Гнилые плоды моей любви (СИ)

- Аааааааааа, аааа, ААААА!!!
Мне стало дурно. Я вышла из машины и захлопнула дверь. Ветер ударил мне в лицо, лучи солнца ласково коснулись моих холодных рук. Я вздохнула полной грудью и окунулась в звуки города, в ароматы выпечки, готовящейся еды, чьих-то духов, деревьев… Все это смешивалось с выхлопными газами и пахло любимым городом. Из машины все еще доносились крики Валентина. Правда, теперь они были глухие, ведь все двери и окна были закрыты. Если бы в тот момент я просто пошла вперед, то была бы абсолютно счастлива.
«А что, если я просто оставлю его здесь и уйду?..» - подумалось мне. Эти мысли пугали.
Я посмотрела на оживленную улицу. Ее очертания хоть и виделись мне расплывчато, но все равно манили к себе магнитом. Сердце сжалось от тоски.
- Нет, я не могу уйти, - прошептала я и открыла машину.
Мне в уши сразу ударил рев ребенка. Я села за руль и завела мотор.
Валентин не переставал орать:
- Я все расскажу папе! Он тебе устроит!! - Из его носа свисали сопли, а по лицу катились злые слезы. Руками и ногами он тянулся вперед и наносил удары по моему креслу.
Крик звенел у меня в ушах. Я поняла, что хочу тишины. Когда движение прервалось светофором, я развернулась назад и процедила:
- Заткнись, иначе я высажу тебя прямо здесь.
Это возымело действие. Валя моментально умолк и уставился на меня испуганным взглядом. До сада мы ехали в тишине.
Отдав присмиревшего сына воспитателям, я наконец решилась съездить в поликлинику. Было уже давно пора это сделать, но меня одолевал страх перед диагнозом врача. Что, если я постепенно слепну? Однако мне хотелось получить обратно свое четкое зрение, ведь это все, что было в моей жизни. Взяв себя в руки, я повела машину по знакомому маршруту.
Приняли меня на удивление быстро. На расспросы врача, что случилось, я ответила, что чистящее средство случайно попало мне в глаза. Мне прописали капли и два вида таблеток. Выйдя из поликлиники, я сразу же приобрела все лекарства, и направилась в ближайший сквер. Там я закапала глаза, выпила таблетки и принялась ждать эффекта. По словам врача, улучшения должны были наступить сразу же. Он не обманул: даже сквозь солнцезащитные очки я заметила, как зрение стало четче. Пусть и ненамного, но все же эффект был ощутим. Это придало мне оптимизма, и я, забыв о течении времени, просидела на скамейке несколько часов.
Когда я вернулась домой, Влас и Глеб уже ждали меня в прихожей.
- Ну и где ты была? - спросил Влас, скрестив руки на груди. В одной из них он держал банку с энергетиком. – Пакетов с продуктами нет, ничего не купила… обед тоже не готов. В наших с Глебом комнатах не убраны кровати. - Он открыл банку и сделал глоток. – Чего молчишь? Нечего сказать? – Еще один глоток энергетика. И еще один. – Я с тобой говорю, але!
- Я была у доктора. Сейчас приготовлю еды, потерпите немного, - снимая верхнюю одежду, сказала я.
- Да уже не надо, спасибо,мамуля, - процедил сын. - Мы уже сами разобрались. Позвонили папе, и он заказал нам еды. Так что не утруждайся.
- Ага, - поддакнул Глеб. – У нас две пиццы и роллы. Целый пир!
Я сглотнула ком, застрявший в горле. Если Сергею пришлось заказывать детям еду, значит, так просто мне это с рук не сойдет. Возможно, на сегодняшнем пиру я буду шутом.
  
Свинка
 
Вечером вся наша «дружная» семья собралась на кухне. Сергей заказал еще одну доставку, и вскоре стол уже ломился от суши и роллов, пиццы и бургеров, картошки фри и прочих прелестей фастфуда. Домашнюю еду есть никто не захотел, поэтому мне пришлось убрать все в холодильник.
Я не любила ни пиццу, ни бургеры, ни уж тем более картошку фри, поэтому выбрала себе меньшее из зол - вок-лапшу из коробочки.
- Нравится вам, троглодиты? - поинтересовался Сергей, с любовью глядя, как дети уминают еду.
- Угу, - с набитыми ртами радостно отозвались те.
Муж перевел взгляд в мою сторону, и его глаза сразу лишились всей нежности.
- А ты чего физиономию кривишь? Не нравится еда из ресторана, или просто в кайф быть вечно недовольной?
 
