Кузница душ (СИ)

Не то чтобы угроза возымела воздействие, но Альба, несколько робко оглядев сочувственно смотрящих на нее друзей, направилась вслед за менталистом.
— Не переживай, мы все через это прошли, — Амири ободряюще улыбнулась. — Ну так или иначе.
— Ага, — мрачно заметил Жан.
— К вам тоже… Вас тоже Свен в лес заманивал? — осторожно спросила Альба.
— Ну меня –нет, — усмехнулся рыжий. — Ко мне подошла ты.
— Я?
— Ага. Этот артефактор неплохо умеет подражать речи, признаю. И отменно дерется. Хотя я почти сломал ему нос.
— Ты сломал нос…мне?
— Не тебе. Я ведь понял, что что-то не так, обезвредить решил…
— И погиб, будь это настоящий злоумышленник, — заметил слышавший их разговор Теор.
— Злоумышленники не ходят с артефактами такой силы, и друзьями моими не прикидываются.
— А ты со всеми злоумышленниками мира знаком? И зачем вообще пошел в лес, если видел нити заклинания?
Рыжий только засопел, не пытаясь оправдываться.
Судя еще более мрачному виду Жана, ему «проверка» тоже далась нелегко.
Спустя два пирожка и две кружки горячего чая на месте их обычных вечерних посиделок у воды Альба окончательно пришла в себя. На Свена все еще посматривала подозрительно, но, когда она и остальные по очереди рассказали свои истории, которые в целом развивались по одному сюжету, только с разными финалами, стало несколько легче. Теор до того с помощью внушения запретил тем, кто уже прошел «экзамен» делиться результатом с другими, так что все были в равных условиях. Кроме Альбы, не видевшей магию вокруг «Свена» и потому не сразу начавшая его вообще подозревать.
Амири, увидев незнакомое плетение на «псевдо-Жане», подумала, что что-то случилось, и под предлогом возвращения за нужными вещами отправилась на постоялый двор и там напрямую обратилась к самому Теору. Жан и Свен, каждый по-своему, решили «вырубить» подозрительного товарища по команде, за что и поплатились, выяснив, что с опытным магом им не справиться. Альба из всех поступила трусливее всего, но задание ей менталист все же частично засчитал.
— У меня есть опасения, что будь у тебя магия — результат был бы такой же, как и парней, но что есть то есть. Хотя бы со сталью нападать не стала, и то хорошо. Увы, временная блокировка сил возможна, и нужно было проверить и что ты в этом случае будешь делать. Но учтите — Вильгельм пока никуда не уезжает.
Альба с грустью посмотрела на остывший чай в кружке. Определенно, бояться друзей ей не хотелось. Кто дальше — сам Теор? Декан? Еще кто-то?
В кружке согрелся чай. Сам собой — вроде бы…
— Хамелеон — редкая вещица, — словно угадал ее мысли менталист. Или не угадал… — у нас не было задачи заставить вас подозревать всех и вся. Более того — в большинстве случаев достаточно пары простых вопросов и магического сканирования, если кто-то из ваших близких начинает вести себя странно. Но что делать после того как вы поняли об этом «странно», думаю, проговаривать не надо. 
— А почему полтора бала? — Альба бросила взгляд на менталиста.
— Декан вам свои два с половиной каждому снимать не стала даже после вашей выходки перед воротами университета, — чуть пожал плечами Теор. — Так что я распоряжаюсь своей частью. Но не стоит думать что зачет уже в кармане — итоговая сумма за какие-то другие испытания, если они будут, может быть отрицательной. Что ж, не буду мешать вам проводить хорошо время, адепты. Завтра мы покинем это место и отправимся, так сказать, в полевые условия. На практике знакомиться с работой в аномальных местах. Доброго вечера.
— Доброго, — отозвалась Альба.
Когда менталист ушел, Свен выпалил явно давно сдерживаемую фразу:
— Я ведь говорил, что он параноик. Говорил!
Альба повела плечом. Спорить с рыжим было бессмысленно. Хотя бы потому что он, кажется, все-таки был прав.
**
— Милые детки, — Моро, развалившийся на свободной кровати в комнате Теора, поигрывал привезенным из Выховца бокалом, в котором плескалось привезенное из Выховца же вино. — Зачем ты их пугаешь?
