Рубиновое пламя (ЛП)

— Что за мелкий засранец, — сказала бабуля Фрида.
— Причастность Ксавьера означает, что убийство было совершено с благословения Аркана, — продолжил Алессандро. — На данный момент мы не знаем, что побудило его убить спикера. Аркан предпочитает оставаться в тени, и когда ему приходится устранять общественную фигуру, он обычно устраивает несчастный случай или заставляет просто исчезнуть.
— «Передышка» принадлежит Линусу, — сказала я. — Светить прожектором на Линуса сейчас нам не в жилу, поэтому мы переместили место преступления.
Арабелла повернулась ко мне.
— Почему? Что случилось с Линусом?
Мама подняла руку и сделала движение «туши свет».
— С ним все будет в порядке. Не сходи с ума.
— Что происходит-то? — голос Арабеллы сорвался. — Кто-нибудь скажет мне, что случилось?
— Я сделаю это, если ты на секунду замолчишь. — Я сделала глубокий вдох. — Где-то за последние двадцать четыре часа на Линуса напали в его доме. Пит мертв.
Арабелла резко втянула воздух. Печаль коснулась маминого лица, они с Питом были друзьями. Берн выглядел встревоженным, чего почти никогда не случалось. На экране ноутбука и Коннор, и Невада ничего не выражали. Моя сестра переняла привычку своего мужа.
— Линус добрался до хранилища, — сказал Алессандро. — Нападавший был ментальным магом, потому что Линус принял двойную дозу «Стиксина».
Бабуля Фрида присвистнула.
— Он в сознании? — спросил Коннор.
— Нет, — ответила я.
— Что такое «Стиксин»? — спросила Руна.
— Это препарат для психической защиты, — сказал Коннор. — Военная разработка. Он полностью отключает сознание. Маг не может убить тебя, если он не может почувствовать твой разум. Это может привести к постоянному коматозному состоянию, так что это последнее средство.
— Мы можем ему что-нибудь дать? — уточнила Арабелла.
— Нет, — возразила мама. — Мы должны ждать, когда он сам очнется.
Арабелла сжала кулаки. Мне нужно было миновать часть «Линус может не проснуться».
— Он активировал протокол осады, который я отключила, чтобы вытащить его из хранилища.
— Где он сейчас? — спросила Руна.
— В свободной спальне на втором этаже главного дома.
Арабелла подскочила.
Мама указала на стол.
— Сядь.
Сестра села.
— С ним доктор Патель, — сказала мама. — Когда собрание закончится, сможешь его проведать.
Алессандро откинулся на кресло.
— Мы в состоянии повышенной тревоги. Никто никуда не выходит без сопровождения или прикрытия.
Патриция кивнула.
— Отлично.
Я посмотрела на Берна.
— Дом Линуса со всеми его игрушками беззащитен, если только мы не сможем вернуть систему безопасности в рабочее состояние.
В этом доме было достаточно огневой мощи, чтобы свергнуть правительство маленькой страны.
— Я разберусь с этим, — сказал он.
— Я пойду с ним, — сказала Руна.
Руна была Превосходной вененатой, магом ядов, и она любила Берна. Мой кузен не мог и мечтать о лучшем телохранителе.
— Спасибо, — сказала я. — Леон, я передала расследование по делу Каберы агенту Уолу. Я бы хотела, чтобы ты стал его тенью. Следи за ним, давай мне знать, что он делает, и охраняй его на случай, если Аркан попытается напасть на него.
— Будет сделано. — Леон взглянул на Руну. — Развлекайся, охраняя ботаника, пока я нянчусь с ФБР.
Она фыркнула.
Я отправила ему сообщение с адресом склада и посмотрела на Коннора и Неваду.
— Было бы действительно полезно, если бы у нас была какая-нибудь легенда, объясняющая, почему Линус недоступен.
— Нет проблем, — сказала Невада.
Коннор посмотрел на меня.
— Дай мне знать, как только увидишь Ксавьера.
Как только эта встреча закончится, он натравит Бага, своего специалиста по наблюдению, на Хьюстон. Баг был неумолим и обрабатывал визуальную информацию со сверхчеловеческой скоростью. Ксавьер этого не знал, но в тот момент, когда он окажется под прицелом Бага, его маленькая прогулка закончится.
