Город опаленных крыльев

Свернув направо, она нырнула в длинный коридор, в конце которого увидела Луана. Мэй резко остановилась и, прищурив глаза, стала наблюдать за тем, как он возится с картиной, достающей до самого пола. Несколько секунд спустя картина откинулась в сторону, и Луан исчез за ней. Наморщив лоб, она смотрела на открывшееся в стене отверстие. Оно вело не в потайной ход, а в кладовку. В этом она была совершенно уверена.
Она осторожно приблизилась и, услышав изнутри грохот, заглянула в кладовку. Луан стоял на коленях на полу и шарил руками по полке, на которой стояло множество бутылок с мылом и чистящим средством.
– Что ты тут делаешь? – спросила Мэй.
Даже не вздрогнув, он отодвинул сосуды в сторону.
– Ищу кое-что. Буду благодарен, если ты закроешь за собой дверь.
Мэй окинула взглядом ведра и половые тряпки.
– Что же ты надеешься здесь найти?
– Это я тебе скажу, когда ты наконец закроешь дверь.
Поколебавшись с мгновение, она осмотрелась по сторонам и, в конце концов, сложив крылья, войти в помещение. Ухватившись за кожаную петлю, она потянула картину на себе и тут же очутилась в полной темноте. Даже слабое мерцание символа владыки на лбу у Луана не удавалось пробиться сквозь черноту.
– Тайник с последним ключом мне недавно показала руна с видением, – объяснил он.
Она наморщила лоб:
– Это еще что такое?
– Символ, похожий на мою руну владыки, который и показывает мне видения.
– И ты их находишь в чуланах? – скептически спросила Мэй. По ее мнению, это все звучало довольно абсурдно.
– Нет. Последнюю я нашел в одном коридоре.
– Ну, это совсем другое дело. – Мэй не смогла удержаться от сарказма. – Ты нашел еще одну? – Она порылась в памяти, но не смогла припомнить, чтобы Орас когда-либо говорил ей о чем-то подобном.
– Я не уверен. Но что-то светилось за картиной.
Она услышала, как он передвинул что-то еще и внезапно издал торжествующий звук.
– Что там?
– Пламенная руна.
Похоже, она была видима только для него, поскольку, сколько Мэй ни напрягалась, она не смогла ничего разглядеть в темноте.
– Сработало?
Ее охватило нетерпение. Если видения действительно могут поведать ему о тайниках с ключами, они бы тотчас продвинулись еще на шаг и…
– На этот раз что-то другое. – В его голосе сквозило разочарование.
– Ну да, это было бы слишком просто. – Мэй опустила плечи, но любопытство ее росло. – Что ты увидел?
– Элидор на гребне горного хребта, – ответил он. – Гигантское гнездо на вершине Облачной башни. Дождь льет как из ведра, стволы деревьев наполовину под водой. – Луан сделал паузу. – И Солнечный Орел, весь покрытый глубокими ранами.
Мэй ловила каждое его слово.
– Думаешь, это воспоминание?
– Да. Я как будто смотрю глазами кого-то другого.
Мэй подергала себя за ухо.
– Итак, этот некто наверняка жил во времена Солнечного Орла, – размышляла она. – Только возникает вопрос, почему ты получаешь эти видения?
– Первое было подсказкой, – ответил Луан.
Зашуршала ткань, и она почувствовала движение в темноте. Он встал, при этом коснувшись ее руки. Она внезапно осознала, насколько тесным было помещение.
– Давай продолжим разговор снаружи, – быстро сказала Мэй и приоткрыла портрет на узенькую щелку: нескольких придворных дам, болтая, заворачивали в коридор.
Луан попытался протиснуться мимо нее, и ее пульс участился. Мэй поспешно положила руку ему на грудь и оттеснила его назад. Она ни в коем случае не хотела, чтобы кто-то увидел, как она вылезает из чулана. Вместе с королем.
– Как это понять, принцесса? – удивленно прошептал он, и его дыхание коснулось ее лица.
– Там… Там снаружи кто-то есть, – пролепетала она, ощущая его сильное тело под своими пальцами. Стук его сердца. Она сглотнула и поспешно отдернула руку.
– Ты не хочешь, чтобы пошли сплетни, – хрипло произнес он.
От звуков его голоса воздух вокруг нее завибрировал, а в животе возникло порхающее чувство. Взмахи крохотных крылышек невозможно было подавить, и их ритм неуклонно ускорялся.
