Кузница душ (СИ)
Она попыталась найти сознание Теора — бесполезно. Словно и его не было.
Что это — гроб? Она под землей? В своем мире?
Паника за секунду захватила Альбу с головой. Она ударила в крышу над головой рукой, потом ногой, потом обеими ногами разом, поджав колени со всей силы… Как угодно, что угодно, лишь бы вылезти, лишь бы не быть похороненной заживо, лишь бы…
В какой-то момент одна из ее судорожных попыток оттолкнуть ногами «потолок» увенчалось успехом. Раздался грохот, свет ударил в глаза, и Альба вскочила в полный рост…
Вновь неудачно. Правда теперь она лишь поскользнулась на дне своей каменной «ванны», не удержала равновесие и застыла в нелепой позе, схватившись руками за стенки своей недавней тюрьмы.
Страх все еще застилал разум, но самая рассудительная часть уже заметила, что она может стоять. Во весь рост. Она может стоять. Она не похоронена. Она не под землей. Она черт знает где, но в этом «где» нет гроба и смерти.
И, кажется, это все же был не ее мир… По крайней мере Альба не помнила у себя маленьких цервкушек с рядами каменных саркофагов вместо скамеек для молящихся. Маленьких разрушенных церквушек с дырами в крыше. Да и тут вместо икон и витражей была лишь статуя какого-то массивного мужчины с топором в одной руке и чем-то похожим на небольшой шнур в другой.
Альба постаралась все же хоть немного успокоиться. Магии вокруг она все еще не чувствовала, но все-таки место не было похоже на что-то знакомое. Никаких надписей, граффити или чего-то еще. Просто разрушенная церковь непонятного бога…
Она медленно перелезла через край «саркофага» и едва удержала равновесие. Попытка выбить крышку, кажется не прошла бесследно. Каждый шаг отдавался болью в ногах. К тому же, кажется, удар головой тоже принес немало проблем. Но идти она могла, а значит идти надо было. К выходу. А там постарается понять как ее сюда занесло сюда и где именно это «сюда» находится.
Альба неспешно побрела к выходу, не без любопытства осматривая остальные саркофаги. Почти все из них были закрыты, пара самых дальних — сломаны полностью, и только еще у одного, так же как и на том, в который она попала неведомым образом, была откинута в строну и сломана крышка.
Альба дошла до выхода, обогнув последний саркофаг… И нос к носу столкнулась с виденной вчера черноволосой девушкой из поселения. Та отшагнула назад и ощетинилась:
— Ты какого демона меня поджидаешь?
— Больно надо, — у Альбы не было никаких душевных сил спорить с этой раздраженной всем девицей.
Мэл буравила ее взглядом. Потом остановилась на голове.
— У тебя кровь идет. Или шла.
Альба приложила ладонь к бандане и поняла, что та промокла. Ну и черт с ним. Все равно она неизвестно где и без магии.
— Плевать. Как выйти к поселку?
— Какому?
— Выховцу. Нижнему. Где архив и все такое.
— А. Ну… Это по дороге. Потом налево и прямо через лес.
— Спасибо, — лаконично ответила Альба и побрела в указанном направлении.
Переставлять ноги получилось не очень, но все же получалось. Если не торопиться… И считать про себя, например. И куда магия делась? Альба правда ничего не видела. Никаких нитей. Как отрезало.
Стараясь не поддаваться панике, она ковыляла в сторону, указанную черноволосой. Плевать на все — нужно вернуться. Коль эта девушка тут, то по крайней мере идти недалеко.
Голова соображала не очень хорошо, но все же соображала. И, кажется, Альба начинала вспоминать что-то о строгом запрете любой магии в Архиве, о котором вещала Хранитель, когда она сама заполняла медленно, едва ли не по буквам, строки о своей автобиографии, боясь случайно что-то приукрасить и «соврать в официальном документе, получив наказание от Системы Безопасности Архива»…
И вот результат.
— Слыш, колдунья, — Мэл догнала ее через пару сотен шагов, — ты что в храме Малта забыла?
— Кого храме?
— Малта, тупица, ты…
Что именно «ты» хамка озвучить не успела. Альба, которой боль не добавляла сдержанности, обернулась и, глядя прямо в глаза девушке, произнесла, вколачивая каждое слово:
— Не. Смей. Мне. Грубить!
