Наследие Розы: Танец для демона. Эпизод 2 (СИ)

Селениэль его поняла и, мягко улыбнувшись, перевела взгляд на демонессу, которая, как казалось, собиралась закончить эту пытку. Тихонько фыркнув еще раз, задела кончиком хвоста бедро мужа, привлекая к себе внимание. Он откликнулся более чем охотно. Склонившись к уху демона, эльфийка что-то быстро шепнула и возмущенно посмотрела эрхана, когда он удивленно вскинул брови. Но вскоре кивнул и она, легко поднявшись, быстро скользнула из зала, скрывшись за неприметной дверью, что пряталась за колоннами.
- Уфф, - с облегчением вздохнул Ри, отвернувшись от зала. Привалившись плечом к колонне, он потер виски. - Когда ж она закончит эти вялые попытки, а? Дать добро Асте, что ли? Она давно на нее косится не совсем доброжелательно.
- Оставь, - махнул рукой Араиатр. Положив руку на согнутое колено, он вновь откинул назад голову и попытался расслабиться. Он дал себе зарок потерпеть еще немного. Еще час, и ни минутой больше. Все приличия будут соблюдены, и он сможет, наконец-то, скрыться с глаз надоевшей толпы, оставшись одному в тишине и покое собственной комнаты. - Ей все равно ничего не светит.
- Так-то оно так, конечно, - кивнул аронт и, повернув голову, через плечо быстро взглянул в зал, оглядывая общающихся между собой гостей. Не увидев той, что искал, он едва заметно вздохнул и собирался было вновь вернуться к разговору с братом, но удивленно застыл и даже моргнул пару раз. - О, Эль переоделась… зачем-то!
- М? – удивленно отозвался демон и, повернувшись, увидел то, что заметил Ри. Одновременно с этим по залу разнеслись тихие, нежные, пока еще едва уловимые звуки музыки, настолько естественные и незаметные, что большинство гостей даже не обратили совершенно никакого внимания. А если и заметили, то не сразу нашли ее источник. И только Корана аль Эйран, стоящая за спиной мужа, который пытался отчитать свою дочь, мягко улыбалась, глядя на каменное возвышение у дальней стены.
А там, прижимая скрипку подбородком к хрупкому плечу, на широком каменном подлокотнике трона Повелителя сидела юная человеческая девушка.
Правильные, четкие черты лица, прямой носик, четко очерченные губы, выразительные зеленые глаза с вкраплениями ярких золотых искорок, пушистые ресницы. Прямые и удивительно гладкие волосы, невероятно длинные, цвета воронова крыла, они лежали на коленях эрхана, который усмехался, подперев щеку кулаком и оглядывая еще ничего не заметившую толпу. На девушке была просторная шелковая черная рубашка с закатанными рукавами, темные бриджи, а тонкие лодыжки обхватывали ленты мягких туфель без каблука. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, открывая белоснежную кожу шеи, которую плотно облегала черная атласная лента с каплей черного же хрусталя. Косая челка закрывала левую бровь, а в аккуратных, человеческих ушках виднелись сережки-гвоздики, а в левом, в хрящике верхней части – серьга в виде паучка с красным брюшком и изумрудно-зелеными глазами.
И эти едва уловимые, тонкие звуки извлекала из необычного, черного инструмента с золотыми инициалами, именно эта хрупкая человечка, отрывисто, и в тоже время нежно ударяя смычком по черно-белым струнам.
Где-то внизу, под балконом, где сидели два брата, взирающих на метаморфозу, произошедшую за столь короткий срок с собственной матерью, раздался тихий, удивленный возглас гранатоволосого ятугара:
- Эль?
- Нет, - ответил ему смешок догадавшегося обо всем князя Эренриха. - Хелли.
Именно та бесшабашная магичка, шебутная, простая человечка сидела сейчас на троне Повелителя. Именно такой она завоевала его. И именно поэтому она никогда даже не пыталась помешать демонессе. Каролине рейн Арун никогда не было суждено стать Хеллианой Валанди…
Но у такого образа было и другое значение.
Легкие удары по струнам сменились движением, и вот уже всем без исключения гостям послышались новые, весьма заметные звуки. Практически сразу же отыскав их источник, они не обратили должного внимания на человеческую девушку со скрипкой, сидевшую на троне Повелителя демонов, хотя и удивились, и не мало. Но их воображением тут же завладела музыка, пока тихая, но отчетливая, заставившая фантазию работать.
