Огненный князь 2 (СИ)

— И это у вас, князь, называется «ничего личного»? — лукаво прошептала Олеся, слегка царапая коготками мою грудь, — Совратили бедную, несчастную девушку, заставили ее заниматься всякими непотребствами.
— Что-то я не заметил, когда ты скакала на мне, чтобы ты была сильно несчастной, -усмехнулся я.
— Это все ваша магия. Вы меня околдовали и воспользовались мной в своих целях. А кстати, каких?
Чуть приподнявшись, она посмотрела мне в глаза. При этом я увидел ее прекрасную грудь и не удержался: повалил на спину, впиваясь губами в нежный сосок. В себя мы пришли минут через двадцать. Тяжело дыша, мы лежали, взявшись за руки и пытаясь успокоить дыхание.
— Да уж, совсем не так я представляла наше интервью. Не могу сказать, что не довольна, но как это все…
Она, не договорив, замолчала. А я размышлял, что теперь делать. С одной стороны, все было по обоюдному согласию и никто никому ничего не должен. С другой стороны, я почувствовал ответственность за нее. Ну не умею я пока легко сходиться и расходиться с девушками. Да и понравилась она мне — красивая, умная и очень страстная. Такого секса у меня еще не было, это точно. Ну и что теперь делать?
— Думаете, что теперь делать, Ваше Сиятельство? —будто прочитав мои мысли, засмеялась она. — Да ничего не делать. Не спорю, это было мило и приятно, но не более того. Я ведь не дура и понимаю, что у пустой простолюдинки и Сиятельного князя будущего нет. Идти к вам в любовницы я не собираюсь, как и становиться слугой рода. Мне моя свобода дороже. Хотя я бы с удовольствием повторила еще раз, если на то будет ваша воля, -хитро улыбнулась она. — Только вот не прямо сейчас. Кажется, у меня там все стерлось и мне теперь трудно будет ходить.
Нависнув надо мной, она нежно чмокнула меня в губы.
— Спасибо, Тимофей, все было замечательно. Позвони мне, как появится свободное время. А теперь давай спать, а то уже скоро утро.
Вырубился я мгновенно и спал, к счастью, без снов. Ну, и утром, по уже сложившейся традиции, проснулся один. И лишь смятая постель, да легкий запах духов Олеси напоминали мне о прошедшей ночи. На журнальном столике лежала записка с номером телефона. Подумав пару секунд, я переписал ее номер в телефон, а записку сжег, не оставляя следов.
Приведя себя в порядок, я спустился вниз, и усевшись в машину дожидавшейся меня охраны, поехал в поместье. Послезавтра у меня был первый экзамен и следовало подготовиться, а то я совсем забросил занятия.
В тишине и покое я листал учебник по математике и абсолютно не понимал того, что в нем написано. Мысли все время скакали как бешеные и перескакивали то на Милу, то на Олесю. Иногда в них почему-то врывалась Настя, угрожая мне большим ножом.
Как-то внезапно слишком много стало вокруг меня девушек. Нет, я знал гаремные законы, но у моего отца была одна жена, и я привык думать, что у меня будет так же. Хотя, это же касалось лишь простолюдинов. Закон о гаремах распространялся лишь на аристократов.
Удачный союз способствовал укреплению рода и чем больше было вокруг тебя сильных жен, тем сильней становился род. На основании сложных родственных связей и создавались военные и торговые союзы. Мальчику, едва успевшему родиться, уже подбирали потенциальную невесту. Такие браки оговаривались очень рано и редко можно было встретить парня аристократа, который бы не знал свою или своих будущих жен. Обычно список был достаточно велик, и ему было из кого выбирать.
С девушками все обстояло намного проще — их мнение практически никогда не учитывалось. За кого скажут, за того и пойдешь. В отличие от парней, у них выбора не было. Хотя, говорят, в последнее время с этим стало проще, но вот насколько — я не знал, да мне, собственно, и неинтересно всё это было.
К тому же Тимофей был исключением из этого правила. Ему, то есть, мне невест не подбирали, хотя, как я слышал, поступали предложения от нескольких родов. Отец никому не отказывал, но ничего определенного не говорил. Со временем аристократам это надоело и предложения иссякли.