Вышли даже не слова, а рык. Альба не была уверена, было ли тут внушение, или ее окровавленный и разъяренный вид сам сработал лучше всякой магии, но черноволосая попятилась, поднимая руки:
— Ладно, ладно, ты чего заводишься-то? Вы… заводитесь…
— На ты. Но хамство оставь для своих подруг, — отрезала Альба, отворачиваясь от девушки и продолжая путь в деревню.
Какое-то время Мэл шла молча, то и дело кидая на Альбу заинтересованные взгляды, которые Пришедшая чувствовала буквально затылком.
— Спрашивай, — мрачно заметила она, чувствуя, что еще немного, и эту странную девушку с замашками мелкого гопника разорвет на части от любопытства.
— Как это?
— В смысле? — Альба просила на девушку короткий взгляд.
— Как это — быть магом?
— Не знаю. Я только учусь. Лучше у магистров спроси.
Мэл фыркнула.
— Ну-ну. Видела я магистров, они все важные как один, на таких как я и не смотрят даже. Да и вообще… Одни проблемы от вас. Все приходите, портите.
— И что лично я испортила? — в голосе Альбы вновь прорезалось раздражение.
Чем она этой селянке не угодила? Та попросила помочь — помогла. То что в храме оказалась этого Малта? Так не личная собственность же…
— Ты — ничем, — спустя несколько минут напряженного сопения призналась Мэл. — А другие…
— Другие?
— Не важно. В конце концов это не моя история, вот и все. От магии одни неприятности. Если бы не она, то Лиззи… Ай, да что там. Тебе все равно. Уедешь обратно в свою столицу, и будешь потом рассказывать, как тут, в провинции, отсталые деревенщины в своем навозе ковыряются.
Альба хмыкнула. Не будь ей так хреново, можно было бы порасспрашивать о Лизи этой и что ей маги сделали. Просто так, из любопытства. Сейчас же ограничилась простым:
— Я тебе это сказала?
Мэг на сей раз сопела дольше. Альба успела уже до поля доковылять.
— Нет. Но все вы такие. Кого не попроси.
— И много ты магов знаешь?
— Какая разница? Все вы одинаковые, — бросила Мэл. — Красивые слова говорите, и им грош цена, одна ложь да обещания пустые. А некоторые ведутся и голову теряют. Тебе по дороге прямо, не пройдешь мимо, — она с этими словами развернулась и пошла обратно.
Альба оборачиваться не стала. Голова кружилась, и вообще все это было как-то чересчур на сегодня. Чтобы не было на уме у этой Мэл и чтобы не случилось с неизвестной Лиззи и магами, сейчас она этого знать не стала. Пошла черноволосая в этот заброшенный храм — и пусть идет.
Рядом зашуршала трава. Сейчас на заросшем поле она была высокая, в рост человека. Альба сглотнула, разворачиваясь в сторону движения. Сжала руки в кулаки. Все равно не убежит. Попыталась принять боксерскую стойку, как дядя давным-давно учил, горько сожалея о том, что оставила меч в комнате. Что бы не шло к ней, Альба без боя не сдастся.
Трава заволновалась сильнее…
И из нее шагнул магистр Теор, в облепленной зеленью потертой рубашке и штанах похожий на какого-то крестьянина с покоса.
— Тебя не дозваться, зачем контакт блокируешь? — мрачно заметил менталист. Прищурился, оглядел внимательно и спросил уже изменившимся тоном: — что случилось?
— Кажется, выяснила, что бывает если нарушить технику безопасности в архивах, — призналась Альба. — И блокировать я ничего не умею, я просто магию не чувствую.
— Вижу, — просто ответил менталист. — Ладно, сядь осторожно, давай я тебя немного в порядок приведу, и после ты расскажешь, куда и как успела влезть.
Спустя десяток минут, несколько заклинаний и три глотка из фляжки Теора Альба чувствовала себя все так же погано, но голова хотя бы подуспокоилась, и идти она могла пусть и медленно, но с меньшими мучениями. Увы, магия не вернулась.
— Все с тобой в порядке с магической точки зрения, — огорошил ее менталист, запустив несколько сложных бирюзовых и белых плетений, в которых помогал себе и руками, и голосом. — Скорее всего дело в изменении восприятия. Идем в город, и там уже разбираться будем.