Дом с привидениями (ЛП)

Оглядевшись, Сара увидела, что находится в какой-то лаборатории. Белые стены, яркий свет, блестящий кафельный пол, столы, заставленные медицинским оборудованием: мензурки, горелки Бунзена, стеклянные бутылки, весы, микроскопы, стеллажи для хранения. Совсем не похоже на плохо освещенные, грязные подземные туннели, по которым за ними гнались.
Она также заметила, что в каждую ее руку были вставлены капельницы, трубки были красными от ее крови внутри и подключены к аппарату.
Может ли это быть больница? Может быть, меня каким-то образом спасли и держали, чтобы убедиться, что со мной все в порядке?
Запах аммиака стал еще более насыщенней, и Сару передернуло. Ее лоб был пристегнут к изголовью кресла, но, опустив глаза, она увидела мужскую руку, держащую какие-то пахучие соли.
Кто-то стоял позади нее.
- Кто здесь?
Никто не ответил. Но рука прикоснулась к ее шее, и палец провел по губам Сары. Затем ладонь спустилась вниз по шее и сжала ее правую грудь.
Это не больница.
Меня не спасли.
Сара сжала челюсти, стараясь не закричать. Она терпела эти прикосновения, а потом почувствовала горячее дыхание на своем ухе.
Ужас, который она испытала на Рок-Айленде, так и не прошел. Часть ее души умерла в тот день, и с тех пор она справлялась с этой потерей.
Встреча с Фрэнком и смелость мечтать о будущем, в котором не будет преследовать прошлое, дали ей небольшую надежду на то, что все может измениться.
Но теперь, когда ее лапали в удерживающем кресле, Сара знала, что у жизни нет счастливого конца. Это были неудачи, страдания, пытки, кошмары и жестокость. И единственным спасением от этого была смерть.
Ее мучитель обошел кресло и встал перед ней.
Блэкджек Риди.
Его повязка на глазу была такой же черной, как и его открытый глаз.
Призрак? Демон? Псих? 
Это не имело значения, и Саре было все равно. Она была напугана, но больше того, ей надоело жить. Джека забрали, Фрэнк, без сомнения, был в такой же ситуации, как и она, и теперь она снова стала игрушкой зла, страдающей и терпящей боль без надежды на спасение.
Женщина набрала в рот слюны и плюнула в монстра.
- Делай что хочешь, придурок.
Тот подошел к столу с инструментами, где среди всех медицинских приборов стоял обычный кухонный тостер. Рядом с ним лежала буханка хлеба - из тех, что продаются в красочных пластиковых пакетах. Он отрезал два ломтика, положил их в тостер и нажал на кнопку.
- Где Фрэнк? - спросила Сара.
Он не ответил. Сара проверила фиксаторы на руках, ногах, груди, дергая их и выворачивая, чтобы понять, есть ли способ вырваться.
Звякнул тостер.
Блэкджек Риди взял ломтики тоста и опустился на колени рядом с креслом Сары. Он протянул их ей. Сара начала подозревать, что перед ней умственно отсталый. Как Ленни[53] из "О мышах и людях".
- Мне не нужен твой тост. Отпусти меня.
Блэкджек протянул кусок поджаристого хлеба к ее связанной руке. Сара изменила тактику. Вынужденно улыбнувшись, она сказала:
- Спасибо, я бы хотела его съесть. Но у меня связаны руки. Не развяжешь меня?
Блэкджек подсунул тост под ее ладонь. Быстро, как сработавшая мышеловка, он шлепнул другой кусок поверх ее пальцев.
Затем он улыбнулся, и Сара увидела, что его зубы были обточены до клыков.
Она закричала так громко, словно пыталась разбудить мертвых, когда Блэкджек открыл свой ужасный рот и наклонился, чтобы съесть свой сэндвич.
 Глава 45 
Фрэнк
Фрэнк Белджам уставился на призрак Джебедии Батлера, все тело которого было покрыто кровью, и спросил:
- Нужен пластырь?
Белджам был пристегнут к каталке из нержавеющей стали. По краям каталки были желоба, что навело Фрэнка на мысль, что это стол патологоанатома.
Последствия не беспокоили Фрэнка. В тот момент Фрэнка вообще ничего не волновало. Он решил, что если переживет эту ночь, то продолжит гламурную и веселую жизнь героинового наркомана.
