Кровавые тени войны (СИ)

Передав футляры Хьюга, я развернулся и не спеша последовал к терпеливо ожидавшим подчиненным. В этот раз, миссия получилась удивительно мирной, но едва ли так будет везти каждый раз.
 Глава 54. 
- Брат Ишигава, настоятель зовет к себе, - разнесся тихий шепот по небольшой келье, единственной мебелью которой являлась низенькая каменная кровать, застеленная соломенным матрасом и простыней.
На этой самой кровати застыл в позе для медитаций очень высокий и массивный монах в традиционных темно-синих одеждах с грубыми, но правильными чертами лица.
- Брат Ишигава, - проскользнувший в келью послушник лет восьми, точно так же выбритый наголо, аккуратно потряс мужчину за плечо, заранее состроив сожалеющее выражение лица.
Медитация считалась одной из основополагающих тренировок по укреплению духа и очищению от земных страстей на дороге самосовершенствования, поэтому отвлекать пребывающего в подобном состоянии считалось весьма грубым поступком.
- Да, Киташиро-кун? - открыл глаза канпеки нингё.
- Настоятель храма зовет к себе, он в зале водопадов, - сложив ладони вместе перед собой, вежливо поклонился мальчишка.
Едва слышно вздохнув, монах кивнул и плавным движением встал с кровати, словно не он провел почти десяток часов совершенно неподвижно. Убедившись, что возложенная на него миссия выполнена, послушник неслышно выскользнул из кельи и умчался дальше по коридору, сверкая босыми ногами. Пара быстрых ката, чтобы немного размяться и Ишигава двинулся в сторону главного строения Великого Храма Воды, покинув кельи для рядовых монахов. Живя столько лет в этом величественном комплексе, он мог мог ориентироваться здесь с закрытыми глазами, но до сих пор восхищался монументальным комплексом из камня, возвышавшемся над головой на десятки метров вверх. И это в стране воды, где скал очень мало, а достойных пользователей дотона не найти днем с огнем.
Неспешно переставляя босые ноги по каменным плитам, уложенным по всей обширной территории храма и отвечая на приветствия оказавшихся рядом послушников и монахов, клон отдавал себе отчет, что в большей степени уже стал монахом, нежели шиноби, каким впервые пришел сюда. Да, Основа именно затем и направил его сюда, чтобы создать легенду и иметь своего человека влияния в такой хаотичной территории, как Страна Воды, где зачастую правит только сила, но постепенно, избранная маска приросла намертво и стала новым лицом. Ишигава не забывал о поставленной задаче, тем более, связь через печать проводилась раз в пару дней и воспоминания не только Рью, но и остальных идеальных марионеток позволяли остаться в курсе событий и приобрести весьма разносторонний опыт. А еще, они очень значительно отвлекали и тренировали волю - в храм принимали исключительно мужчин и нечего было даже и думать удовлетворить естественные потребности после получения особо пикантных воспоминаний. Может быть, именно благодаря этим испытаниям, у него получилось настолько хорошо продвинуться в медитативных техниках, опередив очень многих братьев, что воспитывались при храме с детского возраста, оказавшись на хорошем счету у настоятеля и старших монахов.
Удивительно, но если сперва неспешная уединенная жизнь тяготила его и хотелось бежать и что-то делать, из-за отголосков старой жизни Основы, с течением времени, пришло понимание и смирение, заставив пересмотреть свои взгляды на жизнь. И в отличие от других канпеки нингё, не слишком изменившихся с течением времени, Ишигава вырос в самостоятельного человека и уже почти не нуждался в подпитке от Рью, вырабатывая собственную инь-составляющую чакры. А не это ли свидетельство образования души? К сожалению, суетная жизнь снаружи оставляла остальным мало возможности последовать его примеру, несмотря на постоянное подчеркивание о крайней важность медитаций для повышения возможностей даже у шиноби, не ориентированных на духовные техники монахов. Сам он только встал на этот путь, но в отличие от значительных усилий Рью, с каждым месяцем, мастерство манипуляции чакры давалось Ишигаве намного легче и контроль рос заметными темпами. Пожалуй, нанесение сложных печатей простым касанием, используя для их создания только чакру, уже не казалось такой уж недостижимой мечтой.
