Кровавые тени войны (СИ)
- Двенадцать... одиннадцать километров и стремительно приближаются, - указал шиноби в сторону множества источников чакры, - через несколько минут будут здесь.
- Давай, - махнул я очень серьезной Узумаки и пока она стремительно окутывалась покровом чакры биджу, заставив окружающих ниндзя отпрянуть от весьма неприятного ощущения, быстро распечатал покрытую узорами каменную платформу метр на метр и установив строго горизонтально, начал накачивать чакрой.
- Я готова! - оскалилась подруга, приобретя весьма устрашающие черты с тремя полностью выпущенными хвостами.
Не дожидаясь ответа, джинчурики прыгнула прямо в центр ярко светившейся печати.
Вшууу!
В тот же момент, ее стремительно выбросило вверх на большую высоту, пробивая зеленую массу крон соседних деревьев, что сплетались у нас над головой. Не теряя времени, я последовал за ней, но уже более привычным способом, за несколько секунд оказавшись на макушке самого высокого дерева в округе. Несмотря на такое положение, все, что я видел вокруг, это лес со всех сторон, но оказавшаяся на высоте почти четырехсот метров в воздухе, подруга должна была видеть все вокруг более чем хорошо - особенно за границей массы зелени, где сейчас двигался враг - как и иметь возможность прицелиться биджудамой.
Разбирая вместе возможные тактики в войне для джинчурики, мы выделили две основные проблемы при применении площадных атак: сложность прицеливания на дальние расстояния, особенно, если между тобой и противником имеются естественные препятствия и возможность прервать атаку на более близком. Собственно, лес, как место битвы выбран вовсе не случайно - помимо преимущества знакомой местности для коноховцев, Би не будет иметь возможности лупить прицельно главным калибром, просто не видя, где находятся свои и чужие бойцы. Мы же решили проблему немного оригинальным способом - частично скопировав метод старого коротышки Ооноки. Атака с воздуха разом решала все упомянутые проблемы, позволяя наносить превентивные удары на огромные расстояния за счет масштабности поражения биджудамой и обретения должного обзора. А наличие Хьюга под рукой, делает возможность первого удара всегда доступной, если враг не придумает контрмеры. После проработки теоретической части, оставалась только воплотить ее в жизнь, но так как техникой полета никто из нас двоих не владел и призывы точно не согласятся терпеть на себе выпустившего покров джинчурики, пришлось обратиться к фуин, как наиболее вероятному решению. Платформу для выброса сделать не составило труда, а вот над печатью уменьшения веса для Кушины пришлось потрудиться, поменяв направление действия одной тренировочной печати, как раз завязанной на гравитацию, спасибо Мито за большой выбор из библиотеки Узушиогакуре. Временная мера, но лучше, чем просто лететь вниз, пытаясь успеть долбануть по врагу.
Медленно опускаясь пылающей рыжей кляксой посреди безоблачного синего неба, Кушина сформировала перед собой едва заметный угольно-черный шар и спустя несколько мгновений, отправила его куда-то далеко, за границу моего поля зрения. Зато, я заметил огромную тушу восьмихвостого, с ревом возникшую над верхушками деревьев и вставшую на пути атаки, создавая перед собой щупальцами что-то вроде барьера. Грохнул взрыв, последствия которого я не мог оценить, но несколько сигнатур из стремительно рассредоточивавшегося отряда Кумогакуре погасли и земля чуть вздрогнула даже под облюбованным дубом, а Узумаки уже формировала следующую атаку, тем более теперь, когда появилась столь крупная цель. Естественно, биджу не желал просто стоять мишенью и судя по ощущениям чакры, формировал собственную атаку.
Запустили биджудамами они практически одновременно, но... Попробуйте попасть в точку на небе, которую даже усиленное зрение элитного шиноби еле различит на таком расстоянии или в огромную тушу в сотни раз больше человека, находящуюся перед тобой как на ладони. Естественно, восьмихвостый промазал, получив в морду мощнейшей атакой второй раз. После этого, действие антигравитационной печати закончилось и Кушина полетела вниз гораздо более стремительно, а Гьюки вдалеке исчез в пламени взрыва, хотя за миг до детонации, перед хвостатым зверем появилась чакра Райкаге. Очевидно, последний желал принять основной удар на себя. Но я и так был доволен -отряд почти в тысячу человек понес существенные потери, чакра Би здорово просела еще до начала боя, а старший Эй вынужден был вмешаться для уменьшения ущерба подчиненным и тоже потратился. Все это, еще до начала боя. Единственный минус - большая нагрузка на Кушину и необходимость хоть короткого, но отдыха.
