Инвестиго, из медика в маги. Том 4 (СИ)

— Нужна ещё помощь, парень. Надо сделать обход раненых. Мы стараемся сносить их поближе к опушке. Всех, кого принесём, латай, хорошо?
— Хорошо.
Транспортировкой до лагеря не всегда успевали заниматься, и поэтому Марк просто перебегал от одного пострадавшего к другому и помогал восстановиться. Некоторые тут же вставали и шли на защиту периметра — чтобы твари не прорвались в санитарную зону.
На седьмом больном он встретился с таким же целителем довольно далеко от основных сил.
— Привет, я прикрою, заканчивай побыстрей, — пострадавший был в отключке.
— Разберусь без тебя, — Марку показался этот голос знакомым, он обернулся и действительно увидел перед собой того самого парня, желавшего самоутвердится за счёт спасённых жизней. Да уж.
Обычно Марку требовалось максимум минуты две-три для простейших ран. То ли малый был тупым, то ли что-то пошло не так. Они находились тут уже минут десять.
— Есть успехи?
Каким бы ни был противным этот человек, сейчас он спасал чужую жизнь. Одно только это смягчало о нём впечатление. Но следующая фраза чуть не вывела Марка из себя:
— Что ты маячишь, бестолочь? Иди, куда шёл. Ни мне, ни ему, — кивнул на больного, — не нужна твоя помощь. Здесь и так всё ясно, я сделаю максимум… Ты хоть понимаешь, какой это шанс для целительства? Война даёт знаний больше, чем… Хотя ты же бл**ских кровей, можешь ничего не говорить.
— Что ты делаешь? — ему не понравилось с каким тоном этот малолетний патриций учит его жизни. Будто Америку открывал.
— Я узнаю возможности человеческого тела, — Марк заметил, что на коленках тот держал несколько листков бумаги и что-то записывал.
— Ты его не лечишь? — ещё раз переспросил Марк и присел рядом.
— Отойди, собака глупая, — шикнул на него аристократ.
— Ах, ты ж мразь, — когда Марк запустил диагностику, то увидел, что этот щенок специально не достраивал сеть.
— Немедленно вылечи его!
Но упрямый лекарь продолжал быстро записывать всё, что считывала сетка. Марк понял, чего тот добивается — хочет узнать, как тело реагирует на повреждения и просто фиксирует увиденное.
В этом мире не хватало знаний по физиологии и, возможно, перед ним был некий новатор. В любых других обстоятельствах он бы только порадовался за желание паренька разобраться в сути вещей, но здесь лежит живой человек, нуждающийся в срочной медицинской помощи.
— Заткнись, я записываю. Пёс, погоди у меня, — по лицу исследователя стекал пот. Марк опрокинул ему чернильницу, чем вызвал булькающий в слюнях рёв.
— Убью, — шипел эскулап, но, увидев, что, можно макать перо и в пролитые на землю чернила, радостно прикусил губу.
Марк не мог запустить собственный процесс излечения поверх уже существующего, да и времени на это не было. Больной жутко побледнел. В запасе оставалось две тысячи маны под кристаллами. Большая часть сети сделана — её надо просто завершить. Выдохнув, он протянул правую руку и запустил поток маны.
— Что ты делаешь, дурак? Сеть не запускается поверх уже созданной. Какой же ты жалкий, — Марк, наконец, удостоился взгляда, хоть и презрительного.
— А я не собираюсь строить новую, я просто доделаю твою, — и с этими словами он приступил к работе, максимально сосредоточившись. Малолетний урод хотел выяснить, сколько может прожить человек с разрывом селезёнки. Летальность, конечно, не такая высокая, но это при условии своевременной хирургической помощи. Марк увидел разрыв капсулы, уже закрытый сгустком крови, но как можно не заметить повреждения магистральных сосудов чуть дальше?
Марк насильно достраивал сеть вплоть до селезёночной артерии. Во время прошлых тренировок мана уходила катастрофически быстро.
Сейчас у него лишь треть от того, что он использовал с профессором Ингетсом. Перед отъездом ничего кардинально не поменялось, но сейчас не тепличные условия госпиталя — перед ним лежал человек, которого надо было срочно вытаскивать с того света. А рядом мешался самодовольный лекаришка.
