Огненный князь 2 (СИ)

— Твою мать! -заорала Ника и кинулась на выход. — Всех казню, за то, что не уследили!!!
Ее черты поплыли и казалось, что это бежит не человек, а огромная кошка, вышедшая на охоту. И горе врагам, что встанут на ее пути. Потому что у нее нет врагов, а есть лишь добыча…
  
Глава 27
 
Тьма, я ничего не вижу. Я ослеп?!! А, нет, это лишь повязка на глазах. Быстрое сканирование тела — все в норме. Источник спокоен и стабилен. Каналы горят огнем, но вроде целые. Не спеша открывать глаза, я тщательно прислушивался к происходящему вокруг. Тишина. Нет ни звука. Может, я оглох? Осторожно приоткрываю глаза. Темно. Черт, у меня же повязка на них. Совсем поглупел.
Осторожно снимаю ее, попутно удивляясь тому, что ничего не болит. Где это я? Пустое помещение с кроватью, в углу раковина и пошарпанный унитаз. Я в тюрьме? Все-таки Мышкин победил, но тогда почему я еще жив? Хотя да, ему же невыгодно меня убивать. А почему не связан и без подавителей? Где пыточные крюки и всякие железные примочки для введения в тело?
Так, одежда — не моя. Какие-то штаны с рубашкой. Ну да, моя же сгорела. Перчаток с иглами нет, как впрочем, и самих игл. Остальных вещей не вид… Хотя, вроде этот рюкзак мне знаком. Осторожно встаю, но мои опасения напрасны. Ноги меня держат крепко и даже не трясутся. Обуви не вижу, а пол холодный. Согреваюсь эфиром. Так, что у нас тут? Все на месте. А это что? Это кто ж мне так ворожит?
Протерев глаза, чтобы удостовериться, что мне это не мерещится, я смотрел на документы, заверенные императорской канцелярией, подтверждающие тот факт, что я являюсь единственным представителем рода Багряниных, а также его главой. Причем подписаны эти бумаги не просто секретарем, а лично графом Строгановым, его начальником. И подписано это шестнадцатым числом, то есть, на следующий день после моего дня рождения. А сегодня какое число? Телефона нигде не видно и спросить некого…
Значит, я точно не у Мышкина, но тогда где? Неужели Алгомская подсуетилась? Но тогда почему это место больше похоже на камеру, а не палату? Я арестован или задержан? Тогда зачем меня надо было лечить? Правда, я припоминаю, что преступника, прежде чем повесить, обязательно приводили в божеский вид. Может, и со мной так же?
У-у-у-у, как голову-то прострелило! Я не помню, все ли я помню… А что я вообще помню последнее?
….Сжимая огненные мечи, я бежал в сторону врагов. Эфира практически не было, сил тоже. В меня полетели ледяные серпы, воздушные кулаки, снизу ударил столб камня, едва не сломав мне ноги.
— У круг робяты, у круг… — раздался голос и все замерли.
Я лежал на земле, тяжело дыша, обильно поливая ее своей кровью.
— Я старшина Громадян Богдан Орлик, огненный маг. Я сражусь с тобой, князь. И если ты победишь, то уйдешь отсюда живым. А если погибнешь, то на то воля божия.
— Эй, мы так не договаривались, -услышал я протестующий возглас Мышкина.
— Свой контракт мы выполнили и теперь вольные казаки. Он убил несколько наших людей и кровь друзей взывает к отмщению. Но мы — люди чести и предлагаем честный поединок. А ты, князь, стой и смотри. Иначе встанешь рядом с ним.
С трудом поднявшись, я смотрел на того, кто кинул мне вызов. Маг стоял напротив меня в центре большого круга, что образовали его подчиненные. Он был бодр и свеж, в отличиеот меня. Эфира моего осталось на самом дне и биться сейчас я не был способен. Но шанс был.
Зная, что потом могу сильно пожалеть об этом, я достал иглу и воткнул ее в кончик пальца. Точка Си Цинь — наполняя источник, она перерабатывала жизненную энергию и сжирала у меня годы жизни. Когда-нибудь мне это аукнется, но сейчас у меня появился шанс, пусть и небольшой. Дайте мне только время… Нет, не дали. То ли что-то почувствовав, то ли устав ждать, маг кинулся в атаку.
Все, на что меня хватило, это опять создать парные огненные мечи. Мой противник тоже не стал швыряться в меня огнем, а поступил так же, как я. Вот только эфира у него было намного больше, и если мои клинки пылали, то его были практически белого цвета от мощи, что он в них влил.
 
