на тебе — сбор и подготовка княжиц к переезду к Беляне. И самой тебе следует их сопровождать.
— Но отец… — Белояра замолчала, нерешительно посмотрев на князя, — я бы хотела отправиться с вами.
— И речи быть не может, Белояра. Это слишком опасно.
— Но ведь я могу помочь! Один раз я уже смогла предупредить тебя об опасности, остановить. И тень Лорда я прогнала! И… и… это все напрямую меня касается! Он, этот Лорд, сделал все, чтобы очернить мое имя в глазах народа. Теперь везде только и говорят, что обереги, которые зачаровываю я, никому не могут помочь. Что я как ворожея абсолютно бесполезна! — По щекам княжны побежали слезы. — Но ведь это не так… Позволь мне помочь, прошу.
Князь долго молча смотрел на Белояру. В голове его роилось множество мыслей — одна хуже другой. Ростислав, потеряв жену, новорожденного сына, вторую жену и нерожденного ребенка, до ужаса боялся за своих дочерей. По этой причине самая младшая и так похожая на мать Беляна находилась как можно дальше от княжеского престола с его грызней и интригами, от Лордов и проклятого Черного леса. Белояру он держал рядом с собой, не спуская с нее взгляда и до поры занял ее этими оберегами, от которых и вправду становилось все меньше толка. Лорды учились. Слишком быстро, быстрее, чем когда-либо до этого. Это значило, что у них и правда появился какой-то лидер, который ведет их за собой. И вполне возможно, что в этот самый момент тот готовит ему ловушку там, в городке под названием Прилесье, который был когда-то столицей оборотней. И как можно в такой ситуации подвергать Белояру опасности?
Но с другой стороны… Что ждало ее здесь? Есть ли гарантии, что Лорд не придет снова, теперь уже в своем воплощении, а не бесплотной тенью? Или что на обоз с княжицами, где будет и Белояра, по пути не нападут? И что он, князь, будет делать, если окажется, что любимую дочь постигла та же участь, что и других ворожей, ушедших за Лордом в проклятый лес? Аглая ведь предупреждала об этом…
— Хорошо, — выдохнул Ростислав, сдаваясь, — ты отправишься с нами. Но при одном условии. Нет, даже двух!
Белояра радостно закивала.
— Во-первых, ты сейчас же займешься подготовкой к переезду княжиц. У тебя времени — до рассвета. Не успеешь — уедем без тебя. Во-вторых, если все-таки уложишься в срок, от меня ни на шаг не отходишь. Все поняла?
— Да, отец, — улыбнулась княжна, поднимаясь на ноги. — Тогда я пойду, готовить девочек в путь. До встречи на рассвете. Отец, Лесъяр, — кивнула она им на прощание и вышла из кабинета.
***
Повозка медленно въехала в ворота города Медвежий Лог. Территории, на которых он стоял, принадлежали оборотням, чья звериная сущность была медведем. Нынешний князь основал город и перевел своих людей через Черный лес. Рядом с медведями расположились земли волков, а ближе всего к Лесу находились лисы. Они приняли на себя первый удар, и глава их рода велел жителям окрестных деревень сниматься с места и уходить вглубь страны. Послушались далеко не все, по крайней мере сразу, но позже, осознав, чем именно грозит соседство с враз усилившимися Лордами, деревенские бросили нажитое за все эти годы и бежали.
 
Старик Агап некогда служил в дружине князя: бок о бок они отстаивали свои земли от людей, решивших вдруг, что оборотням не место рядом с ними. Он же однажды спас князю Беорну жизнь, закрыв собой от удара. Из-за этого ранения старому лису пришлось покинуть княжеский двор: едва не лишившись стоп, Агап хромал на обе ноги и был больше не способен защищать своего князя. Но, отпуская его со службы, князь Беорн поставил условие: он будет его глазами и ушами на границе с Лесом. Только вот опасался старый князь вовсе не Лордов, а людей. Именно их он считал главными врагами всех оборотней.
