Десять тысяч стилей. Книга девятая (СИ)
Старик слегка кивнул и спросил:
– Откуда вы это знаете?
– Видел во время комы, – честно ответил Ливий.
Старик посмотрел на своего помощника.
– Это он? – удивленно спросил заместитель.
– Он, – кивнул Эмм-Хо. – Ливий.
Настоятель вновь смотрел на него.
– Мы знали, что вы придете в наш храм. Мой предшественник получил пророчество. Тот, кто придет в храм Эмм-Хо и расскажет о пустынных старцах-столпах, должен стать исключением. Прошлые предсказания старого Эмм-Хо сбывались. Настал черед и этого.
– Исключением?
– Мы будем обучать вас, Ливий. Иногда мы можем взять на духовную практику идущего из мира, но такой человек никогда не пройдет весь путь. Путь монаха – лишь для монахов. Для вас же, Ливий, будет сделано исключение. Если хотите того.
Заместитель кивнул. Видимо, он знал о тексте пророчества. А Ливий смотрел на старика с нескрываемым удивлением.
– Почему? – наконец, спросил Волк. – Из-за одного только пророчества?
– Каждое пророчество имеет за собой смысл, – ответил старик. – Раз вы видели пустынных старцев, значит, вы ближе к нам, монахам, чем вы думаете. Если бы дело происходило в старину, я бы нарек вас странствующим монахом. Поэтому дорога рано или поздно должна была привести вас сюда. Даже не будь здесь пророчества, вы бы не ушли отсюда с пустыми руками. Настоящий монах всюду способен найти связь с миром. А в таком месте, как плато Трех Истин, вы бы почерпнули многое для себя.
– И вы уверены, что я вас не обманываю? Вдруг я смог откуда-то узнать о пророчестве?
– Я вижу вашу личность, Ливий.
«Странно, желание должно сбыться, если я пройду по ступеням к храму Ммон. Спешишь, судьба», – усмехнулся про себя Волк.
Ему разрешали остаться здесь. Причем делали это из-за какого-то древнего пророчества. Эмм-Хо выглядел старым. Сколько ему на самом деле было лет, Ливий даже близко не представлял. Предшественник нынешнего настоятеля мог жить и два, и три столетия назад.
«Может, ловушка?», – подумал Волк. И отбросил такие мысли. Вряд ли монахи стали бы задерживать его в храме Эмм-Хо даже хитростью, не говоря уже про силу.
– Хорошо, – кивнул Ливий. – Спасибо за предоставленную возможность. Честно говоря, когда я только вошел в храм, то ощутил нечто…особенное. Будто пришел туда, куда нужно.
– Хорошее начало, – сказал настоятель. – С завтрашнего дня вы можете начать обучение в храме Эмм-Хо.
– А сегодня можно?
– Можно и сегодня. Хогрифф, поручаю это тебе.
– Слушаюсь, настоятель.
Но перед тем, как Ливий и Хогрифф вышли, Эмм-Хо сказал:
– Последнее предсказание прошлого настоятеля сбылось. Рад, что ваш путь привел вас сюда, Ливий.
– Я тоже этому рад. Судьба любит вставлять мне палки в колеса, – поклонился на прощание Волк.
Выйдя из молельни, Ливий сразу же услышал голоса монахов. Заместитель настоятеля вывел его из главного зала и повел в трехэтажное здание у противоположной входу стены.
«Скорее всего, там живут послушники храма», – подумал Ливий.
– Случай беспрецедентный. Такого никогда не бывало, – сказал заместитель.
– Понимаю, – кивнул Ливий. – Мне голову брить надо?
Хогрифф остановился. Вопрос был простым, но при этом он заставил задуматься заместителя настоятеля.
– Обычно надо. В вашем случае…Даже не знаю. Можете и не брить, но лучше сделать это.
– Чтобы не выделяться?
– Вроде того, – кивнул Хогрифф.
Ливий и сам подумывал побриться налысо, даже если ему разрешат этого не делать. Ему предстояло жить с монахами и учиться с монахами. И пусть Ливий не был готов встать на этот путь, ему разрешили пройти полное обучение – от начала и до конца. А значит, Волк был готов следовать всем правилам. Кроме тех, которые запрещают возвращаться в Централ.
«Есть еще кое-что», – подумал Ливий.
