Свадьбы и разводы (СИ)
Выползаю из «ПрофСвета», когда на город опускается ночь, вслух проговаривая моменты, которые могла упустить. Сверяемся с Верой, отметив завершение важных пунктов и ставя напоминание об остальных. И вот я еду в такси, прикрыв глаза и желая упасть на кровать, чтобы насладиться полноценным сном. Но моя радость меркнет в тот момент, когда около подъезда замечаю Даню с уже привычным букетом маргариток и понимаю, что не готова к перепалке, объяснениям и разговорам до утра, поэтому, подумав с минуту, называю таксисту другой адрес, не зная, примут ли меня там, куда я стремлюсь.
– Привет. Можно к тебе?
– Что-то случилось? – Марина непонимающе смотрит на меня, а затем отходит, пропуская в квартиру.
– Я ненадолго. Немножко посижу. Если, конечно, не стесню вас. – Прислушиваюсь, чтобы понять где мужчины подруги, которые обычно очень громкие.
– Меня, Лесь. Мальчики на даче. Уехали сегодня устанавливать бассейн, который бабушка купила. Завтра занимаюсь оформлением юбилея, в пятницу детский праздник, ну а в субботу нашумевшая во всех пабликах свадьба достопочтенного депутата. Поэтому на дачу попаду лишь в воскресенье. Может, успею поплавать в нашем искусственном водоёме.
И пока Марина щебечет, опускаюсь на стул и упираюсь затылком в стену, прикрыв глаза. Как хорошо, что Антона и Сашки нет дома. Здесь я могу отдышаться и собраться с мыслями, которые в последние дни разбегаются, словно овцы без присмотра пастуха.
– Что случилось? – подруга выставляет передо мной кружку с чаем и кексы в маленьких коробочках.
– Даня случился.
– А, видела это минное поле из маргариток!
– Почему минное?
– Потому что ступать нужно с осторожностью, иначе огромная ваза свалится на ногу, отдавив её. Но я тебе скажу – не самый изобретательный подкат к женщине, – подруга морщится, всем видом показывая отношение к попыткам Даниила вернуться.
– Он завалил меня сообщениями и звонками. Вчера говорили до полночи о нашей свадьбе, которая не состоялась. Знаешь, у меня складывается впечатление, что Даня меня не слышит. Я говорю об обиде и невозможности по щелчку забыть о сделанном, а он повторяет одно и то же: «Прости меня. Всё осознал. Больше такого не повторится».
– Конечно, не повторится, потому что свадьба не повторится. У тебя повторится, но не с ним.
– Мне кажется, он очень искренне говорил… – последние слова тонут в осуждающем взгляде Марины, которая даже перестаёт жевать, застыв с надкушенным кексом. – А ещё я устала быть одна, – складываю руки на столе и кладу голову, посматривая исподлобья на Марину.
– Знаешь правило: не ходи в магазин голодным, наберёшь всякой ненужной фигни? – Киваю, не желая издавать звуки. – Так вот, подобное применимо и к личной жизни: не вступай в отношения движимый чувством одиночества – наберёшь всякой фигни. Если проблема лишь в том, что иногда отсутствует крепкое плечо, на которое ты хотела бы положить голову, то вполне можно обойтись мимолётными отношениями. И кстати, в них множество плюсов: лёгкость, отсутствие претензий и секс, который, кстати, очень нужен. Да и плюсик самооценке не помешает, – Маринка подмигивает, уминая третий кекс и соблазняя меня на сладости.
– С Даней я была в отношениях пять лет, а затем произошло… то, что произошло. Мне сложно представить себя в объятиях другого мужчины. Я привыкла к одному.
– Самое время попробовать. И для этого как нельзя лучше подойдёт адвокат.
– К-кто? Ворон? Ты с ума сошла!
– Красивый мужчина, всегда свободный и не имеющий посягательств на твою личную жизнь. Даня почему-то в комнате после разрыва не закрылся, а уверенной походкой направился к Крыловой.
– Ты мне сейчас месть, что ли, предлагаешь?
– Фу, Лесь, какая месть? И кому собственно? Я предлагаю тебе поправить, съехавшую от переживаний самооценку и понять, что ты привлекательна и востребована. А то подумаешь-подумаешь и кинешься в объятия своему Дане за неимением лучшего, или за незнанием, что это лучшее существует.
– Нет, – отвожу взгляд к окну, – только не Ворон. Мне противна сама мысль, что он будет думать обо мне плохо.
