Соломка и Зверь (СИ)

Соломка почувствовала, как тяжёлая голова тянет вниз и опёрлась лбом в руку.
— Меланья… — прошептала, или даже скорее прошелестела Ванилия.
— Да? — она заставила себя поднять на соседку глаза.
— Если бы он знал, что дочь Соринова однажды… он никогда бы его не убил. Несмотря ни на что.
Соломка вздрогнула.
— Спасибо.
И не стала добавлять, что в общем-то, это не имеет значения и уж точно ничего не меняет.
— Ты не станешь отказываться от Гната только… только из-за прошлого?
— Причина нашего… недопонимания не в этом.
— А в чем?
— Думаю, никакой пары нет. В нашем случае это ошибка, просто слухи, ничего такого с ним не случилось.
— Не знаю, почему ты так думаешь. У меня есть веские причины, основанные на опыте и наблюдениях Племени утверждать обратное. Какие причины не верить есть у тебя?
— Я не хотела бы сейчас… Не хотела бы говорить.
— Возможно, страх принять произошедшее? Ты думала когда-нибудь о разнице в жизненном цикле? Может, причина в этом?
— То есть?
— Ты ведь знаешь, что со дня освобождения прошло больше двадцати лет? Значит, нам всем почти по сорок, но мы с тобой выглядим ровесницами.
— Я знаю, что ваш цикл замедлен. Вы будете жить дольше. И стареть позже, но зато в несколько раз быстрее. Это всем известно.
— Тогда я снова ничего не понимаю. Видимо, это какие-то ваши человеческие заморочки — в упор не видеть происходящего. Не видеть истоков и путей следования.
— Слушай, давай просто не будем спорить? Все ошибаются! Все эти ваши истоки и пути следования вполне могут вести не туда, куда тебе кажется!
Соседка подумала.
— Ладно.
Потом устало закрыла глаза и сказала:
— Но это ещё не все. Дело в том, что эта привязанность образуется не только со стороны мужчин. Довольно быстро она появляется и со стороны женщины. Ты увидишь. Гнат сейчас… слишком дезориентирован, чтобы ухаживать за тобой, как обычно делают мужчины, когда встречают девушку, которая выбивает почву из-под ног. Но однажды всё изменится и тогда ты вспомнишь о сегодняшнем разговоре и поймёшь, что твоё детское упрямство тебя не красит. А теперь — всё. Больше я к этой теме не вернусь.
— Чаю? — спросила Соломка через время. Со второго этажа как раз спускалась Троя с тщательно умытым до розового цвета лицом.
Они как обычно принялись пить чай, обсуждая погоду и любимые сладости. Когда на пороге дома появилась большая тень и в дверь тихо застучали, Троя глубоко вздохнула, встала и ушла в прихожую. И открыла дверь.
Тихие голоса звучали всего пару минут, а после хлопнула дверь и Троя ушла, даже не попрощавшись и не предупредив, когда вернётся.
— Я рада, — заявила Ванилия, пододвигая ближе тарелку с печеньем, после ухода Трои оставшимся в полном её распоряжении. — Хорошо, что хоть одна из вас родилась с мозгами и сердцем.
* * *
После попытки пленения и изучения Каспи новости покатились, как снежный ком. Звучали извинения каких-то мелких официальных лиц, какие-то следователи назначали встречи, и отбоя не было от журналистов, желающих узнать, что вообще произошло.
Очередное известие принёс Оглай.
— Смотри.
На стол перед Тартугой легла телеграмма.
— Правительство прислало официальный запрос. Они требуют объяснений по поводу жалоб неких юридических лиц о том, что в нашем распоряжении имеются дословно «механизмы, ранее не заявленные в патентах и представляющие угрозу для жизни и здоровья населения». Что мне ответить?
Тартуга замер, только глаза мерцали.
— Ответь, что ничего подобного у нас, естественно, не имеется. А свалка, образовавшаяся в ходе Освобождения, уже давно передана им для изучения на добровольных началах.
— Тон запроса довольно агрессивный. Свалкой не ограничится.
— Тогда ещё добавь, что если в наши отношения проникло недоверие и наше текущее сотрудничество перестало их устраивать, мы можем пойти навстречу их желаниям и сменить местожительство, перебравшись в другую страну. Конечно, придется отозвать все наши патенты, на основе которых работает столько местных НИИ, но если нужно…
 
— Я понял.
