Недостойный сын (СИ)
— Ну…
— Дай сюда! — мать отстранилась от отца и, утерев слёзы, сама вытащила эспаду из его ножен. — Так… Девять! Ты что?! С ума сошёл?! Обычно не больше трёх!
— Да не хотел я лезть! Ночью стояли недалеко от берега, а эти сволочи подплыли на малых лодках и попытались мой флагман захватить. Там не командовать, за спины прячась, а рубиться со всеми надо было! Каждый человек на счету в таком деле! Вот и помахал железом немного!
— Девять зазубрин! — не сдавалась мать.
— Да хоть сто! Живой же! Видела бы ты пиратов! Вот, кого жалеть надо! Ни один не ушёл! Потом их базу накрыли и тут уж я, как приличный ренгафар, на мостике стоял!
— Ага… С «гвоздём» в ноге! Ты когда мне врать перестанешь?! Всегда одна и та же отговорка!
— Когда выговаривать прекратишь! Служба у меня такая!
— Никогда не прекращу! И… Ври на здоровье… — понизив голос, тепло сказала Литария. — Я даже, если хочешь, сделаю вид, что верю, только возвращайся всегда… Мой герой…
— Не сомневайся, Литочка. Пока ты меня любишь и ждёшь, ничего страшного со мной не случится. Я знаю это…
Потом отец повернулся к нам с сестрой и, приобняв маму, громко сказал:
— Дети! Посмотрите на эту женщину! Она не ваша мать и не моя жена! Она — богиня! И если вы унаследовали хоть малую часть её ума и большого сердца, то я уверен, что наш род не угаснет, становясь всё более могущественным и дружным!
— Подхалим! — довольно пискнула Литария. — И… Чувствую, что прямо сейчас тебе срочно нужна перевязка. Пойдём в спальню — там это сделаю. А отпразднуем потом!
— Я тоже помогу! — не осталась в стороне Сарния.
— Без нас справятся! — я почти силком выволок сестру из дома.
— Ты чего, Ликк? Вдвоём же сподручнее! Вдруг маме неудобно будет, а тут я рядом!
— При тебе и будет неудобно. Ты, смотрю, ничего не поняла.
— Теперь, точно, не поняла… Какое такое лечение, что помочь нельзя?
— Подумай на досуге или в книжках своих почитай — там про это много пишут.
— Ооой… — закрыв резко покрасневшие щёки руками, простонала она, догадавшись.
— Вот тебе и «ой»! Когда же ты повзрослеешь, балбеска?! Любовь близкого человека лучше любых лекарств!
Ужин, правда, уже поздней ночью всё-таки состоялся. Мы сидели за столом, отец рассказывал о походе. Интересно говорил! Но у него всё получалось так, будто бы и опасность была не опасность, и внезапный шторм сродни аттракциону. Короче, увеселительная прогулка, за которую ещё и медали с хорошими деньгами дают. Но в какой-то момент он замолчал, нахмурился и встал, налив себе до краёв.
— Давайте выпьем за тех, кто так и не смог сегодня прийти в родную гавань… Каждого помню… Дай им Даркан Вершитель хорошее посмертие! Все заслужили! До единого!
Мы тоже встали. Выпили. Мама, опустив свою чарку, спросила:
— Много погибло?
— Для меня даже один много… Не уберёг — ошибка командира. А они меня уберегли, грудью прикрывая.
— Если всех помнишь… Муж… Знаю, что пенсион родственникам канган приличный отмерит, но я хочу ещё и от себя лично всем. Они не должны ни в чём нуждаться. Иначе спать спокойно не смогу. Знаю, что и ты не сможешь.
— Мама? А можно я этим займусь? — предложила сестра.
— А ты не маловата для этого, доченька? — поинтересовался отец.
— Нет, в самый раз, — ответила Литария. — Пока ты был в море, Сарния повзрослела. Теперь у тебя здесь не детская, а настоящая армия, готовая в любой момент встать рядом. Пойми и прими это, Венцим.
— За семью! — провозгласил он тост. — За лучшую в мире семью!
Уже перед самым сном я вышел на улицу и увидел отца, одиноко стоящего на поляне перед домом и глядящего в небо. Подошёл. Постоял рядом…
— Очень тяжело пришлось?