С шипением они столкнулись друг с другом, и я с ужасом понял, что еще пара таких ударов — и мое оружие просто развеется. Мой источник просто не успевал наполняться, как эфир из него тут же тратился. Поврежденная нога не давала быстро двигаться, тело кричало от боли. Судя по всему, у меня сломана пара ребер, да и внутренности точно отбиты. И тем не менее, сдаваться я не собирался.
Удар, мягкий блок, пытаюсь резко развернуться, но нога подводит и меня уводит в сторону. Успеваю защититься, но его меч краем задевает плечо. Куска кожи вместе с мышцей как не бывало. От боли едва не теряю сознание. Кровь заливает глаза, плохо вижу. Отмахиваюсь мечом как дубиной.
Но нет, я могу вот так просто сдохнуть от руки наемника! Глубокий вдох, я замираю, понимая, что сейчас меня разделят на две части. Но мне нужно это мгновенье, чтобы вдохнуть силу своей стихии.
Время останавливается. Я вижу застывших людей, вижу, как клинок огненного мага остановился буквально в сантиметре от моей шеи. Вижу скривившуюся морду Мышкина и азарт наемников. И я вижу марево, что поднимается от моего тела.
Мой источник сокращается в такт ударам моего сердца, разгоняя эфир по телу. Я чувствую огонь, я чувствую его тепло, что наполняет меня силой. А еще я ощущаю его ярость. Она рвется из меня, прожигая себе путь наружу. Мои руки вспыхивают истинным пламенем, способным убить даже бога.
Щелчок — и время опять восстановило свой бег. Меч мага, ударившись о мою руку, бессильно рассыпался искрами, а после он закричал. Дико, страшно, срывая голос.
Моя рука, пройдя сквозь щит, проникла в его тело, выжигая его изнутри. Яркая вспышка — и мой противник осыпается на землю пеплом.
Круговое движение — и от меня расходится волна огня. Я ничего не вижу. Мне кажется, у меня и глаз-то нет. Но я слышу звуки боя, крики боли и ярости. Значит, не погибли Бобры, значит, нашли меня. Я поступил глупо, не предупредив их о побеге. Что уж теперь говорить. Хотя, они вроде как должны были следить за мной. Но теперь поздно посыпать голову пеплом.
Резкий удар в спину выбивает из меня дух и кидает на землю. Отчетливо слышу хруст кости. Пытаюсь встать, но тут прилетает удар в голову, а после тьма…
М-да, вспомнил, называется. Стыдно, что писец. С самого начала я повел себя как идиот — и итог закономерен. И что теперь? Звать на помощь? Только я набрал воздуха в грудь, чтобы матом выразить свое возмущение, как почувствовал в руке легкую тяжесть.
Разжав пальцы, я увидел потерянный медальон первожреца. Злорадная ухмылка наползла на мое лицо. Накинув на плечи рюкзак, я сделал всем понятный жест средним пальцем на все четыре стороны, чтобы невидимым наблюдателям было хорошо видно, и после этого направил в него эфир.
Легкая вспышка — и вот я стою на ступенях храма. От мгновенного переноса у меня закружилась голова и подогнулись ноги. Так что я банально плюхнулся на землю, под удивленными взглядами прохожих. Очень сильно хотелось есть и пить, а еще спать. Ну, если уж совсем обнаглеть, то хотелось и девушку — красавицу потискать. Так, надо собраться и валить внутрь. Там, уверен, мне помогут.
Жалел я только ободном — что так и не достал Мышкина, не сумел ему отомстить за все унижения. Воспоминания о нем заставили меня заскрипеть зубами от злости.
Ничего, я ещё до тебя доберусь, тварь, и своими руками оторву твою глупую голову! Ну да, он глупый, а сам-то чем лучше? Попался как идиот в расставленную ловушку.
Все, хватит терзаться, надо двигаться дальше. Вон, уже жрецы идут, готовясь всех убивать. Эфир так и гудит.
— Багрянин? Тимофей Владимирович? —один из жрецов прошел вперед, а остальные встали полукругом, образовав своеобразный щит.
— С кем имею честь?
— Зовите меня Ратмир. Пойдемте, вас уже ожидают.
Оглянувшись назад, будто запоминая все, что я оставляю за спиной, я последовал за жрецом.