 
Всем гостям маскарада вдруг внезапно показалось, что посреди освещенного зала, и одновременно где-то в темноте, кто-то нехороший потихоньку крадется. Медленно, осторожно, оглядываясь по сторонам. То и дело останавливаясь, проказливо улыбаясь и потирая руки в предвкушении так, словно замыслил небольшую, но поистине виртуозную пакость…
Медленный шаг, и еще один, чертя ровную линию носком по полу, тягучий шаг.
Мягко ступая, в зал вошла невысокая, хрупкая блондинка, медленно скользя по начищенному до блеска мраморному полу. Спокойно она шла прямо к центру зала, не обращая внимания на удивленные взгляды приглашенных нелюдей, которые, не смотря на милое выражение на хорошеньком личике с большими серыми глазами, торопливо уступали ей дорогу.
Шаги чертили невидимые глазу линии, четко попадая в ритм крадущимся звукам скрипки, ведя девушку прямо к центру зала.
- Аста?! – у младшего принца Эштара совершенно не эстетично отвисла челюсть, когда он узнал вошедшую. Метнувшись вперед, он впечатал ладони в перила и удивленно выдохнул. - Что она задумала?
Ариатар же, переведя взгляд с Равной старшего брата и на собственную мать, которая лукаво улыбнулась, глядя на Асту из-под полуопущенных ресниц, мысленно внес поправки в вопрос аронта. Они. Что они задумали?
Демон не знал, что, но уже предвкушал нечто весьма интересное.
Правда, он даже не догадывался, насколько.
Тонкие замшевые черные штаны, заправленные в высокие сапоги на плоской подошве, обтягивали стройные ноги словно вторая кожа. Белоснежная ткань накрахмаленной рубашки из жатого шелка с позолоченными пуговицами и чуть расклешенными рукавами плотно облегала высокую грудь, а стройную талию обхватывал черный кушак, завязанный на правом бедре. Длинные концы его едва касались колена, звеня золотыми круглыми колокольчиками при каждом шаге. Копна белоснежных волос свободно лежала на чуть покатых плечиках, лишь темные мазки вплетенных черных перьев выделялись из общей массы.
В руках открыто ступающей блондинки были сжаты сложенные веера, рукояти которых обвивали черные бархатные ленты с золотыми же колокольчиками на концах.
Черное и белое, свет и тьма… и капля золота. Перестав отбивать тот же ритм нераскрытым веером по бедру, она застыла на секунду, словно подчиняясь тягучей паузе скрипичной музыки, остановившись прямо в центре зала. Недовольно скривившись, она завела руку за спину, медленно ведя ее как и девушка смычок скрипки, и слегка склонилась, отставив назад правую ногу, чтобы на долю секунды замереть в таком положении.
Скрипка чуть ускорилась, плавно сменив мелодию крадущегося пакостника на неторопливый мотив ожидания, предвкушения, нетерпения, волнения… Щелчок раскрываемого за спиной блондинки веера стал незаметным для большинства, и вот уже девушка вращает руку перед собой, неспешно вырисовывая восьмерки тонким бронзовым веером, аккуратно, снизу-вверх, поднимая все выше и выше. Музыка ускоряет темп и вот уже второй раскрытый веер начинает рисовать аккуратные восьмерки в руке своей владелицы.
Миг и тело совершает полуоборот и замирает, держа на вытянутой руке веер, легший на раскрытую ладонь рукоятью. Вторая рука остается позади, сжимая другой. Неуловимый взмах и раскрытые веера взлетают над головой девушки, сверкая в отблесках свеч мягким цветом полированный бронзы и, совершают в воздухе один оборот, словно демонстрируя присутствующим гостям выгравированные на «украшениях» странные знаки: полумесяцы, заключенные в правильный круг.
Тело совершает несколько танцующих оборотов вокруг своей оси, едва касаясь пола носочками сапог, свободно раскинув руки и запрокинув голову, позволяя белым волосам и черными перышками касаться спины. Мгновение и Аста легко ловит оба веера ладонями, на секунду замирает с безмятежной улыбкой на губах и…
Обманчивую мягкость, изящество и хрупкость сменяет четко выверенная агрессия, подобно тому, как торопливый мотив скрипки сменяют резковатые, быстрые ноты, вызывающие волнение и заставляя присутствующих подпрыгивать на месте.