- Я не недовольная, - сказала я, - тебе показалось.
- Ей просто не нравится, что мы не хотим есть ее вонючие котлеты, - заявил Валя, макая картофельный ломтик в соус.
- Да, в последнее время твоя стряпня оставляет желать лучшего, Нин. Дети правы. Слышала бы ты, как они обрадовались, когда я сказал, что сегодня будем есть еду из ресторана!
- Они дети, Сережа. Все дети любят фастфуд и никогда не сделают выбор в пользу домашней еды.
- Полная чушь. На основании каких данных ты сделала такой дурацкий вывод? У тебя выборка всего из трех детей, Нина. И, если все три сына не хотят есть то, что приготовила ты, значит, есть повод призадуматься.
- Я готовлю каждый день не потому, что все выбрасываю, а потому, что вы очень быстро съедаете все подчистую. И ты тоже. Получается, вы через силу давитесь моей едой?
- Получается, так. Раньше ты готовила лучше. Намного лучше.
- Можешь не есть. Заставлять не буду.
- Я-то, конечно могу, а что делать им? - муж кивнул на детей. - У них же нет выбора.
Я знала, что готовлю вкусно, и каждый домочадец любит мою еду. Это было не самомнение, а голые факты: каждый из детей постоянно просил добавки, пока другие не видят, а глава семейства всегда подъедал из холодильника по ночам. Очевидно, заведя разговор о якобы дурном качестве моей готовки, Сергей просто в очередной раз желал надо мной поиздеваться. В последние пять лет это было его любимым занятием. Я не знала, куда исчез тот мужчина, за которого я когда-то выходила замуж. Не знала, зачем он это делает. Я понимала только одно: что бы ни происходило, мой долг - показывать детям любовь и доброе отношение. Демонстрировать им, что может бытьпо-другому. Я верила, что однажды они это оценят и вырастут хорошими людьми, несмотря на то, что родной отец на протяжении многих лет занимался травлей их матери.
- Если они не захотят есть то, что готовлю я, можешь заказывать им бургеры хоть каждый день. - Я пожала плечами. - Заставлять их есть мои «вонючие котлеты» я не буду.
- То есть вместо того, чтобы исправиться, начать готовить лучше, ты намеренно склоняешь наших детей к вредному питанию??
Я была непроницаема:
- Нет, я буду продолжать готовить. Но уговаривать их есть больше не стану. Как бы я ни старалась, моя еда все равно всегда будет плохой, ведь так, Сереж?
- Пойдем-ка поговорим, - сказал муж, вставая из-за стола. Затем он обратился к детям: - А вы сидите, ешьте. Мы с мамой скоро придем.
Сергей завел меня в спальню и запер дверь изнутри.
- Ты знаешь, что делать, - холодно сказал он.
- Почему сейчас? - ужаснулась я. - Дети ведь еще не спят.
- Они на кухне. Пока они едят, у нас есть минут десять. Приступай. Не испытывай мое терпение.
- Я только что поела, я не смогу...
- Сможешь. Стоит только захотеть. Захоти, Нина.
Он взял меня за волосы и опустил на колени. Глотая слезы, я зажмурила глаза.
Десять минут. Нужно потерпеть всего десять минут. Я смогу. Главное - чтобы меня не стошнило, иначе ночью меня ждут куда более страшные вещи. Хотя, казалось бы, куда уж страшнее? Каких-то пару лет назад я и подумать не могла, что стану соглашаться на такое. И, тем не менее, я соглашалась.
Когда мы вернулись на кухню, я дрожала всем телом. Вид еды вызывал рвотные позывы. Я отодвинула коробочку с лапшой от себя подальше, чтобы только не видеть ее содержимое. Дети переглядывались друг с другом и хихикали. Либо они что-то уже сделали, либо только собираются. И это что-то определенно направлено на меня. Я напрягла все органы чувств и наконец поняла: я сижу на чем-то мокром. Вскочив с места, обнаружила, что кресло перепачкано каким-то жирным соусом вперемежку с соевым.
Я посмотрела на детей:
- Зачем вы это сделали??
- Мы ничего не делали, - довольные смешки.
- Вы что, испачкали кресло? - спросил Сергей.