– Именно, – прошептала Мэй и вслушалась в темноту. Бесконечные секунды, в течение которых он ни на миллиметр не отступил назад.
 
Казалось, прошло целая вечность, прежде чем голоса наконец затихли, и она осмелилась снова выглянуть из-за картины. Мэй выскользнула в опустевший коридор и наскоро придумала отговорку, чтобы как можно скорее исчезнуть.
Луан
Целая неделя прошла с того вечера, как он нашел руну с видением, и с тех пор Луан, к своему недовольству, не нашел больше ни одной. Он совершенно не понимал ни откуда они появляются, ни почему исчезают после его прикосновения.
Мэй стояла рядом с ним на коньке крыши и, похоже, тоже пребывала в растерянности. Скрестив руки на груди, она наблюдала за элидорцами, которые выстроившись в цепочку, передавали друг другу материалы. Ее длинные волосы, как это часто бывало, были стянуты с висков назад и заплетены в косу, и ветер играл с темными прядями, выбившимися из косы.
Вдруг ему вспомнился тот день, когда она спасла Каэля. Он все еще не мог в поверить, что она это сделала. И не для какого-нибудь сыночка важного лорда, а для бескрылого, как и он сам, ради которого никто бы и палец о палец не ударил, не говоря уже о том, чтобы рисковать своей жизнью. Из-за этого самоотверженного поступка он и открыл ей правду об Орасе и о ключах. И пока что повода жалеть об этом не было, наоборот, его удивляло, как сильно она старается найти разгадку.
В сердце Луана закралось покалывающее тепло, и, как это часто бывало в последние дни, его мысли вернулись к произошедшему в кладовке. К тому моменту, когда она положила руку ему на грудь. А его внезапно охватило неизвестно откуда взявшееся желание прикоснуться к ней. Прижать ее к себе и поцеловать в темноте.
Луан сглотнул и оторвал от нее взгляд.
Посмотрел на Дакса и Бурю, которые беседовали неподалеку с несколькими помощниками. Строительные работы вдоль разлома шли быстро и гладко. Если так пойдет и дальше, уже совсем скоро будет отстроен первый дом.
Луан довольно хрустнул костяшками пальцев, предвкушая обед, который доставят для рабочих из «Пернатого жулика». Этот трактир был любимым местом Луана, и он жалел, что в последнее время так редко бывал там. Каждую свободную минуту, когда он не занимался правительственными делами, не тренировался и не руководил отстройкой города, он посвящал поискам следующей руны, в надежде, что новое видение окажется полезнее предыдущего.
Внезапно раздался низкий звон, громко разнесшийся по Тарросу, и у Луана на мгновенье замерло сердце, а потом забилось с безумной скоростью.
Мэй метнула на него подозрительный взгляд.
– Я ничего об этом не знаю.
Он поднял руки в знак своей непричастности. Он добился больших успехов, но совсем не чувствовал себя готовым к противостоянию с жар-светом. Он прекрасно осознавал, как много жизней зависят от него. От его уровня знаний. Его умения обращаться с магией. Его охватил такой ужас, что невозможно было вздохнуть.
Мэй побледнела. Она выглядела так, будто ее сейчас стошнит. В глазах вспыхнул страх. Секунды три они в ужасе таращились друг на друга, будучи не в состоянии что-либо сказать. Затем она сделала глубокий вдох, затем медленно выпустила воздух, и на ее лице появилось сосредоточенное выражение.
Она оттолкнулась, расправила крылья и в прыжке взмыла вверх.
Дом, на крыше которого находился Луан, был таким низким, что он не мог разглядеть отсюда ни жар-свет, ни подозрительное свечение, видел только соседнюю улицу. Не теряя не минуты, он пустила в путь, перепрыгивая с крыши на крышу.
Рабочие, побросав инструменты и строительные материалы, бросились врассыпную. Тарросцы спешно покидали свои дома и поднимались в воздух, чтобы незамедлительно направиться к месту сбора. Эвакуация выглядела не такой отработанной, как в других частях города, но, в отличие от прошлого раза, шла куда более организованно. Луан не только позаботился о том, чтобы в колоколе установили новый язык, но еще и велел раздавать листовки и повесить в многолюдных местах плакаты с правилами поведения, чтобы каждый знал, как себя вести в чрезвычайной ситуации.