– А что насчет молитв? Я – идущий. Пусть я и хочу здесь обучаться, не думаю, что смогу искренне молиться миру, – сказал он.
Хогрифф кивнул.
– Понимаю. Может показаться, что у монахов есть такая обязанность, но это не так. Все, кто приходят сюда – молятся по своему желанию. Если вы не захотите молиться – это ваше право. Но вы будете обязаны выучить все молитвы и прочитать все священные тексты, если хотите идти по пути монаха.
– Отлично, с этим никаких проблем не будет.
– Ваши вещи можете оставить здесь, – сказал заместитель, когда вошел вместе с Ливием на первый этаж здания. Уже немолодой монах-смотрящий поклонился Хогриффу.
Рюкзак и прочие вещи попали в руки смотрящего. Ливий читал об этом: один из опытных монахов становится главным в здании для проживания. Он ведает порядком и выдает вещи. Он же и хранит что-то, если есть такая надобность.
Пришлось отдать все, даже одежду. Взамен Ливию выдали два монашеских халата, сандалии, целый набор разных бытовых принадлежностей и даже бритву для волос.
«Ну и зачем она мне?», – подумал Волк.
– Здесь есть небольшая комната. Вы будете жить отдельно, – сказал Хогрифф.
– А как же «не выделяться»? – удивился Ливий.
– Вы слишком сильны для этого, – улыбнулся заместитель настоятеля.
Глава 23. Желание молиться
– В какой-то мере даже уютно, – сказал Ливий, когда остался в своей новой комнате один.
Здесь стояли кровать и тумба. Собственно, почти все место и занимала эта простая, даже грубоватая мебель. Если бы кто-то захотел поставить в комнату, например, стол, то у него ничего бы не вышло. Ее специально сделали такой: тесной и аскетичной. Монаху не положено, да и отвлекать ничего не будет.
– Пора вновь менять образ.
Монаху надлежит быть лысым. И безбородым. Только те монахи, что поднялись по местной карьерно-духовной лестнице, могут носить бороду, так что хорошего монаха видно издалека.
Ливию выдали бритву, но она не пригодилась. Проведя рукой по голове, Волк оставил себя без волос. С бородой он поступил так же.
Зеркала в комнате не было, но и без него Ливий отлично понимал, как сейчас выглядит.
– Прямо монах.
Хогрифф, заместитель настоятеля, дожидался Ливия у входа в общежитие.
– Готовы начать обучение?
– Раз уже и голову побрил – точно готов, – улыбнулся Волк.
– Что ж, – улыбнулся в ответ Хогрифф. – Чтобы пройти по пути монаха, любой послушник должен посетить все храмы Трех Истин. Здесь, в храме Эмм-Хо, послушник должен прочитать священные тексты и выучить молитвы, освоить Мантру Сердца и обучиться монашеским техникам. На это может уйти немало лет.
Ливий кивнул.
– У меня хорошая память. И я уже освоил Мантру Сердца. Да и Мантру Разума с Мантрой Духа – тоже.
– Ого. Немногие идущие Централа изучают Мантры, – кивнул Хогрифф. – Что насчет Закалки Трехсот Монахов?
– Ее я не знаю, – покачал головой Ливий.
– Понятно. Тренировки на сегодня завершены, вы пришли довольно поздно. Можете начать с изучения молитв и священных текстов, послушник.
– Хорошо, заместитель настоятеля, – поклонился Ливий, обхватив ладонью кулак. – Куда мне идти?
Для изучения молитв в храме построили отдельное здание. Оно было совсем маленьким, внутри могли поместиться лишь пять человек, чтобы читать и изучать старинные свитки. Называлось это место Хранилищем Свитков. И такое, само собой, было в каждом храме Трех Истин.
– Никого нет. Из-за молитвы, видимо. Да и ночь скоро наступит.
Ливия это полностью устраивало. Книжные полки окружали деревянный пятиугольник пола, где и надлежало читать свитки.
– Хорошо, что здесь никого нет. На скорость чтения я никогда не жаловался. Приступим.
Ливий уселся в самом центре пятиугольника, окружив себя свитками. И зарылся в них, как имперский ученый, для которого книги – превыше всего.
Молитвы моментально откладывались в памяти, как и любая другая информация. С каждым новым часом Ливий все больше узнавал про историю храма Эмм-Хо, про само устройство монашеской жизни, и о том, какие запреты должен соблюдать монах.