Легенда тихого города (СИ)

Это было все, что успела выкрикнуть Алиса, прежде чем броситься бежать обратно в детский центр, чтобы успеть скрыться от странного безликого существа. Звук ее туфелек стих. В пустом коридоре никого не было. Брошенная телефонная трубка повисла на проводе. Гудки продолжались.
Ее мама не услышит этот звонок — она давно пришла домой и поставила греться чайник. По телевизору шла ее любимая передача. И до конца этого вечера она так и не поймет, что ее телефона в сумке нет. Он выпал из открытого кармана ее сумки еще днем, когда она шла по небольшому мосту к автобусной остановке. Она торопилась и врезалась в прохожего, чуть не сбившего его с ног.
Эти звонки продолжались. Под темным мостом. В овраге. В полутьме. Экран мобильного телефона светился. Эхом раздавалась трезвонящая мелодия, но ее никто так и не услышал.
Смотрящий
Он был обычным мальчиком. Обычным подростком 16-ти лет. Его звали Виктор. Так его назвал отец, который скончался почти сразу после его рождения. Семья Виктора переехала из большого мегаполиса в маленький город на окраине. В детстве у него было несколько развлечений: просматривание пары кассет с мультиками снова и снова, игры и беседы с соседским котом, прогулка в парке. Просмотр мультиков занятно ему надоел, так как новых на кассетах совсем не появлялось, а соседский кот не особо его жаловал, поэтому Виктор в большинстве случаев отправлялся в парк. Ему нравилось смотреть на распускающиеся бутоны цветов весной, на опадающие осенние листья и наслаждаться красотой природных ландшафтов. Он рисовал все, что видел. Рисовал и рисовал, а на 12 день рождения ему был подарен фотоаппарат. С этого и началось одно из главных увлечений в его жизни. Сначала он фотографировал почти все, что видел, а уже после научился находить нужный кадр и лучшее освещение для хорошего снимка. Ему нравилось фотографировать. Однажды он мечтал стать великим фотографом, фотографировать звезд для модных журналов, делать фото для известных модных брендов и проводить фестивали в области искусства. Он уже почти грезил такой жизнью. И у Виктора все получалось. Он оказался невероятно талантливым. По странной причине он выигрывал почти все фотоконкурсы, в которых участвовал. Многие пророчили ему великое будущее. И оно у него было. Если бы одним осенним днем он не отправился на прогулку со своими одноклассниками.
Их было трое. Виктор и двое его друзей. Эти парни не были его настоящими друзьями, но ему было с ними весело. К тому же у него впервые появились друзья. Все свое детство Виктор провел практически в одиночестве. И вот. Этот день настал. Они встретились утром. Настроение у всех было хорошее. Ничего не предвещало беды. Все трое находились в тот момент на заброшенной детской площадке. Ржавые качели слегка поскрипывали, вдалеке были слышны раскаты грома и унылое завывание ветра. Это была обычная площадка. И трое обычных детей. И этот обычный осенний день стал для них роковым.
— Ребята, а давайте устроим костер? И посидим у него, погреемся, пожжем всякие штуки! — Предложил Дима, один из его двух друзей.
Идея Виктору сразу не понравилась, но он не умел отказывать людям из-за мягкого характера. К тому же ему приходилось соглашаться почти со всем, что они предлагали — он боялся, что они перестанут с ним общаться. И он снова окажется один. Поэтому Виктор развернулся и пошел в кусты, искать палки для костра.
— Ого, спасибо, Виктор, у тебя есть зажигалка? — Спросил его второй, его звали Антон. У него были светлые кудрявые волосы, которые теперь были мокрыми от моросящего дождя, — блин, чувак, нам нужно срочно сделать это, пока ливень не начался.
— У меня есть! — Отозвался Дима, рывшийся в карманах своей спортивной ветровки, — смотри! Еще работает! Лови!
— Круто, смотрите, — Антон поймал зажигалку и поджег охапку веток, сложенную на земле, — чисто Апполон.
— Апполон? — Неуверенно спросил Виктор, — почему Апполон?
— Типа бог огня, — блондин толкнул одноклассника в плечо, — ну, ты че, не понял?
— Да, да, я понял, прикольно, — Виктор слегка улыбнулся, а затем указал на разгорающееся пламя, — но я думаю, что нам нужно потушить его. Это не выглядит безопасно.
 
— Прекращай, Виктор, зачем мы по-твоему его делали? А? Чтобы сразу потушить?