Тартуга поднял глаза, которые казались сейчас застывшей черно-белой фотографией.
— Оглай, ты думаешь, нам стоит создать военный совет?
— Думаю, не помешает.
— Мы не хотим воевать.
— Но должны защищаться. Если придётся.
— Думаешь, до этого дойдёт?
— Нет. Но стоит намекнуть, а ещё лучше продемонстрировать, что мы не беззащитны, чтобы они к нам не лезли. Напугать разок, но хорошенько, так, чтобы неповадно было больше лезть.
— Я понял. А может, нам просто построить космический корабль и свинтить к чёрту с этой планеты? Найдём другую да заживём в свое удовольствие без корольков с манией величия под боком. Они ведь, эти громогласные болваны, не сами на нас попрут, они положат кучу невиновных за свою власть. За свою драгоценную шкуру. Так что, улетим?
Вообще-то Тартуга шутил, но Оглай подумал, что нечто разумное в данном предложении есть.
— Можно и начать, — совершенно серьезно ответил он. — Не мы так наши потомки, если устанут защищаться, просто отправятся на поиски нового дома.
— Мечты, мечты… Даже с нашими технологиями нереально.
— В любом случае лучше мечтать, чем сдаться. Мы же вроде это проходили?
— Согласен. Тогда решено. Но вначале военный совет. Вызови Гната.
— Гната? — в дверях как по мановению волшебной палочки возник вышеназванный. — Гнат тут как тут. Видите, я по первому требованию в вашем полном распоряжении.
— Не паясничай, — ответил Тартуга. — Ты девицу эту спасённую расспросил? Как она оказалась на базе вместе с Каспи?
— Расспросил. Случайность.
— Проверил?
— Да. Вроде бы не врёт. Никаких ранних контактов я не установил. Действительно, просто искала работу и пришла на встречу. Эти параноики, вероятно, решили, что она дочь Соринова. Они внешне очень похожи.
— Ладно, предположим, действительно, случайность. Но скажи мне, какого чёрта она всё ещё в твоём доме?
— Это уж точно дела не касается.
— Гнат, ну ты на самом деле…
— Я сплю, с кем хочу, — прервал Гнат. — Меня уже реально бесит это ваше — подумай, оно тебе надо? Отвалите от меня раз и навсегда.
— Просто я думал, было бы здорово, если бы у меня появилась такая женщина.
— Как кто?
— Как пара. Кем бы она ни была.
Гнат вдруг сглотнул.
— Ты, правда, веришь, тебе было бы здорово?
Тартуга смотрел прямо и спокойно. За последние сутки он спал всего часа три и постоянно отвлекался от сути беседы. Может, правда на другой стороне?
— Ты часть племени, Гнат, постарайся реагировать не так бурно, — вмешался Оглай. — Никто не хочет тебя дёргать. Тартуга просто пытается решить сразу все проблемы. Он думает, если ты перестанешь чудить и пытаться заменить нужную женщину ненужной, то сразу станешь счастлив и направишь свою работоспособность не на борьбу с собой, не на усмирение своих инстинктов, а на общее дело. Может, эта твоя приживалка и похожа на Меланью, но она не Меланья. Себя ты не обманешь.
— Угу. Напомни-ка, почему ты адвокат, а не психолог?
— Напоминаю — мы все психологи. Каждый из нас. Так что я адвокат, это куда проще, чем лишать чужие проблемы с личной жизнью.
— У меня нет проблем с личной жизнью.
— Да, — невпопад кивнул Тартуга. — Занимайся организацией военного совета. И… подыщите место для возможного бункера.
— Размер? — тут же заинтересовался Гнат.
— Пять от существующего.
Тот даже присвистнул.
— Мощный запрос.
— Мы будем строить космический корабль, — довольно гордо завил Тартуга.
— А что, я за, — засмеялся Гнат. — Свалим отсюда к чёртовой матери и будем жить в своё удовольствие. Своя планета, свои правила — красота. Или будем вольными пиратами — бороздить просторы бескрайнего космоса. Тут главное, каюты просторные сделать, неохота тесные клетки.