— У нас есть еще одна проблема, — сказал Алессандро. — По неизвестным на данный момент причинам Российская империя проявила интерес к этой ситуации.
 
Я постучала по своему планшету, и Константин появился на экране во всей красе своей униформы.
Бабуля Фрида села прямее.
— Хорош!
— Мама… — зарычала мама.
— Я стара, Пенелопа, но не мертва и не слепа. — Бабуля Фрида ухмыльнулась. — Кроме того, мне всегда нравились мужчины в форме.
— Ради всего святого, — пробормотала мама.
— Что за хрен? — захотел знать Леон.
— Цесаревич Константин Леонидович Березин, императорской крови, — сказала я. — Племянник императора Михаила II. Сын великого князя Леонида Сергеевича Березина, который является начальником Имперской службы безопасности.
Никто ничего не сказал. Мы все просто долго смотрели на изображение Константина.
— Это нехорошо, — сказал Коннор.
Мой зять, мастер мягкого преуменьшения.
— Мы не знаем, почему империя выбрала именно этот момент, чтобы вмешаться, — сказала я.
— Скоро узнаем, — сказал Алессандро. — Тем временем я хочу подчеркнуть связанные с этим риски.
Он взял мой планшет, поигрался с ним, и на экране появился Августин Монтгомери. Он был высоким и худощавым, с платиново-светлыми волосами, подстриженными с точностью бритвы, и лицом полубога. Его дорогой белый костюм сидел на нем как влитой, и он смотрел на мир через очки в тонкой проволоке с удивлением и легкой насмешкой.
Августин начинал как наш кредитор, давший заем для нашего бизнеса, наш босс и потенциальный враг, а в итоге стал другом. Это была дружба на его условиях, но, тем не менее, дружба. Дом Бейлор и дом Монтгомери были союзниками, несмотря на то, что они соперничали в бизнесе, и тот факт, что Августин и Коннор были соседями по комнате и друзьями в колледже, только укрепил этот союз.
Алессандро кивнул на экран.
— Не могли бы вы описать мне Августина?
— Заносчивый, — сказал Леон.
— Деловой, — сказал Берн. — Компетентный.
— Безжалостный, — сказала Арабелла, — но справедливый.
— Умный, — добавила я. — Опасный. Умеет врать.
— Сострадательный, — сказала Руна.
Мы все посмотрели на нее.
— В какой-то степени так оно и есть. Если бы не он, Рагнара, возможно, здесь не было бы.
Августин был тем, кто убедил меня бросить все и помчаться на крышу больницы посреди ночи, чтобы с помощью моей магии стащить брата Руны с карниза, прежде чем он сделает что-то, что нельзя будет исправить.
— Что-нибудь еще? — спросил Алессандро.
— Красивый, — добавила бабуля Фрида.
Алессандро постучал по планшету. На экране появилось видео, показывающее пустой тренажерный зал, за исключением двух молодых людей. Одним из них был Августин — высокий, с коротко подстриженными платиново-светлыми волосами и лицом, которое было всего на волосок от абсолютного совершенства.
Что-то было немного не так с этим Августином. Он казался моложе. Я не могла указать пальцем на какую-либо конкретную деталь, указывающую на его возраст. Он производил общее впечатление человека лет двадцати с небольшим, точно так же, как современный Августин производил общее впечатление человека лет тридцати с небольшим. Но дело было не в возрасте. Это было что-то другое.
Я внимательно изучила изображение. Он был босиком и одет в простую белую футболку и темные шорты. Что это было?
Его противник, высокий темноволосый мужчина, повернулся, и мы увидели его лицо. Коннор. На мгновение я не узнала его, но его голубые глаза были безошибочно узнаваемы.
Он выглядел совсем другим человеком.
У этого Коннора были все те же черты, что и у моего зятя, но мужчине на видео не хватало фирменной интенсивности Коннора. Коннор излучал угрозу. У человека на экране ничего этого не было. Он держался с непринужденной легкостью. Это был довоенный Коннор, до сейсмического сдвига, превратившего его в Безумного Рогана.
Невада повернулась к Коннору.