Фемида его любви — 2 (СИ)

— М-м-м, — промычала я, кусая губы и сморщилась, почувствовав привкус железа во рту. Разгрызла едва затянувшуюся рану. — Ты на себя намекаешь?
— Ну… — Рита отвела взгляд, думая, как смягчить назревающий конфликт. — Вот ты бы отсосала ему в первые два часа после знакомства в ВИП-номере клуба? — дождавшись моего ступора, она удовлетворенно кивнула. — Поэтому он бы на тебя и не посмотрел. Обычно у него все так и происходило. А вот Артем — совсем другое дело. Он ласкучий котик. Вон, какими глазами влюбленными на тебя смотрел. Тебе такой и нужен. Алекс бы просто уничтожил тебя и растоптал.
— Да, ты права. Он бы меня просто растоптал, — только частица «бы» тут лишняя. Он уже это сделал. — Ладно, не будем о грустном. От кого ты беременна? Кто счастливый отец? — я игриво толкнула подругу в бок, ожидая подробностей.
— На дне рождения познакомлю. Все потом, — она подмигнула мне и встала. — Пойдем, я постелю тебе, а твоего телохранителя на кухне положим. И еще посекретничаем перед сном.
— Потом, так потом, — сказала самой себе под нос. — Главное, чтобы это «потом» меня не возненавидело заочно за обломанную ночь.
Утром я пыталась собраться мыслями и решалась на поездку в полицейский участок. Это было нелегко. Я несколько раз переспрашивала Темира, точно ли нам нужно туда ехать и не ошибся ли он. Настаивала еще раз позвонить своему знакомому и все перепроверить. Мне уже было все равно на загранник, я была готова просто уехать на другой конец России и раствориться в неизвестности, лишь бы не видеться со следователем по фамилии Горюнов, который, как оказалось, меня все-таки ждал.
О причинах мне никто не сообщил, но неприятное чувство шептало о трагическом завершении «свидания» с последующей отправкой в тюремные стены. Мое рыльце было в пушку, про сбитого парня я прекрасно помнила и до жути боялась, что про тот злосчастный наезд все же узнали.
Рита все утро пыталась меня бодрить, отвлекая от безумных мыслей сплетнями про однокурсников, подружек и турецкие сериалы. При упоминании последних я вяло, но стала участвовать в обсуждениях.
— Ты зачем черное надеваешь? — удивилась подруга, прекратив вещать про Намыка, который портил жизнь своему сыну все сорок серий. — На похороны что ли собралась? Хотя… Тебе очень идет, но я никогда не видела тебя в таком амплуа…
— Мне нравится, — я покрутилась перед ростовым зеркалом. — Отзывается по настроению. Я готова, поедем?
Мне нравилось, как я выглядела. Решила не заморачиваться. Волосы выпрямила, отпарила черное платье-футляр с капельным вырезом, из обуви — одолженные у подруги босоножки в тон платью. Нужно будет сходить в торговый центр и купить удобную обувь. Наверное, мне уже нельзя бегать на каблуке, а ничего кроме туфель я с собой не взяла. Хотя… Может мне уже это все не потребуется и через час-другой меня просто заластают за убийство человека.
Подумав про приближающийся арест, сразу прекратила кривляться перед зеркалом. Мой внешний вид — заведомый траур по свободе. И это не могло радовать.
В коридоре нас ждал Темир. В отличие от нас он уже несколько раз спустился к авто и обратно, что-то там постоянно проверяя. Сейчас вот тоже крутил в руках брелок и едва заметно нервничал.
— Вы готовы? Нужно подождать немного. Какое-то хулиганье мне колесо прокололи. Жду ребят, пока привезут новое. Починить не удалось.
— Это надолго? — обеспокоилась Ритка. Она все утро дергалась от телефонных звонков и будто пыталась скорее сбежать из дома.
— Десять минут и поедем, пока подождите тут, я быстро, он уже приехал, — на ходу отвечая на звонок, мой телохранитель выскочил наружу, оставив нас наряженных и красивых, а кого-то красивых, но печальных, внутри.
— Класс… — цокнула Ритка и села на пуф. — Ну, че. Ждем, раз такое дело.
— А ты почему так нервничаешь сильно?
— За тебя переживаю, — она отвернулась к зеркалу и стала поправлять идеально выглаженное красное платье.
— Спасибо, но не стоит. Все будет хорошо, — я обняла ее сзади, целуя в щечку. Моя черноволосая мадам не растерялась, моментально запечатлев нас на селфи. Я прокомментировать не успела, как она уже опубликовала снимок в социальной сети.
 
