Первая белая книга "На пути в неизвестность" (СИ)

Франко, еще мгновение назад, бывший в первых рядах нападавших, куда-то исчез и чудом не попав под удары острых и длинных копий, появился уже позади стражи, орудуя мечом как мясник, рубя им сверху вниз. Его спутники прорубались к нему через несчастных, что пытались прорваться в город, чтобы спастись от не минуемой смерти застигнувшей их врасплох.
На верхнем этаже сторожки еще трое головорезов, все это время прятавшихся во тьме и ждавших сигнала своего главаря, теперь прорубались с боем к воротам сверху. Старик Гарри ловко орудовал своим коротким мечом, находя бреши в доспехах стражи. Вико не был таким ловким и махая своим огромным мечом, просто сминал всей своей силой металл брони, ломая под ней кости и дробя своей тяжелой гардой черепа противников. И только молодой Чак, отчаянно пытавшийся напасть из-за могучей спины здоровяка, угодил прямо на меч одного из стражников и повалился на дощатый пол. Мясорубка продолжилась и на лестнице, стражник проткнул своим копьем старика Гарри, но Вико выждав момент перерубил это копье своим мечом, а ударом ноги оглушил противника. Старик был снова на ногах, рана показалось ему не глубокой и он, переступая через поверженного Вико стражника, продолжил бой в уже сторожке, ловко уклоняясь от всех атак.
Колокольный звон и толпа несчастных бегущих в разные стороны, подальше от главной улицы, дали хороший задел по времени Франко и его головорезам. Двое его охранников были легко ранены, отделавшись лишь легкими порезами и ссадинами. Наконец-то из сторожки, весь в крови, появился здоровяк Вико, придерживая истекающего кровью старика Гарри за талию, Чака с ними уже не было, скорее всего, он был мертв.
— Франко, мы перерезали их всех до единого! — Вико тяжело дышал и оперев стонущего старика о каменную стену вытер кровь со своего лица, по-звериному ухмыльнувшись.
Франко скинул с головы капюшон, ничего не ответив своему головорезу и глядя на с десяток раненых и еще стонущих тел, приказал своим людям добивать выживших в этой ночной мясорубке. Еще последний стон не стих, как в заваленном трупами проеме городских ворот появились всадники в темно-зеленых плащах, в таких же, что был одет и сам Франко. Хмурые молчаливые лица, закалённые долгое войной; сухие, изрезанные ветром и долгим отсутствием изобилия пищи, фигуры. Энергетика самой смерти, исходившая от этого немногочисленного отряда, напрочь перекрывала всю самоуверенность и жестокость, которую проявили в бою Франко и его головорезы.
— Ворота открыты для новых хозяев города! — глаза Франко с восхищением глядели на каменные белые лица своих новых союзников, с которыми ему предстояло захватит это не покорный город. Вместо ответа вся группа подняла вверх руки и оголив свои запястья показала вместо приветствия знак Ордена Воскрешения, две руки вокруг солнца, набитые в виде татуировки черной краской.
— Вы думаете, что так смогли выполнить наш уговор? Устроив эту мясорубку? Да сейчас сюда сбежится вся стража города! — женщина выехала на своей лошади вперед, ее изуродованные глубокими следами от топоров доспехи, были куда богаче украшены серебром и принадлежали какой-то из знатных особ Астории. Все солдаты Ордена были одеты в доспехи Астории, явно добытые в бою.
— В этой суматохе, вас никто не отличит от Асторийских солдат. Вы уже позаботились о своей маскировке заранее, — Франко развел своими руками в стороны, будто указывая на трупы, что лежали вокруг:
— Это безумие, охватившее всех этих глупцов вокруг, пришлось нам как нельзя кстати?! Вы так не находите?
— Я не нахожу их смерть смешной, так как делаете это вы?! Самодовольный глупец! — еще раз сказала она, подъехав на лошади еще ближе.
— Не нужно меня оскорблять. Вы же попали в город. Ваша провизия в надежном месте. Стража должна появиться с минуты на минуты, но не стоит о ней беспокоится, комендант Трюдо на нашей стороне! — чувствуя опасность Франко отступил назад, в какой-то момент схватившись за полу плаща одного из своих охранников, пытаясь им прикрыться.