— Да, Ликк, — со вздохом произнёс он. — В последнее время, что ни патрулирование, то настоящая война. Из тех, кто год назад служить пришёл, чуть больше половины осталось — неопытные и гибнут первыми. Женщинам не говори, но у меня такое чувство, что что-то нехорошее происходит. Словно петля вокруг Вертунга затягивается. Не только на Восточном побережье, но и на Западном постоянные стычки, будто пираты всего Большого моря вместе собрались. Докладываем нашему Советнику Силы, а он одно твердит: «Не паниковать! Держать границы и не допускать беспорядков на море!» Вот так…
— Думаешь, нападение будет?
— Не думаю — уверен. Уже идёт… Ладно! — хлопнул Венцим меня по плечу, очнувшись от мрачных мыслей. — Что-то я перебрал на радостях от встречи, и не туда занесло… Всё хорошо, сынок! Пойдём-ка спать!
36. Прогулки на природе
Полторы рундины сладкого забытья. Мы с Ирисией встречаемся почти каждый день. И пусть встречи наши вынужденные, но такие желанные для меня. Вначале, правда, дело шло туго.
Приехав к нам, эканганда вместе с моей семьёй отобедала, строя мне глазки на виду у слуг, а потом мы всей толпой переместились для приватного разговора в кабинет отца, которого Литария и я ввели в курс последних событий.
— Итак, Ладомолиусы, — отбросив в сторону вид невинной овечки, сразу приступила Ирисия к делу, — давайте забудем прошлые разногласия и, пусть на время, но объединимся. Расшаркиваться передо мной не надо — стерплю. Ведите себя так, будто бы в мыслях считаете меня чуть ли не вашей будущей родственницей, а между своими отношения простые. Я тоже, как ни прискорбно, буду с жаром изображать возлюбленную Ликкарта, которая желает помириться, но не знает как. Сегодня мы с этим выкормышем Хирга пойдём на прогулку…
— Обойдёшься, — спокойно возразила Литария, — сегодня гуляешь с Сарнией.
— В каком тоне Вы, ридганда, со мной разговариваете?! — возмутилась девушка.
— Сама же сказала, что «по-родственному», — с усмешкой ответила мать. — Ты, смотрю, девочка, уже начала, ну а я продолжила. Если не нравится, то смени тон. Эканганда — не канган и вести себя хозяйкой в моём доме не смеет. Не стоит уничижительно отзываться о моём сыне. В конце концов, я знаю изменившегося Ликка лучше тебя и не позволю оскорблять его.
— Мне всё равно изменился он или нет! Ваш род разъедает гниль! Прошлое не зачеркнуть!
— Не тебе говорить о прошлом. Хочешь, напомню об одной распутной девице, которая, презрев все приличия, доверие отца и свой долг перед троном, была застукана Тойбрелом Звейнициллом голой под мужиком? А если бы Эрина Милостивая дала тебе плод под сердцем? Что тогда? А я скажу что! Либо замуж за новоявленного, заделавшего ребёночка папашу-проходимца, который впоследствии станет править Вертунгом, либо тайно избавляться от плода, чтобы на тебя позарились другие высокородные женишки. Правда «достойные» варианты для эканганды? Вот и получается, что ты не лучше Ликкарта и такая же предательница. Только он успел предать лишь тебя, а ты всю страну.
— Вы ничего не понимаете! Я любила его!
— Так и пошла бы к папеньке, рассказала ему всё о своих чувствах к Ликку, попросила бы разрешения на встречи и принципиальное согласие на брак, если такое предложение последует. Кто мешал? Но вместо этого портовой девкой подставилась, — всё так же ровным, бесстрастным голосом продолжала отчитывать её Литария. — Ладно бы по тёмным углам целовались — дело молодое и редко мимо кого проходит, но тут… Это я сейчас высказываю мнение не только своё, но и половины Гратилии. Знатной половины Гратилии, если не дошло.
Я, отец и Сарния притихли с ошарашенным видом, слушая их перепалку. Не знаю, чего добивается матушка, но очень это не нравится. Я люблю Ирисию и не позволю так с ней обращаться у всех на виду… Но и маму люблю, находя в её отповеди зёрна истины! Получается, что за кого ни вступлюсь — везде плохо! Сейчас, как никогда отчётливо, понял жалобы своих друзей, которые жили в доме, где невестка враждовала со свекровью. Мрак! Тут либо хоть в барак съезжай, держа обеих дам на расстоянии друг от друга, либо, поджав хвост, разводись. Надо прекращать это безобразие в самом начале!
— Мама! Идея хорошая! Думаю, что не стоит долго рассиживаться. Сестра, покажи Ирисии наш пруд. А мы пока тут между собой потолкуем… Тоже «по-родственному»!