– Он так на тебя смотрит, что самое «плохое» уже десять раз прокрутил в мыслях и повторил ещё столько же.
– Ч-чего?
– Ещё скажи, что в упор не видишь его заинтересованности собой? – кручу головой, удивляя Марину. – Лесь, серьёзно? Он же тебя при каждой встрече облизывает взглядом настолько демонстративно, что только слепой не заметит. А ты, походу, слепая… В общем, он идеальный вариант.
– Нет, Марин, он самый ужасный вариант. Не забывай, что его офис находится рядом. Да я со стыда сгорю, когда буду ловить на себе его взгляд, кричащий: «А говорила, нужны серьёзные отношения и любовь до гроба, а сама согласилась на единоразовую интрижку». Нет, это не для меня. Если уж и чинить себя любимую, вспоминая навыки флирта, только с кем-то, кого я не вижу каждый день.
– Ладно. В субботу свадьба Изотова. Уверена, там найдётся пара-тройка претендентов для лёгких отношений. Тебе давно мать говорит, что пора найти себе кого-нибудь.
– Она теперь говорит другое.
– Что именно?
Достаю телефон и включаю голосовое, присланное сегодня: «Лесенька, может, стоить простить Данечку? Он всегда нам с папой нравился. Оступился, ошибся, но осознал и признал вину. Цветов надарил, много слов важных сказал, переживает… Тебе двадцать восемь, сколько можно в девках ходить? Ты у меня девочка домашняя, скромная, тихая – мужчина нужен, а точнее, муж. Обязательно муж, иначе неприлично».
– И вот зачем я рассказала, что Даня пришёл с повинной? Мама развернулась на сто восемьдесят градусов и вот уже Даниил не «сволочь, сорвавшая свадьбу», а «он всегда нам с папой нравился».
– Ох уж мне эти люди старой закалки: замуж, дети и на всю жизнь. И обязательно терпи, а если не получается, терпи усерднее. А не получается терпеть, молчи и жди, когда жизнь сама выведет всё в нужное русло. Не понимаю я этого… Антон мой, сделай он неверный шаг, сразу направится в сторону выхода, – в подтверждении Маринка указывает в том сам направлении, куда, по её мнению, и должен быть отправлен каждый мужчина, совершивший ошибку. – А вообще, не слушай никого – сердце слушай, а лучше писк разума, рвущийся из-под неумирающего желания выйти замуж, и получить гордое звание «жена».
– Я слушаю.
– Ну да, я вижу. Цветочки принесли, «прости» сказали, и ты уже мчишься по ромашковому полю навстречу Данечке.
– Никуда не я не мчусь, – возражаю подруге, которая смотрит в упор, кажется, читая мои мысли. – Медленно ползу.
– В таком случае остановись, осмотрись и найди вариант лучше.
– Если ты намекаешь на адвоката, то я уже сказала – только не он!
– Боишься влюбиться? – Маринка подмигивает, подстёгивая оправдываться и убеждать саму себя, что Ворон мне совсем неинтересен.
– Боюсь проиграть тысячу долларов. Ты помнишь о нашем споре? Ты, кстати, тоже ставку сделала.
– Ой, забудь про спор. Он больше не имеет смысла. Хотя бы потому, что Ворон подкинул тебе такого клиента, как Изотов. Согласись, эта свадьба куда выгоднее для тебя, чем какие-то там Филатовы. И после этого намеренно делать гадости, надеясь, что он съедет, откровенное свинство. Я его соседству не рада, но и к этому можно привыкнуть. И вообще, заключи с ним договор.
– Какой, интересно?
– Обычный. Ты рекламируешь его своим клиентам по вопросу брачного договора. Не агрессивно, – выставляет ладонь, прерывая мою рвущуюся тираду. – Как предложение, намёк, что юридические вопросы, которые могут когда-либо возникнуть, можно решить одним документом. А он, в свою очередь, направляет свежеразведённых к тебе.
– Не все люди вступают в брак повторно.
– Большинство разводятся, чтобы вновь вляпаться в это го… счастье, – Маринка лыбится и усиленно кивает, направляя мои мысли в нужное русло.
– Ну не знаю… Сырая идея, я тебе скажу. Ворон никогда не согласится рекламировать брак. Он в него не верит. Да и человек, который пропагандирует свободу, не вызывает доверия в советах. Это выглядит, как «идите, господа, женитесь, а я тут подожду, пока вы решите развестись».