 
Благодаря этому и Степка тоже был одинок как ветер. Черт его знает, что думал папаша на его счет, но ни с кем его не знакомил. Ну, а про Настю и говорить нечего — ее слово в этом вопросе вообще не учитывалось. Потому и липла она ко мне, понимая, что я — ее единственный шанс сбежать от опеки отца и вообще выйти замуж за кого она хочет, а не за кого скажут.
Не скажу, что мне это не нравилось — хотя нет, не нравилось. Я против внутрисемейных связей — она моя сестра и точка. Пошалить в душе без секса еще куда ни шло. Со скрипом, матеря гормоны да и фиг бы с ним. Но не больше. И вообще, она меня пугала — своей настойчивостью, своими внезапно влюбленным глазами. Лучше бы как прежде презирала и ненавидела.
Вообще, как по мне, действия главы рода Мышкиных были, ну, мягко скажем, не вполне нормальны.
Его отец и мой дед уже давно отошел от управления делами, он вместе с двумя бабушками жил где-то за границей, абсолютно не интересуясь ни делами рода, ни внуками. Хотя, как говорят, в прошлом имел место сильнейший скандал между ними, после чего старики уехали, оставив отца самого выбираться из ямы, в которую он сам всех и загнал. Но еще говорили, что он давно помер, тоже не без помощи отца, но это были лишь слухи. Мне понятное дело ничего не рассказывали, да и не интересно было.
Так вот, своим поведением он настроил против себя всех, кого можно. А когда спохватился, сделать уже ничего было нельзя. Сильный магистр воздуха, он по сравнению с главами других родов, был откровенно слаб. И если у многих из них были открыты все стихии, то у Мышкиных только одна. А это в кругах высшей аристократии считалось позорным. Он не учился на Аштаэлии — месте, куда аристократы всеми правдами и неправдами старались запихнуть своих деток. А ведь именно там ковались будущие союзы, и детишки, прошедшие практику в Нижних Мирах, превращались из размазней в воинов. Кстати, моя мать почему-то не превратилась — и это было странно.
Поэтому я не переживал, что в какой-то момент ко мне, как черт из табакерки, выскочит девушка с криком «мне тебя обещали в мужья».
В каком-то смысле я был в идеальной ситуации. Да, от моего рода никого не осталось, зато и я свободен в своих действиях. Обретя фамилию Багрянин, я откажусь от Мышкиных и буду предоставлен сам себе. Круглый счет в банках в этом мире будет переведен в банк на Аштаэлии, и я буду себе жить в свое удовольствие, учась и набираясь сил. А после того, как достигну всего, что задумал, перевезу сюда маму и сестру. Благо, поместье Багряниных в Громаде было большим и очень уютным, судя по тому, что я видел в ГИСе.
Увы, сделать это раньше не получится, потому как, чтобы открыть портал в мой мир, надо знать его координаты. А их знал только Хранитель, что выдернул сюда мою душу. Ну и я сам, но сейчас силенок не хватит, чтобы это сделать.
Портальная магия сложна и эфира жрет прорву. Не каждому архимагу под силу их создавать. Поэтому задача минимум — стать не просто сильным, а сильнейшим. Потому как только сила убережет меня от тех неприятностей, что подготовила мне грудастая сестра Громова.
Кстати, про грудастую сестру — она ведь не успокоится, и рано или поздно, а своего добьется. Я не железный, да и она красивая. И не надо мне тут заливать, что надо думать не головкой, а головой. Когда к тебе прижимается красавица, мозг просто отключается. Ну, конечно, если вы не импотент, монах-отшельник или мужчинка с нетрадиционной ориентацией. Последних мне было особенно жаль, не любить прекрасное женское тело — это кощунство.
Ладно, в общем, лестницу в небеса я выберу сам и сам по ней пойду. И сам выберу тех, кто пойдет со мной рядом. Не уверен, получится ли у меня долго и счастливо, но я буду стремиться к этому.
Суд прошел, теперь экзамены — и все. Неделя, и я свободен, со школьным аттестатом в руках сваливаю куда подальше и прячусь, пока мне не стукнет восемнадцать лет — а до этого счастливого момента еще месяц. Ну, и попутно восстанавливаю источник. Если все срастется, как раз успею.