У него сначала возникла мысль оттолкнуть мальчишку и сделать всё самому, но когда увидел всю серьёзность ситуации, понял — одному не справится. Полностью скастовать среднее исцеление ему не под силу. А этот ублюдок тоже не собирался лечить — ведь у него низший ранг. Он мог позвать на помощь более квалифицированного товарища, но решил отработать «материал» в собственных корыстных целях, прикрываясь пользой для человечества.
 
Сейчас от него требовалось лишь достроить сеть. Пожалуйста, пожалуйста. Оперативная память мозга настолько была забита, что сейчас прозвучи хоть рядом взрыв — он бы не успел обработать эту информацию. Тоненькие струйки маны обвивали селезёночную артерию. Он старался не захватывать лишнего пространства — увеличение площади приведёт к ещё большим расходам.
Шаг за шагом, Марк приближался к корявому мешку маны, выстроенному аристократом. Сил-то у него хватало — такое чудовищное творение говорило о грубом вливании, без понимания анатомии, но даже этого с лихвой хватит закрыть разрыв. Наконец, он подобрался к разрозненным грубым нитям и присоединил к ним свои аккуратные шовчики. Состыковка произошла.
— Как ты это сделал? — глаза неудавшегося экспериментатора полезли на лоб, а Марк вынырнул на свет божий с трудом возвращая себе способность шевелить извилинами и понимать происходящее.
— З-закончи, — в процессе восстановления речи он стал заикаться и растягивать слова как умалишённый.
— Ты чего там, тронулся? Как ты это сделал, собака? Я разрушу сеть.
После этих слов Марк вынул из сапога нож и левой рукой приставил его к горлу мелкого ничтожества, называющего себя целителем.
— Ты-т-только п-поп-пробуй, — похоже, с речевым центром и вправду небольшие проблемы, но это не мешало ему твёрдо держать руку с оружием.
Они смотрели друг другу в глаза и, видимо, аристократ понял, что не следует испытывать судьбу, и влил ману на исцеление. Паренхима селезёнки восстанавливала структуру, а кровяной сгусток быстро рассосался после восстановления сосудов. Повреждения на артерии тоже закрылись.
Марк убрал нож и выдохнул. Целитель, сидя на поваленном дереве, злобно засовывал листки с записями в сумку.
Марк встал и, не удержавшись, с ноги впечатал ему подошвой в сопатку. Отчего у парня полилась кровища по всему хлебальнику.
— Е***чий мясник, — сам того не заметя, Марк вошёл в раж и хотел заставить этого гада ползать и скулить, но на третьем ударе его оттолкнуло воздухом. Едва успев сгруппироваться, он улетел в небольшой овраг, цепляясь телом за каждую кочку. Маны на смягчение падения совсем не осталось.
Когда он вскарабкался назад, возле больного уже никого не было. Синтезировав шар воды, Марк привёл в чувство спасённого бойца и помог ему доковылять до своих. А вот в лагере к нему подошли двое насуко и вежливо попросили слить остатки маны.
— У меня её и так не осталось, — ответил он, почесав нос тыльной стороной предплечья — руки были слишком грязные.
— Пожалуйста.
Марк показал прозрачный поток. Ему надели фиксатор на колено и увели в лагерь на холмах. С этого момента он оказался под следствием за нападение на особу знатного сословия и больше не участвовал в военных действиях.
* * *
— Почему ты сразу не сказал, что у вас есть двойник? — спросил Аллана Бефальт. Сейчас они находились в засранной халупе матери Микульпа. Тот тоже был с ними в комнате и сообщил об успешном убийстве подложного лорда Анарика.
— Потому что. Так ты был убедительней.
— И как мне теперь доверять тебе? — нахмурился Беф.
— Да никак. Мне всё равно на твои доверялки. Я держу вас за яйца, парень, очнись уже. Того, что я знаю, хватит отправить на виселицу всю вашу семейку. Просто делай, что говорю.
— И какая тогда разница, чью мне сторону принять?
— А такая, — подошёл почти вплотную Аллан. — Что я королевская власть. Мы сила. И если я не справлюсь, придёт другой, кто сделает как надо, и тогда уже не спасёшь ты свою жопу, — для пущей убедительности инспектор тыкнул Бефальту в грудь пальцем. — Не тупи. Всё идёт нормально.