— Вы правы, сейчас кто угодно поверит, что мы прибыли из отступающей Асторийской армии, для большей правдоподобности, мне стоит всех вас убить?! — на лице черноволосой женщины, так и не появилось никаких эмоций.
 
— Стойте. Меня зовут Франко, по нашему уговору вы не можете меня убить… — Франко растворился прямо в воздухе, будто слившись с тенью от стены и через мгновение появившись на несколько метров дальше от того места, куда ударило копье, брошенное женщиной, попытавшейся его убить.
— А ты не так прост? Ты еще сможешь нам пригодиться!? Я непременно найду тебя Франко… — она рассмеялась, наконец-таки улыбнувшись, и посмотрела прямо на охранников, снова поднявших свои мечи, в тщетной попытке защитить своего главаря.
— Всех убить во имя Империи! — закричала воительница, заставив свою лошадь встать на дыбы. В этот момент на главную улицу высыпало несколько десятков стражников, преграждая путь всадникам, так неожиданно появившимся в городе посреди ночи, полной хаоса и колокольного звона. Группа в темно-зеленых плащах быстро расправилась с охранной Франко и будто не замечая севшего на мостовую и истекающего кровью Гарри, набросились на здоровяка Вико.
Женщина пустила своих подручных вперед, а сама стала кричать на стражу в несколько рядов ощетинившуюся копьями и алебардами, направленными на нее.
— Я Маркиза де Тэрау, мне нужен комендант Трюдо! Быстро, я сказала! — стража не спешила слушать незнакомку, будь та хоть трижды дворянкой и подругой их коменданта, начальника всей городской стражи. Страх был велик, как и паника среди горожан, ночь и бесконечный колокольный звон, взывавший к милости господа. Ничто не могло остановить движение ощетинившейся шеренги, идущей вперед во всю ширину улицы, кроме самого епископа, прекратившего оглушительный колокольный звон. Теперь повисшую тишину заполнили лязг мечей и крики горожан, с ужасом смотрящих из окон на кровавую картину у восточных ворот.
Вико весь в ранах упал на одно колено, опираясь только на свой огромный меч. Он был весь в крови, как в своей, так и своих противников. Этот здоровяк, во тьме, при свете нескольких факелов на стенах, стал первым кого увидели горожане, признавшие в нем разведчика Ордена. Кровавое исчадие ада, низвергнутое самой преисподней, зарубившее всех защитников города вокруг. Он улыбнулся своей гнилой беззубой улыбкой и попытавшись последний раз атаковать, был сражен ударом булавы, прямо по своему мясистому лицу, одним из отряда темно-зеленых плащей, откуда-то сбоку.
В этот момент стража расступалась, пропуская вперед рыцарей в красных доспехах и самого епископа, идущего вслед за ними. Они устрашающе держали свои огромные мечи, готовые отдать свои жизни, за его святейшество епископа.
— Какая трагедия, господь всемогущий! — начал было молится, крестясь епископ, расталкивая своих рыцарей защитников, чтобы поближе взглянуть на побоище.
— Ваше высочество?! Я Маркиза де Тэрау! — женщина спрыгнула со своей лошади и поклонилась епископу встав перед ним одно колено, весь темно-зеленый отряд последовал ее же примеру.
— Мы с отрядом разведчиков прибыли с донесением для самого герцога! — епископ будто бы не слышал то, о чем она говорила и больше был поглощён рассматриванием убитых стражников, а также прорвавшихся и теперь висевших на копьях совсем худых бродяг, и нищих.
— Его святейшество! — поправил епископ говорившую женщину и сложив руки за своей спиной улыбнулся, увидев, что старик, возле сторожки городской стражи, зашевелился и попытался подняться на ноги.
— Так как вы говорите, вас зовут?
— Маркиза де Тэрау… — женщина в смущении подняла свою голову, на мгновение подумав, что ее раскрыли.
— Ну что вы, дитя, вставайте же с колен, — епископ подошел к ней ее ближе, все время, не отводя взгляда от старика, теперь притаившегося за трупами.
— Я? — в ее голубые бездонные глаза, на мгновение закрался страх, приятный овал лица, без единой морщинки, оставался абсолютно каменным, но пухлые розовые губы задрожали.