Соломка и Зверь (СИ)

— Про «там решим» даже слышать ничего не хочу. — Пробормотал Каспи, отводя глаза и прикрывая их пушистыми ресницами.
Пришлось соглашаться на предложенное, это лучше, чем ничего. И действительно, потом, зная, что к чему, куда больше шансов пробраться на арену повторно.
Как раз в день, когда по утверждению Трои была запланирована очередная арена, Соломка занималась выведением кремом розочек на кексах. Тогда позвонила Виола и сообщила, что вечером Соломка приглашена на совещание по поводу внепланового обсуждения дальнейшей линии развития города.
Конечно, отказываться причин не было, тем более Ленсуаза ей очень нравилось, как и Племя в целом, которое в чем-то может и напоминало зверей, но в остальном было куда более открытым и честным, чем человечество, частенько прятавшее за громкими красивыми словами червивые поступки.
Итак, в семь Соломка как штык стояла у кабинета Тартуги. Оставалось только открыть дверь и войти.
Оказалось, все уже в сборе. Ну, по крайней мере, на первый взгляд. И даже больше, чем все. Замерев на пороге, Соломка окинула взглядом стол, за которым сидело несколько зверей. Тартуга уже что-то говорил, Оглай сосредоточено изучал бумаги, Виола рассеяно смотрела куда-то в центр стола, ещё несколько участников просто слушали, а Гнат, который сидел напротив Тартуги, дёргано, как плохо смазанный механизм, обернулся и тут же отвёл глаза.
Ноги пошли к нему, потому что возле Гната стоял незанятый стул. И глаза видели и знали, куда идти. Тело словно само решило и сделало, как хотелось.
Когда Соломка поняла, что, собственно, делает, было поздно останавливаться — это всё равно что откровенно признать — да, я и сама не поняла, отчего ноги понесли к мужчине, который мне совершенно безразличен. Видимо, задумалась. Нет, такого не скажешь, это просто смешно.
Оставалось только делать вид, будто ничего необычного и не произошло — и вовсе она не бросилась к Гнату, как к единственному на свете спасению, притянутая магнитом неизвестного происхождения, а просто стул возле него выбрала, хотя свободных стульев вокруг стола было штук десять… ну, выбрала потому что он напротив Тартуги, это удобно.
— Добрый вечер, — поздоровалась Соломка, усаживаясь возле Гната. — Я не опоздала?
— Нет, все хорошо, — Тартуга переключился на что-то другое, процесс воспоминания и обработки информации явно отразился на его лице. — Давай тогда сразу с тобой, потом будешь свободна, а мы вернемся к нашим делам. Чего тебя зря задерживать, мы может до утра просидим.
Без свидетелей, вероятно, подразумевалось.
— Хорошо. Что я могу сделать?
— Вопрос простой. В связи с последними событиями у нас возник перерыв в вопросе налаживания отношений с людьми. Было не до того, но пора продолжать. Но вначале скажи нам, твои ровесники предпочли бы узнать правду о произошедшем конфликте между нами и некоторыми людскими группировками или оставаться в неведении?
Соломка даже не сразу поняла вопрос, а когда поняла, отвечать отчего-то было не очень удобно.
— Мои ровесники говорят, что всегда хотят правды, но на самом деле будет лучше, если никто не узнает о ваших… трудностях. Правда пугает.
— Понял. Тогда мы не будем выносить сор из избы. Но теперь, с приходом зимы нам нужны новые точки соприкосновения.
— Да. Я думала… До весны уличных праздников уже не устроишь, нужны другие формы общения. Можно предложить экскурсии в Ленсуазу, заключить контракты с экскурсионными базами и пусть привозят туристов. Программу придумать несложно. К примеру, предложить несколько интересных вещей — научные аттракционы, вероятно, самое лучшее, от них в восторге и взрослые, и дети. Только сеть кафе или столовых нужно придумать, в Ленсуазе сейчас, в общем-то, негде перекусить. В идеале — гостиницу для тех, кто хочет провести вне города уик-энд.
— Принимается. Оглай назначит ответственного за организацию экскурсий, столовой и гостиницы. Ещё что-нибудь?
— Да. Если вы хотите привлечь не просто молодежь, а умную молодежь, можно сделать те же аттракционы, но уровнем посерьезней. Например, демонстрацию научных опытов. Договориться с институтами и предложить несколько лекций по инопланетным технологиям. Сюда рванут так быстро, что очереди выстроятся.