— Да, зачем? Глядите! — Крикнул Дима, кидая в костер старые газеты.
— А это? — Спросил Антон, бросая в огонь бутылку, которая с треском разбилась, — о, банка.
Злополучная банка. Обычные жестяные консервы. На первый взгляд. Позже экспертиза установит, что в ней содержались вещества, вызвавшие возгорание и последующий взрыв. Почему такая вещь оказалась на детской площадке? Никто не может дать точного ответа. Это был страшный момент. Ужасающий. Виктор стоял дальше всех от костра. Смотрел, как Антон кидает эту банку. Время вдруг остановилось. И последнее, что он увидел в своей жизни — яркая вспышка света, в которой один из его друзей оказывается полностью охвачен огненным пламенем. Дима скончался на месте от множественных ожогов. Он стоял совсем рядом с костром. После резкого возгорания произошла небольшая ударная волна. Это были не просто вещества, вызвавшие возгорание, это было проклятье, унесшее жизни двух человек. Антон стоял позади своего друга. Чуть поодаль. Его слегка отбросило назад. И он ударился головой о старые детские качели, пока в его лицо летели осколки стекла брошенной в костер бутылки, поднятые в воздух ударной волной. Большой кусок стекла остался прямо в его шее, другой — в области сердца. Врачи боролись за его жизнь еще два дня. Безуспешно.
В этот день после взрыва на детской площадке выжил только один из них — Виктор. Его не задел огонь. Однако осколки долетели и до него. До его глаз. Он мгновенно зажмурился, но это было бесполезно. Ударная волна отбросила его на спину. Он отключился.
Все прошло быстро. Словно за секунду. Виктор пытался открыть глаза. Вокруг оказались какие-то люди. Все его тело ломило от боли. Он не понимал, что происходит. Слышал голоса. Сирены. Чей-то крик. Чуть позже он пришел в себя, но у него так и не получилось открыть глаза. Он присел на кровати, подушечки его пальцев нащупали повязку на лице. Что это было? Он мгновенно задался вопросом. И все воспоминания вновь вернулись к нему. Он заплакал. Горячие слезы намочили бинт, которым была обмотана его голова. Через неделю врач сообщил ему страшное. Сказал, что глаза Виктора сильно повреждены, а от удара головой и сильного сотрясения есть вероятность, что он никогда больше не сможет видеть. И Виктор вдруг почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он начал падать. Он падал. И падал. В вечную тьму, в которой он живет до сих пор.
С момент злополучных событий прошло два года. И Виктор научился жить в вечной тьме. Он думал, что все пройдет. Надеялся на лучший исход событий. Надеялся. Молился. Однако его проклятье оставалось с ним. День ото дня. Вечная тьма. И все, чего он хотел — закончить этот бесконечный круг, в котором все повторялось. Все его мечты были стерты в порошок, из которого жизнь сделала веселую хлопушку. Судьба посмеялась над ним, разбив его жизнь на мелкие осколки, впившиеся в его душу острыми когтями. Он забыл о всех своих старых увлечениях. О фотографии. Он больше не мог стать великим фотографом. И все эти годы казались ему потраченными впустую. Он бы мог жить дальше. Мог бы придумать себе новую мечту и новую цель, но Виктор решил сам для себя — это конец. Логичное завершение его короткой истории. Есть истории с хорошим концом, а есть — не очень. Не все истории должны заканчиваться хорошо.
С такими мыслями он проснулся 17 сентября, чтобы отправиться на последнюю прогулку в свой любимый с детства парк, где он когда-то наслаждался видом распускающихся цветов. Виктор встал с кровати и неуверенной походкой подошел к старому музыкальному проигрывателю — мама подарила его уже после того, как он потерял зрение. Музыка стала единственным, что хоть как-то облегчало существование в вечной темноте. Когда помещение заполняли мелодичные песни, казалось, будто мир становится светлее, на пару секунд разгоняя, как плотный туман, беспросветную тьму. Однако однажды и она кончалась, оставляя Виктора в темноте вновь. Два года Виктор коллекционировал старые пластинки. Блюз, рок, джаз, поп — ему было все равно, что слушать до тех пор, пока эти песни спасали его от страшных мыслей и неминуемого одиночества. И все же. Это была лишь иллюзия. Чтобы музыка никогда не кончалась, он и сам научился играть на гитаре. Это была старая черная рок-гитара, стоявшая всегда рядом с изголовьем его кровати.