Но пережить ночь уже начинало казаться маловероятным.
 
Джебедия подкатил к Фрэнку металлическую тележку, наполненную всевозможными устрашающими медицинскими инструментами. Молотки, пилы, лезвия и сверла. Фрэнк уставился на особенно ржавое зубило и издал смешок.
- Ты можешь продезинфицировать эти инструменты, прежде чем вскрывать меня? Я не хочу подхватить инфекцию.
Джебедия навис над Фрэнком, щурясь на него своими бездушными черными глазами.
- Разве... ты... не боишься?
- Друг, если говорить о страшных вещах, которые я видел, то ты даже не входишь в первую пятерку. А где этот Эл Джапсер? Он, безусловно, пострашнее тебя. - Фрэнка снова хихикнул. – К тому же, он лучше вооружен.
Джебедайя поднял какой-то обшарпанный молоток и опустил его на сломанный локоть Фрэнка. Жгло, но наркотик притупил боль.
Призрак выглядел растерянным.
- Ты кажешься разумным человеком, Джебедия. Поэтому я хочу дать тебе совет. И я думаю, что тебе следует последовать ему. Ты готов?
Джебедия Батлер вытаращился на него.
- Я не собираюсь говорить это, пока ты не захочешь это услышать.
- Скажи... мне...
Доктор Фрэнк Белджам посмотрел монстру прямо в глаза и сказал:
- Иди на хрен в жопу.
 Глава 46 
Том
Том пошевелил пальцами, чтобы поддержать кровообращение, но его руки и кисти сильно онемели от долгого пережатия сосудов и положения верхних конечностей. Он чувствовал, что выиграл немного времени, но не представлял, как выбраться из этой ситуации. Его безнадежность усиливалась каждый раз, когда он смотрел в угол комнаты, на нагревающееся в дровяной печи тавро, с которым продолжала возиться почерневшая фигура Стерджеса.
Когда доктор Форенци наконец вошел в комнату, Том с облегчением вздохнул.
- Где Рой Льюис?
Форенци прищелкнул языком.
- Из всего, о чем вы можете меня спросить, это ваш первый вопрос? Где ваш напарник? Он дал мне все, что мог дать. Что вскоре ожидает и вас. Как вы все выяснили?
Том потянулся на носочках, чтобы немного разгрузить сведенные судорогой руки.
- Опустите меня, и я вам расскажу.
- Уверяю вас, детектив, вы все равно мне расскажете.
Форенци прошел в угол комнаты и снял черный чехол с медицинского оборудования. Это было похоже на аппарат для диализа.
- Это Торбл, - сказал Том, взглянув на Стерджиса Батлера. - Он сказал, что видит мой страх. То же самое он сказал мне в тюрьме.
Форенци скорчил гримасу и ткнул пальцем в Стерджиса, урожденного Огастуса Торбла, осужденного серийного убийцу.
- Я вызволил тебя из тюрьмы не для того, чтобы ты все испортил.
- А я не для того наряжаюсь в чертов костюм на Хэллоуин и обливаюсь жидким дымом, чтобы пахнуть как поджаренная свинья. К тому же эти чертовы линзы меня убивают.
Торбл коснулся зрачка и вынул черную линзу.
- Значит, все это фарс? - спросил Том. Его любопытство было неподдельным, но он был больше заинтересован в том, чтобы доктор продолжал говорить, надеясь выведать у него побольше информации и использовать ее для своего спасения.
Форенци кивнул. Аппарат, с которого доктор снял чехол, находился на тележке, и он подкатил его к Тому.
- Конечно. Дом полностью оборудован для этого. Двери с ловушками, чтобы люди могли появляться и исчезать. Электромагниты, чтобы стулья двигались или картины падали. - Он потянулся к шее Торбла и оторвал лоскут латексного грима, прижав его к собственному горлу. – Синтезатор голоса. Слышишь... как... страшно... я... звучу...
- А как насчет картины дома со всеми нашими лицами?
- Только вчера нарисовали. У одного из моих людей есть небольшой художественный талант. Сомневаюсь, что она еще успела высохнуть.
- А оружие? - спросил Том. - Пуленепробиваемые жилеты?
Форенци достал из кобуры СИГ Тома и прицелился ему в грудь. В тот момент, когда Том попытался вывернуться и начал кричать, Форенци выстрелил дважды.