 
Все замолчали. Только за окном шумел ветер.
— Над этим подумаем, — тяжело сказал Тартуга. — Ещё?
— Вроде всё.
Соломка даже смутилась. То ли она сделала неудачное предложение, то ли ещё не так. В общем, скорее всё запутала, чем помогла.
— Тогда делаем упор на экскурсионных уик-эндах. В кондитерской всё в порядке?
— Всё отлично, спасибо.
Тартуга слегка скосил глаза.
— Гнат, их дом обустроен системой нашей последней защиты?
— Нет ещё, — еле выдавил Гнат.
— Почему? Завтра ты уезжаешь, куда дальше тянуть?
Тот закатил глаза и пожал плечами. Похоже, на защиту некоторых ему было наплевать.
— Иди и установи. Немедленно.
Тартуга повернулся к сидящему рядом Оглаю и стало понятно, что разговор окончен.
— Пошли.
Гнат поднялся и Соломка поднялась следом.
И только тогда позволила себе повернуться и посмотреть на него. Сегодня он был небритым, неаккуратным, от этого сердце почему-то заколотилось сильнее. Потом Гнат придвинулся, будто желая, чтобы его рассмотрели ближе. Соломка с готовностью подняла голову — и волосы у него слегка отросли. И пахнет он сильнее. Вокруг глаз тёмные тени, лицо кажется более худым, чем прежде.
— Идите уже, — сказал кто-то из зверей. Некоторые почему-то захихикали.
Гнат тут же сморщился и пошёл к выходу. Соломка, тоже опомнившись, почти на бегу схватила своё пальто и пока они шли к выходу, умудрилась одеться и застегнуться на все пуговицы. Гнат вышел на улицу в своей расстегнутой куртке, которая выглядела слишком по-осеннему.
— Не холодно? — спросила Соломка, натягивая перчатки.
— Нет.
— Ну и ладно. Что за защиту ты будешь устанавливать?
— Просто сигнализацию.
— Так я и поверила. У вас ничего не бывает просто.
Он почему-то сжал губы и ускорил шаг. Соломка подумала пару секунд и отстала — не хватало ещё бежать за ним следом. Пусть спешит, ключ-то у неё в сумке, придется Зверю торчать под дверью и ждать, пока явиться хозяйка и откроет дверь.
Это приятная мысль.
Хотя он может не дождаться, а развернуться и уйти туда, где его ждет другая женщина, по первому звонку распахивающая дверь настежь.
Это не очень приятная мысль.
А и плевать.
Соломка остановилась, набрала полную грудь холодного воздуха и выдохнула — пар повалил, как будто она паровоз.
В общем, домой Соломка не спешила, любуясь небом и огнями в окнах окружающих домов. Но когда всё же дошла, Гнат стоял на крыльце, нахохлившись и ждал, недовольно прищурив глаза. Замерзшим он совсем не выглядел, поэтому муки совести Соломку не мучили.
— Заходи, — сказала она, встав на пороге и перегородив проход, и только потом отошла — не хотелось, чтобы он вошёл заранее, без приглашения.
— Ты что, издеваешься? — тут же спросил Гнат.
— Нет. Я просто приглашаю тебя войти в дом.
— Я здесь по заданию Тартуги! Мне не нужно приглашение!
— А чего ты злишься?
— Потому что ты меня злишь!
Соломка закатила глаза точно так же, как он закатывал в кабинете Тартуги.
— Давай, делай, что хотел и проваливай. Не хочу хамить, но иначе с тобой не получается. Ты словно специально меня выводишь, а потом говорить — вот видишь? Я же говорил, что ты дурная, глупая и т. д. и т. п.
— Иди, посиди на кухне.
— С какой стати? — она сложила руки на груди. — Я не оставлю тебя без присмотра. Откуда я знаю, что ты выкинешь, пока я не вижу.
— Что я могу выкинуть? Украсть из ящика твоё нижнее бельё?
— А вдруг?
Он, уже не сдерживаясь, чертыхнулся и не разуваясь, прошёл в конец коридора, где находился вход в подвал.
— А ноги вытереть? У меня нет служанок! — крикнула Соломка.
— Поразительно, как такая мелкая женщина может так легко вывести из себя. — Гнат вернулся и на показ тщательно вытер ноги о коврик. — Ты с твоим характером навсегда останешься одинокой.