 
Прищурившись на только начавшее всходить солнце, канпеки нингё добрался до главного входа в громаду храма и пройдя главный зал, открытый для посетителей, проскользнул в небольшие ворота в задней его части. Несколько других помещений и вот он оказался в зале, где журчали и гремели десятки искусственных водопадов, смешиваясь в своеобразную гипнотическую мелодию, удивительно облегчающую вход в состояние медитации. Впервые увидев подобное чудо архитектурной мысли, возможное исключительно с помощью фуиндзюцу, он пораженно застыл, испытывая благоговение перед строителями и ниндзя, добившихся подобного эффекта. Отличное свидетельство того, что пользователи чакры способные не только приспосабливать свои таланты для войны и всего с ней связанного, но создавать удивительную красоту.
Немного полюбовавшись необычным зрелищем, Ишигава проследовал по узким дорожкам между потоками воды туда, где ощущался весьма сильный источник чакры, не обращая внимание на водяную пыль, что оседала на одежде. Спустя пару минут, из-за очередной завесы воды, показалась фигура низенького старичка в простых одеждах и деревянным посохом в руке.
- Настоятель, вы хотели меня видеть? - подойдя поближе, обратился к монаху Ишигава.
- А, Ишигава-кун, я ожидал тебя, да, - повернулся к нему самый могущественный и старый человек в Великом Храме Воды, - у меня имеется весьма важная задача.
- Важная? - показательно вздернул бровь канпеки нингё - эффект медитации еще действовал и положенные выражения эмоций приходилось показывать "механически", - я являюсь не самым одаренным среди братьев, - констатировал он очевидный факт.
- Увы, Ишигава-кун, именно для этой задачи твой опыт жизни вне Храма наиболее ценен, - вздохнул старый монах и жестом пригласив следовать рядом с ним, неторопливо двинулся дальше по дорожке, - ситуация во внешнем мире продолжает накаляться и Мизу но Куни погрузилась в кровавый хаос гражданской войны, где умирают не только ниндзя, но и жертвы среди простых людей весьма значительны.
Клон кивнул, показывая осведомленность о слухах, что достигали даже стен храма.
- Дайме Страны Воды давно озабочен гражданской войной и наконец потерял терпение, прислав к нам гонца с просьбой о помощи в установлении мира на раздираемых конфликтом землях.
- Но Великий Храм Воды занимает нейтральную позицию, да и не обладает настолько большой силой, чтобы остановить целую деревню ниндзя от вырезания друг друга, - пробилось чувство удивления сквозь пелену спокойствия канпеки нингё.
- К сожалению, никто в этом мире не свободен, и мы вынуждены прислушиваться к пожеланиям дайме, на землях которого стоит храм, - вздохнув, старый монах на несколько мгновений замолчал, смотря на бегущую воду, но потом встрепенулся и продолжил, - к тому же, конфликт начинает влиять на простых жителей и междоусобица Киригакуре но Сато уже угрожает стабильности всей страны.
- Это коснётся всех, - пробормотал канпеки нингё.
Несмотря на то, что Великий Храм Воды самостоятельно выращивал и добывал еду морским промыслом для пропитания всех жителей, много вещей покупалось в ближайших деревнях и городах, вроде предметов гигиены, одежды, посуды и тому подобных вещей, необходимых даже аскетичным монахам.
- Верно, нам в любом случае придется вмешаться, - кивнул настоятель, - и от результатов твоей миссии зависит то, как мы это сделаем.
- Что от меня требуется? - не стал спорить Ишигава.
- Оценить, насколько критична ситуация в действительности, а не опираясь на одни лишь слухи, приносимые паломниками или слова Дайме, - в задумчивости потер гладкий подбородок настоятель и бросил острый взгляд на молодого спутника, - и оценить, каковы шансы Мизукаге подавить восстание кланов своими силами.