— Надо придумать оригинальную подпись. Что думаешь? — повернулась она ко мне.
Ответить я снова не успела, потому что постучали в дверь. Не сговариваясь, мы подскочили к двери, торопясь на выход, посчитав, что это Темир. В тот момент у обеих вылетело из головы, что охранник взял с собой комплект ключей.
Я выходила первая. Не сразу подняла взгляд, зацепившись ремешком сумки за дверную ручку. Когда расквиталась с ремнем, отшатнулась назад: передо мной стоял брат.
Я попятилась обратно в квартиру.
— Сема? Ты что тут делаешь? — с досадой воскликнула подруга, после чего я недоумевающе взглянула на нее.
— Я к Саше, — Семен прошел в коридор. Он выглядел усталым, но спокойным. В своем наглаженном сером костюме он никак не походил на человека, который вчера вечером кидался на меня с проклятиями и пытался удушить. — Это и есть твой повод для усталости и лечь спать пораньше? — он обратился к Рите, кивая на меня.
— Я же сказала, что сама позвоню, — подруга поджала губы и присела обратно на пуфик, косясь на меня с виноватым видом.
— Я решил удостовериться, что она тут, — Семен закрыл дверь изнутри на щеколду и ухмыльнулся. — Поговорим, сестрен?
  
Глава 5
 
Я бы задала не знающей куда себя деть Ритке сотню вопросов, если бы не закрытая Семеном изнутри дверь. Если бы не накрывающие мысли о замкнутом пространстве и Темире, который не сможет теперь попасть в квартиру, я бы обязательно поинтересовалась у подруги, что значили двусмысленные фразы брата про дела, почему она его звала Семой и отчего так покраснела. Если бы не колючие шипы охватившего страха, которые карябали мое спокойствие и шугали сердце по всей грудной клетке, я бы поинтересовалась деталями, обязательно бы упрекнула в молчании, а может даже закатила скандал. Но сейчас мне было не до этого.
Сейчас в голове метались мысли о спасении, ибо появление брата меня сбило с панталыки, кинув в омут растерянности. После вчерашнего я не была готова к встрече, а вот он, наоборот. Был рад, чрезмерно спокоен и тем самым, выглядел безумным. С учетом еще не заживших следов побоев образ сумасшедшего усиливал свой эффект.
— Ты меня боишься? Не стоит, — миролюбиво произнес брат и убрал руки в карманы брюк, переступая с пяток на носок. Облизнув губы, добавил. — Я поговорить пришел.
— О чем нам с тобой говорить? Мы вчера все обсудили. Вполне доступным и понятным обоим языком. Больше не о чем, — мой взгляд хаотично метался по прихожей, ища то, чем можно обороняться. Но так как хозяйка арендуемой Ритой квартиры ценила минимализм и запретила даже картины на стенах вешать, тут не нашлось ни единого предмета, который можно было бы взять в руки для обороны. В просторном светлом коридоре были только пуф и встроенный шкаф-купе. А, ну ложка для обуви еще, но она осталась позади Семена.
— Думаешь, не о чем? — он ухмыльнулся и достал из кармана аккуратно сложенную бумажку. Покрутил ее между пальцев, уточнил. — Точно нам не о чем говорить?
— Что это? — во рту появился привкус крови. От нервов я не заметила, как снова разодрала ранку. Последние дни я напоминала один сплошной огромный нерв, которого пробудили после долгой спячки и теперь он ныл, портил мне жизнь и лишал возможности адекватно реагировать на происходящее. Мне уже казалось, что все воспринимали меня как неврастеничку. Движения нервные, резкие. Стала ломать пальцы и грызть ногти. Губы искусанные. Позор такой быть. Никогда еще я не допускала подобного поведения, но сейчас оно было неосознанным, я себя не контролировала, из-за чего злилась.
— Да вот. Повестка пришла, — он подмигнул мне. — Ты прошла обряд посвящения в новой компании или это незапланированная акция? — затем он повернулся к Рите. — Сходи на балкон, подыши свежим воздухом. Нам с Санчо поговорить нужно.