Фемида его любви — 2 (СИ)

У нее неплохо получалось, он не догадался о подмене. Алекса умела повторять мое поведение, отыгрывая каждый жест на сто баллов. Не понимала, как она прокололась с Вестником, но то, что я видела сейчас, не имело отличий со мной. Те же плавные движения, та же интонация и спокойный тон, она даже краснела, подобно мне. Саша не заметил разницы.
Я тихо зашла в кухню, остановившись в дверях, когда Алекса поставила на стол три порции картофельного пюре с курицей и расположилась напротив Саши.
— Мы кого-то ждем? — поинтересовался Краснов, кивая на третью тарелку.
— Да, у нас сегодня гости, — она скромно улыбнулась и начала ломать пальцы. Ну вот тут сестрица переигрывала. Ее жутко раздражала моя привычка — мудровать над своими пальчиками, и она дразнила меня этим. Сейчас это было совсем не в тему. Или я правда постоянно так делала?
— Кого ждем? Семен приедет?
— Меня ждем, — вмешалась я и закусила изнутри щеку, чтобы не выдать себя ехидными смешками. Почувствовала себя снова маленькой, окунувшись в момент, когда мы разыгрывали родителей с братом. Сестра испытала те же чувства и поджала губы, стараясь сохранять невозмутимость.
Реакция Краснова позабавила. Он вздрогнул, услышав позади себя мой голос и обернулся. Увидев меня, застыл с непониманием на лице, после чего повернулся к Алексе. Смерив ее, наверняка, обескураженным взглядом, обернулся на меня. В его раскрытых от изумления глазах читался шок.
Я специально надела джинсы, белую майку и такую же, как у Алексы, клетчатую рубашку. На лицо нацепила скромную улыбку, делая нас с сестренкой полностью неотличимыми. Краснов стушевался, шумно выдувая воздух, будто пробежал стометровку на скорость:
— Я ничего не понимаю, — он засмеялся. — Кто из вас моя Саша? Вы, как двое из ларца. — Он растерянно переводил взгляд с меня на Алексу, пытаясь определиться.
— Угадай, — пожала плечами близняшка. — Я думала, для тебя это будет простой задачей. — Изобразив разочарование, она уткнулась в тарелку, начав поглощать пищу.
Я прошла к столу, и, будто ни в чем не бывало, припала к апельсиновому соку. Вечер был волнительным, но интересным.
— Вы слишком похожи, чтобы так сразу сказать, — Саша потерялся. — Повадки, голос, движения. Я бы сказал, что Саша всегда в платье ходит, но вы специально оделись одинаково, чтобы меня путать. Почему ты не рассказывала мне, что к тебе приедет сестра? — он обратился не ко мне.
— Хотелось сделать сюрприз. Вижу, он удался, — кокетливо стрельнула глазками Алекса и подмигнула мне. Краснов заметил этот жест и изучающе стал меня рассматривать.
— Мы говорили минут пятнадцать, у меня и мысли не было, что передо мной другой человек, — начал он, смотря уже на меня. — Ты не Саша?
— Возможно, — улыбнулась я.
— Хм. Что мы ели вчера вечером? — он прищурился. Решил поймать на незнании.
— Бургеры и картофель фри. Мне захотелось вредной пищи, — отбила я мяч.
— А в первый раз что ты заказывала? — он посмотрел на Алексу.
— Борщ и блины, — она улыбнулась ему.
— Понял. У близнецов секретов нет, могу не задавать глупые вопросы, чтобы не ляпнуть интимное или не выглядеть идиотом. Давайте пока поужинаем, потом я скажу свое мнение. Вы застали меня врасплох.
Определиться он не смог как за чаем, так и за просмотром фильма. Было забавно наблюдать за тем, как ему хотелось обнять меня или быть ко мне чуточку ближе, но так как нас было двое, Саша не понимал, к кому ему ластиться. Он меня не чувствовал, но, как мне показалось, к Алексе тянулся чуточку больше.
В какой-то момент мне наскучил фильм и я ушла в кухню, чтобы попить. Свет решила не включать. Наощупь найдя стакан, налила себе воды и почувствовала, как мужские руки нежно обняли меня за талию и притянули к себе. Попав в ласковый плен, я поежилась, ощутив, как рубашку осторожно сняли с плеча, наградив его скромным поцелуем. Обычно так извинялись.
— Вы очень похожи с сестрой, как ее зовут? — шепнул Саша на ухо.