Лордов до недавних пор вообще не воспринимали всерьез: их силы никак не могли навредить потомкам Рудо. Но в какой-то момент все изменилось. В соседних с лесом поселениях стали пропадать дети. Не часто, не везде, и считалось, что они просто потерялись в чащобе или болотах, которые находились совсем рядом с Черным лесом. Иногда тела находили. Иногда находили живых, с безучастным ко всему взглядом, неулыбчивых, будто лишенных эмоций. Они часто смотрели туда, откуда их привели — на высокие столетние деревья да темную чащу. Вскоре таких детей стали называть потерявшимися. Агап больше всего боялся, что его внук, маленький Алис, станет таким.
Добравшись до города и распрощавшись с Бояром и Рихом, Агап оставил внучка у Марты, дальней родственницы, осевшей в свое время в Медвежьем Логе с мужем и детьми, и отправился к князю. Старик дошел до дверей кабинета и неожиданно столкнулся с проблемой: его отказывались пропускать внутрь. Дескать, занят князь, не до него.
— А ты, молодчик, скажи, что прибыл Агап с донесением, — ухмыльнулся старый вояка, — и поглядим.
Молодой воин неуверенно посмотрел на него, но аккуратно постучавшись, заглянул в кабинет и передал князю его слова. Беорн, услышав имя старого друга, потребовал немедленно пропустить Агапа. Старик вошел внутрь, оглядел внимательным взглядом из-под кустистых бровей собравшихся советников и хмыкнул. Почти все в сборе.
— Здрав будь, Агап, — приветливо сказал Беорн, тяжело поднимаясь из кресла.
Война с людьми оставила и на нем свой след. Лицо князя перечеркивал рваный шрам, оставленный серпом. И прихрамывал Беорн на левую ногу, которая была сломана в двух местах и срослась неправильно, оттого была короче, чем правая. Он подошел к старому другу, заключая в крепкие объятия.
— Какие-то новости с границы?
— Плохие вести я несу тебе, — покачал головой Агап, когда князь вернулся в свое кресло. — Но хотел бы, чтобы при разговоре присутствовал весь Совет.
— Здесь тебя немного опередил мой старший сын, — хмыкнул Беорн. — Бояр попросил меня срочно созвать Совет. Говорит, дело не терпит отлагательств.
— И он прав, — кивнул Агап.
Дверь в кабинет князя открылась. Внутрь вошли Бояр и последний советник. Княжич успел слегка привести себя в порядок с дороги: смыл грязь и черную кровь существ и переоделся. С еще влажных волос стекали мелкие капли воды и падали на зеленую, вышитую у самого ворота обережными знаками рубашку, оставляя мокрый след.
Князь Беорн покачал головой, поднимаясь на ноги. Он прошел к широкой стене, в которой едва заметно выделялась дверь, скрытая под деревянную панель, вставил ключ в замочную скважину и повернул несколько раз в одну и в другую сторону. Замок тихо щелкнул, панель отъехала в сторону, открывая проход в Зал Советов. В это помещение вход и выход существовал только один — через кабинет князя. И открыть дверь мог только сам Беорн: шифр замка больше никто не знал. Случись осада, здесь находились источник воды и запасы провизии на несколько недель — в таких же потайных комнатах. Стены Зала были отдельно выложены из камней, как и внутренняя дверь. Окна же вовсе отсутствовали.
Беорн прошел внутрь и занял свое место во главе стола, что был сделан в форме капли. На стенах и потолках зажглись зачарованные светильники. Советники также уселись в кресла, Бояр замер у стола напротив отца, игнорируя подставленный стул. Когда-то он сам отказался от места в Совете, здраво рассудив, что все эти заседания занимают слишком много времени. И Малый Совет, который время от времени собирал отец с отдельно взятыми советниками, приносит куда больше пользы.