Если весело живется, делай так

Но результат ей все равно нравился. Она готова прожить такую жизнь, в которой ее бывшая группа никогда не задохнется от зависти, увидев ее на телеэкранах; жизнь, в которой причиненное ими зло не вернется к ним сторицей; жизнь, в которой она будет всего лишь «спокойно заниматься любимым делом», как иронично пишут в журналах, а они станут настоящими звездами.
Но чтобы этим заниматься, нужны деньги, и она их заслужила. Она помнила слова Амары: «Ты написала единственную пристойную часть песни, которая теперь занимает первые места в хит-парадах в стране». Да, это именно Клэр, и настала пора получить то, что ей причиталось. Как только идея пришла ей в голову, она уже не могла не думать про это и купила билет на автобус из Джим-Торпа на месяц раньше, чем планировала изначально. Гвен расстроилась бы из-за того, что Клэр пустила по ветру ее подарок, но она же не собирается ей докладывать об этом. Знойным августовским субботним утром Клэр вернулась в Нью-Йорк и встретилась с Теей.
Они сидели на террасе Бетесда в Центральном парке, наивно полагая, что август в Нью-Йорке — лучшее время для прогулок, хотя на самом деле именно в этом месяце по всему городу сильнее всего воняет мусором. (Клэр и Тея столько лет уже живут в Нью-Йорке и должны это помнить, но всякий раз долгая зима стирает им память. Надо бы сделать татуировку с напоминанием, подумала Клэр.) От жары они потели и обмахивались. К удивлению Клэр, Тея была одета в свободную белую рубашку и спортивные шорты, которые отличались от ее обычных строгих нарядов.
— Итак, если я хочу получить свою долю роялти за то, что помогла «Бродягам» написать «Глаза Айдахо», ты будешь представлять мои интересы?
— А то! С превеликим удовольствием! А если эти козлы откажутся сотрудничать, то я помогу тебе засудить их и оставить без штанов.
— Спасибо! — сказала Клэр. — Но я бы хотела уладить все по возможности тихо-мирно, думаю, они тоже. И поменьше находиться с ними в одном помещении. Мне много не надо, только то, что причитается по справедливости.
— Ну, для начала мы заломим цену повыше, — заявила Тея, и Клэр прямо так и слышала жужжание в мозгу Теи, когда та подсчитывала проценты и прибыль. — Я бы хотела разобраться с этим в ближайшее время, потому что… Вообще-то я тоже хочу с тобой кое о чем поговорить. — Она наклонилась вперед и сложила руки на коленях, в ее голосе звучали незнакомые нотки неуверенности и волнения. — Я знаю, ты в последнее время не могла до меня дозвониться. Это потому, что у нас с Эми будет ребенок. Я беременна.
На короткий миг Клэр почувствовала укол печали. Их отношения никогда уже не будут прежними. Но вслед за печалью ее охватила радость.
— Тея! — завопила Клэр и бросилась обнимать кузину.
— Станешь тетей Клэр!
Потом они начали оживленно обсуждать детские имена и то, что сегодня впервые за несколько недель Тею не вырвало, она боялась сглазить, но надеялась, что сможет дотянуть до вечера без токсикоза.
У Клэр завибрировал телефон. Она посмотрела на экран, и сердце глухо заколотилось в груди. Это было сообщение от Амары: «Привет. Вдруг ты свободна? Можем поговорить?»
— Кто это? — поинтересовалась Тея. — Парень?
— Да так, пустяки, — отмахнулась Клэр.
— Ну, судя по лицу, это вовсе не пустяки. — Тея выхватила у нее телефон, ввела пароль (они давно уже выучили наизусть пароли от телефонов друг друга, совсем как соседи, которые оставляют друг дружке ключи на случай ЧП) и прочла сообщение. — Кто такая Амара?
— Это… одна из мамочек из прогулочной группы. Которая сначала вела себя как стерва. — Клэр держала Тею в курсе первых этапов ее работы, рассказала и о зарождающейся дружбе с Амарой («Думаю, я чуток ревную», — сказала Тея в какой-то момент), но не упоминала о крахе всего.
— Отлично, я хочу с ней познакомиться, — сказала Тея и начала что-то печатать в телефоне.
— Ты что творишь?
Тея пожала плечами, когда Клэр попыталась выхватить телефон, и сказала:
— Беременной женщине надо во всем потакать.