— Алексия. Но она просит называть ее Алексой, — также шепотом ответила я. Отвергать Сашу не стала. Мне стоило начать привыкать к нему. Алекса все верно сказала: рано или поздно мне придется лечь к нему в постель, нужно начать себя к этому готовить. Мне предстояла долгая работа над собой: руки Вестника сложно заменить.
 
— Ясно. Надолго она к нам?
— Не знаю, ее приезд был сюрпризом для меня тоже. Ты не против, если она поживет со мной?
— Нет… Я был рад с ней познакомиться, хоть ее появление меня обескуражило, но повеселило. Умеете вы поднять человеку настроение.
— Это Алекса предложила. Хотела проверить, раскусишь или нет.
— Это нереальная задача. Я ее провалил.
Мы так и продолжали шептаться в темноте, повышая градус интимности. Я прислушивалась к своим ощущениям, расстроенно понимая, что ничего не чувствовала. Лучше бы токсикоз так не ощущался, как прикосновения Саши. Пока что я оставалась ледяной барышней и он это чувствовал, поэтому отстранился, решив не мучить. Включив свет, присел на стул, с грустью и тоской любуясь мной.
Я причиняла ему боль. Алекс изуродовал мою любовь, сделав ее больной и некрасивой. Я не могла подарить Саше то, что он хотел, потому что сама не вылечилась до конца. Ничего кроме боли, расстройства и разочарования во мне не было, поэтому мне нечем было наполнить его сосуд. Чтобы накормить кого-то, нужно сначала позаботиться о себе. Увы. Мне нечего было предложить Краснову. Только свою искреннюю благодарность за то, что поддержал и не бросил.
— Тебе звонили из следственного комитета? — спросил Саша, заполнив неловкое молчание.
— Нет, есть новости? — испуганно спросила, ожидая плохие вести. Хоть мне и говорили, что адвокат поможет, верилось с трудом. Больше всего я боялась звонка от следователя или появления людей в форме на пороге квартиры.
— С тебя снимают обвинения. Нашлась девушка, которая сбила сына мэра. Она призналась в том, что двое свидетелей, указавших на тебя, ей угрожали и пытались убить. Нашелся сам труп. Смерть наступила не в результате наезда. Он упал к тебе на капот уже будучи мёртвым. Его застрелили. И внезапно записи нашлись с тем, как парня запихивали в машину. Надеюсь, теперь ты перестанешь дергаться от любого звонка.
— Это правда или это все работа адвоката? — с моих плеч падал груз, мучавший меня не первый месяц по ночам. Сложно жить с мыслью, что лишила жизни человека.
— Это все правда, но тут поработали люди Вестника, — он процедил позывной Алекса, пропитав его нотами неприязни и отвращения. — Я впервые ему благодарен. В их своре есть правило: защищать членов семьи своих людей. Отработали на отлично.
— Что еще за правило?
— Если ты сильно накосячишь и будешь, например, девушкой или невестой Вестника, тебя не тронут. Спрос за тебя будет с него и вся его шайка будет оберегать тебя и пытаться помочь. Я до конца не знаю, как у этих тварей все работает, но вот сейчас ты видишь результат. Так как ты встречалась с…, — он вовремя остановился, чтобы не выругаться. — … с тем парнем, за тебя заступились.
— Видимо, эти законы действуют только на девушек, а на неродившихся детей не распространяются, — сказала себе под нос, но Саша услышал.
— А ты пожалуйся Вестнику, — он ухмыльнулся.
— А на Вестника кому жаловаться?
— В смысле? — Краснов не понял.
— Если Вестник бы был отцом моего ребенка и требовал сделать аборт. На него кому жаловаться? — выпалила в чувствах, прикусила язык, испугавшись своего порыва, но Краснов ничего не заметил.
— Напиши в небесную канцелярию, может поможет. На эту тварину нет управы. У него нет ничего святого, — он скривился и отвернулся.
— Почему ты его так ненавидишь? Вы же не пересекаетесь даже. Творит он свою… Свой беспредел, но тебя он не касается. Тут что-то личное? — не утаилось то, как он тяжело задышал при упоминании Вестника и мигом завелся. Артем не вызывал у него таких эмоций, только Алекс. Хотя, должен был ревновать к Молчуну.
— Ты права. Есть личное, — он встал, показывая, что разговор окончен, но я ждала ответ.