— Они сами кого хочешь напугают, — отмахнулся менталист. — За неполный год я дважды имел реальную возможность их дела твоему отделу поручить. Дважды! И это первый курс. Я боюсь представить, что будет дальше, если сейчас эти самоубийственные поползновение на корню не пресечь.
 
Моро отпил вина.
— Если хочешь моего совета…
— Ты все равно его дашь, вне зависимости от того, хочу ли я или нет, — отмахнулся Теор. 
— Разумеется, — легко откликнулся Вильгельм. — Рад, что это ты не забыл, перебирая бумаги… Прости, неся вперед свет знаний. Так вот — они все равно будут совершать ошибки. Забыл, что мы с тобой делали, скажем, в деле Алонсо? 
Теор поморщился.
— Это было давно.
— Давно. Но были старше их, и, предположительно, прошли базовый курс подготовки Гончих, между прочим. И тем не менее. Ты не убережешь от всего, а вот жизнь испортить можешь. Помнишь Гретхен?
— Как ни помнить.
Гретхен помнили все, кто видел хотя бы раз в жизни. Секретарь окружной заставы Гончих, она боялась, кажется, даже собственной тени. Теор было предложил ей свою помощь, но одна мысль о том, что кто-то будет «копаться в голове» едва не довела Гретхен до нервного срыва.
— А ведь она тоже была Гончей.
— Что? Ты откуда знаешь? — Теор уставился на друга.
— Умею общаться. В том числе и с женщинами. Была. Прошла базовый курс подготовки, даже несколько дел раскрыла. Потом ушла на спецкурс по углубленному анализу диверсионных уязвимостей… И, собственно, ты видел результат. И мой тебе совет — помни об этой истории.
— Тоже мне, мудрец великий, — хмыкнул менталист. — Скажи лучше что ты узнал о том, о чем я тебе просил.
— Не слишком много, — с сожалением отозвался Моро. — Твоя подозрительная крестьянка с одной из окрестных ферм. Всю жизнь жила около Нижнего Выховца, никакими магическими талантами не обладает, закончила три класса обязательного образования, подрабатывает посменно в Выховце в одной из таверн, откуда я и вино взял, кстати. Мага она во мне не опознала, кстати, так что думаю просто поняла что ты приехал с адептами. Следов магии я никаких, кстати, на нее не видел.
— Уверен?
— Совершенно точно. Если и правда что-то есть, то наверняка остаточный след от нахождения рядом с источником, и он за день истаял. Ну или речь идет о ментальном чем-то, я в этом не силен. Поговорил с местными, под твоей, кстати, личиной…
— Ты хам, Моро, — Теор сузил глаза. — Я тебе запретил это делать. И не один раз.
— Запретил. Но я тут новое лицо, скажи спасибо необходимости прятаться почти неделю, пока ты свои «испытания» распланированные завершишь, а тебя уже немного знают. Не бойся, краснеть не придется. Подумаешь, позвал торговку выпечкой на свидание…
— Моро, — мрачно процедил, уставившись на друга, менталист.
— Ладно, ладно, она все равно отказалась, замужем уже… Да не надо так на щиты давить, я понял, понял! Перестань. Ты хочешь узнать что я выяснил или нет?
— Валяй. Но если ты воспользовался моим обликом чтобы охмурять всех местных девушек…
— Да нет же, — Вильгельм отмахнулся. — Только половину. Да успокойся ты, все нормально, я не выхожу за пределы разумного. Иначе канцелярия быстро отберет у меня игрушку, а таких-то на все ведомство с десяток, и все под роспись… В общем я был ненавязчив и корректен. Правда и узнал немного, свидания-то не случилось. Ладно-ладно, не смотри так. В общем, эта самая Мэлани была дружна с Елизаветой Томас, довольно наивной и странной девушкой, которая полгода назад ни с того ни с сего заснула и не проснулась. 
— Вскрытие?
— Не проводили. Подозрений не было — закрытая комната, целые замки, вот это все. Ты знаешь что так бывает.
— Ага, а после «так бывает» подруга убитой смотрит на магов волком и ходит в храм Мэлта. 
— Да, звучит подозрительно, — легко согласился Вильгельм. — Мне тогда не ехать с тобой и поразнюхивать здесь?
— Езжай со мной, — через короткое раздумье ответил Теор. — Два магистра хорошо, а три лучше, особенно в Измененном лесу. Что бы тут не происходило — четыре дня потерпит.