Аккуратно поймав куноичи золотыми цепями, что с гримасой боли боролась с вырастающим четвертым хвостом - Кьюби старался пропихнуть как можно больше своей чакры, почувствовав столь существенные траты - я помог с подавлением и быстро сбежал с подругой на руках вниз.
- Как минимум сотня кумовцев из тысячного отряда мертва и джинчурики временно выведен из строя, - удовлетворенно объявил Изао, светя работающем на полную мощность додзюцу, впрочем, через мгновение посмурнев, - и Райкаге рванул в нашу сторону, оставив позади своих людей!
Я и сам это почувствовал, так что опустив запыхавшуюся Кушину на землю под присмотром клона, просто кивнул. Секунда колебания и в сторону полетел смятый свиток, сменившись небольшим облачком дыма от возникшего каге буншина. Молниеносными движениями я налепил на себя и двух копий весьма сложные фуин многоканальной циркуляции чакры с полезным радиусом в две сотни метров и постоянного действия, создавая своеобразную цепочку обмена от одного к другому. Еще мгновение привыкнуть к знакомому ощущению, и мы единым порывом складываем ручные печати.
- Конго Фуса: Гориате но Коучикубутсу (Адамантовые запечатывающие цепи: Конструкт голиафа).
Кивнув подчиненным, я рванул вперед, прямо на пылавшую чакру Райкаге, без слов занимая позицию ведущего в сформировавшейся команде. Мы трое уже знали примерную тактику во время будущей битвы, получив достаточный опыт от младшего Эя. Тут же нам будет противостоять всего лишь его более совершенный вариант, сильнее раза в полтора, если чувства сенсора не обманывают. Ничего опасного, ага. Учитывая эпичный слив Джирайи, перспектива схлестнуться с бойцом, которого может остановить только Сарутоби Хирузен в лучшей своей форме - тот еще гребанный монстр, между прочим, несмотря на возраст - пот выступал на лбу, а в животе поселился холодный комок волнения. Но, даже эти неприятные чувства меркли и отходили на второй план со слабенькими ручейками чакры, шедшими от каге буншинов, что практически объединяли нас в единое целое, благодаря идеальной схожести личности каждого, когда становилось непонятно, какая мысль принадлежала кому и полностью воспринималась своей. Конечно, имелись еще индивидуальные восприятия органов чувств, но отсекать нежелательное техникой Яманака получалось уже на уровне рефлексов, оставляя только слияние разумов. Можно сказать, я являлся живым воплощением учения Ниншу от Мудреца Шести Путей про понимание между людьми, вот только, по факту являясь одним человеком, мы пошли куда дальше желания Рикудо Сеннина
Подобная мысль заставила растянуть губы в улыбке и даже все ближе приближавшийся Райкаге не мог ее согнать. Мной завладело какое-то воодушевляющее настроение, несмотря на всю опасность сложившейся ситуации и потому, когда впереди начали сверкать проблески ослепительно яркой Райтон но Йорой, отлично заметной в утренней тени леса, я остановился на небольшой просеке, где деревьев оказалось меньше, поджидая противника.
Прорываясь сквозь растительность с грацией прущего вперед носорога и оставляя за собой заметную просеку, старший Эй тоже заметил меня и затормозил в двух десятках метров. Для бойцов эС-класса, такое расстояние вообще ни о чем.
- Райкаге. Вот уж кого не ожидал встретить сегодня, - прервал я установившуюся тишину, разглядывая легендарную фигуру Кумогакуре.
Здоровенный мужик в возрасте с начавшей седеть желтой бородой лопатой и повязанной на голове черной банданой, типичные для шиноби темные штаны с сандалиями и распахнутая жилетка такого же цвета на голом торсе, открывавшая взгляд на перекатывавшиеся под кожей канаты мышц. И ни единого атрибута правителя - передом мной стоял воин. От всей фигуры Третьего Каге Облака тянуло едва сдерживаемой мощью и опасностью, а слава одного из сильнейших ниндзя в элементальных странах не являлась пустой бравадой. Пусть я и читал доклады о столкновении данного индивида с Хирузеном, благо, своими глазами эпический махач видели многие, а Хьюга так вообще во многих деталях, недоступных обычному глазу, но бумага не может полностью передать впечатление от человека, как бы не старался автор. Сравнивая отца и сына, сразу становилось понятно, что младшенькому Эй имелось куда стремиться.