Когда Клэр все-таки удалось заполучить телефон обратно, в ее переписке сообщений стало больше. «Я на террасе Бетесда, — написала Тея. — Приходи». «Уже бегу», — ответила Амара.
 
— Ты издеваешься, что ли?
— А что такого? — недоумевала Тея. — Мне казалось, тебе она нравится… Это здорово, что у тебя появилась подруга, а я хочу познакомиться и посмотреть, одобряю я вашу дружбу или нет.
— Ты слишком любишь все контролировать! Пошли отсюда.
Тея пожала плечами и быстро поднялась на ноги, но тут же замерла и облокотилась на скамейку.
— Погоди. Рано я обрадовалась.
Она поковыляла к ближайшей мусорке и зависла над ней на пару минут, делая глубокие вдохи.
— Ты это специально?! — спросила Клэр, но Тея в ответ едва не испепелила ее взглядом. — Тебе принести имбирного эля?
Тея сглотнула и кивнула. Клэр бросилась к ближайшему киоску на колесах, отстояла огромную очередь, заплатила баснословные три доллара за содовую, открыла бутылку и протянула сестре. Она смотрела, как Тея цедит напиток, и похлопывала ее по спине, а в душе бушевала настоящая буря. Она могла бы написать Амаре и попросить не приходить, но любопытство пересилило.
Через пару минут на вершине холма показались две женщины с колясками. Неожиданно рядом с Амарой вышагивала Уитни. Невидимый кулак сжал сердце Клэр резким движением. Случилось нечто плохое? Или она сама сотворила что-то, что две женщины, которые после всех событий не должны были никогда друг с другом разговаривать, тут вдруг объединились и готовы обрушиться на Клэр с обвинениями. Хотя она сдержала слово. Даже Тее не проболталась. (О нет, испугалась Клэр. Вскоре Тея пополнит армию нью-йоркских мамочек с довольно высоким доходом, благодаря работе в модной юридической фирме. «СуперМамочка» и ее попытается подсадить? Тея никогда бы не попалась на такое, но, опять же, Клэр и от Амары не ожидала подобной доверчивости.)
Но не похоже, что Уитни и Амара шли на нее с войной. Они просканировали толпу, обе выглядели чуть мягче, чуть небрежнее, чем раньше, их лица блестели от августовской жары. Да к черту их, подумала было Клэр, но поняла, как ей дико хочется подбежать и обнять их и малышей.
— Я сейчас, — предупредила Клэр Тею и пошла им навстречу.
— Клэр! — воскликнула Уитни, Амара же пристально смотрела на нее и молчала.
— Что случилось? — спросила Клэр, сложив руки на груди.
— Мы… — начала Уитни.
— Вели себя как сволочи, — подхватила Амара. — Как последние сволочи. В отношении тебя.
— Да, и хотели извиниться! — добавила Уитни.
— Это какой-то новый модный вид детокса — избавление от чувства вины? — спросила Клэр, не зная, что и думать. Впервые она ощутила себя ровней этим женщинам. Она много раз считала себя их подчиненной, а иногда, наоборот, задирала нос. Они обременены детьми, бросили работу, у них нет никакой иной страсти, кроме собственных отпрысков, ну и вдобавок они случайно подсели на наркотики, и в итоге Клэр пришлось с ними нянчиться. Но сейчас Уитни и Амара стояли перед ней и просили прощения, роскошные падшие ангелы, которых она боялась, ненавидела, любила, презирала и боготворила. Внезапно оказалось, что они ничуть не лучше Клэр, но и не хуже. Просто обычные люди из плоти и крови, как и она сама.
— Мы можем как-то загладить вину? — спросила Уитни, и Клэр тут же поняла, что именно у них попросить.
— Расскажите Тее.
— Тее? Твоей сестре? — уточнила Уитни.
— Ага! — Клэр показала на Тею, стоявшую чуть поодаль у мусорки. Та, похоже, решила, что ее все-таки не тошнит (или все-таки прикидывалась?), и сейчас обрабатывала руки антисептиком и пыталась прислушаться к их разговору. Тея помахала. — Она ждет ребенка.
— Если у вас есть советы по нависшей надо мной угрозе материнства, — сказала Тея, с улыбкой подходя к ним, — я их внимательно выслушаю.
— Тея! — Сказала Уитни, пожимая ей руку. — Я Уитни. Мы давным-давно переписывались по поводу прогулочной группы.