Кровавые тени войны (СИ)
- Где последний раз наткнулись на этих неизвестных? - спросил родственника.
- Вот здесь, - сдвинув с карты кучу документов и отчетов, старший Нара указал на точку недалеко от стыка северной границы Страны Огня со Страной Горячих Источников и Страной Рисовых Полей, - а примерно где-то здесь их повстречали в первый раз, - сместил он палец немного вверх и влево.
Расстояние не больше полутора-двух десятков километров, так что долго следы искать не придется, даже если жрецы успели оттуда убраться, а там разослать клонов, и кровожадные ублюдки никуда не денутся. Если только не сунутся на территорию Шима но Куни - тогда пусть с ними разбираются Кумогакуре с союзником.
- Кстати, это расположение наших новых постов и засад, - протянул мне родственник карту поменьше с характерными пометками.
Пара секунд я рассматривал ее, запоминая, после чего протянул обратно - никто такие вещи с собой не таскает, держа исключительно в голове.
- Если это все, тогда я выдвигаюсь, - кивнул дяде, вставая со стула и направляясь на выход.
- Рью, - остановил меня серьезный голос старшего Нара.
- Да? - бросил взгляд через плечо.
- Я понимаю, что ты уверен в собственной силе, но прошу - будь очень осторожен, ведь в этом мире существует множество странных кеккей генкаев и подлых ниндзюцу, что представляют опасность даже для самых сильных бойцов и об этом никогда не стоит забывать.
- Я знаю об этом, джи-сан, не волнуйся, - успокаивающе помахал рукой, - каге буншин для того и существует, чтобы посылать прощупать неизвестного врага, не подвергая себя излишней опасности.
А еще, знание из прошлой жизни обладает куда большей ценностью при опознании врагов, даже в этом временном отрезке.
Оставив последнее слово за собой, я покинул кабинет командующего и лавируя между спешащими по коридорам ниндзя, выбрался из штаба на улицу и остановился в раздумье. Конечно, имелось искушение не сразу торопиться выполнять новую миссию, а сперва пообщаться с Кушиной, ярко пылавшей источником даже среди тысяч окружающих ниндзя, найти Орочимару и обсудить будущие исследования, проверить Джираю, пусть я и не горел желанием выслушивать хвалебные оды Намиказе, но чем дольше была задержка, тем дальше могли свалить дзясянисты и тем дольше мне придется их разыскивать. Поэтому, тяжело вздохнув, я последовал к ближайшим воротам, твердо пообещав себе, что по возвращении выбью у Шенесу-джи-сана как минимум три выходных дня и хорошо отдохну, предавшись безудержному разврату и наконец пообщаюсь с коллегами.
Покинув главный лагерь и преодолев защитную полосу, я привычно перешел на верхние пути и развил предельную скорость, предварительно окутав себя тонким покровом чакры, чтобы не обращать внимание на насекомых и мелкие веточки. Пока в скрытности не имелось смысла и мое движение по лесу сопровождалось весьма заметным звуковым сопровождением, дождем сорванных листьев и всполошенной пернатой живностью. Когда мне на пути попалась небольшая речушка, почти глубокий ручей и даже не указанная на картах, но текшая как раз в нужном направлении, я двигался дальше уже по ней отработанным способом и еще быстрее. К сожалению, вытекая из леса на равнину, она резко сворачивала из-за нескольких холмов, но даже так, я выиграл как минимум час времени и до необходимого места оставалось не так далеко.
Уже к обеду я был около пересечения границ трех стран и принялся за поиск места бойни. А именно -швырнул себя с помощью клона высоко в воздух и медленно опускаясь под воздействием печатей, смог нормально оглядеться и почти сразу найти место недавней бойни где-то в паре километров от того места, где я находился. Не заметить большие пятна гари от применения мощных огненных ниндзюцу на фоне буйной растительности, как и разбросанные вокруг тела, было проблематично. Опустившись вниз, я сразу же бросился в ту сторону и спустя пару десятков секунд оказался на месте последнего сражения отряда Конохи.
Даже с первого взгляда можно было понять, что ниндзя столкнулись с чрезвычайно опасным противником - практически ни одного целого трупа не оказалось. Отрубленные руки, ноги, головы, вспоротые размашистыми и очень сильными ударами тела с вываленными внутренностями, пару несчастных чунинов вообще разрубили пополам. Запах здесь стоял совершенно невозможный, а тучи слетевшихся на пиршество мух только добавляли отвращения. Судя по отдельным ранам и положению некоторых трупов, не всем повезло умереть мгновенно и потерявших боеспособность листовиков пытали. Одну куноичи вообще распороли от паха до горла как какую-то курицу и это был еще самый простой и быстрый способ кончины, остальные… И словно больным ублюдкам, устроившим здесь бойню, этого оказалось мало - головы убитых оказались отдельно сложены в пирамиду, а лица застыли в выражении страданий и ужаса. За время прошлой войны, да и этой тоже, мне довелось повидать разные проявления человеческой жестокости, но здесь и сейчас, я с трудом удерживался от того, чтобы расстаться с завтраком. Не столько даже от состояния тел, сколько от самого понимания, через что пришлось пройти некоторым несчастным перед смертью - разделывали их еще живых пусть грубо, но с полным знанием дела, желая причинить максимально страданий. Иногда, образование ирьенина имеет свои серьезные минусы.
С трудом заставив себя сосредоточиться на деле, я очень быстро нашел следы трех пар ног, удалявшихся в сторону Ю но Куни - твари даже не пытались скрываться. Еще раз более внимательно осмотрев нанесенные раны, я пришел к выводу, что орудовали чем-то вроде боевых кос и тяжелым прямым мечом. Первыми мало кто пользуется даже среди сил Кумогакуре и Киригакуре, традиционно предпочитающих не стандартное для ниндзя холодное оружие и опознать владельцев не составит труда.
Прежде чем пуститься в погоню, я нитями чакры сложил все останки в общую могилу и огненным ниндзюцу сжег до тла - тащить такое в деревню для нормального захоронения просто нельзя - а затем заровнял, оставив только небольшой могильный камень с короткой эпитафией. Можно было бы уходить, пробыв здесь несколько минут испытывал колебания, ощущая нечто странное - словно в месте кровавых убийство есть какая-мерзкая аура. Мое наблюдение подтверждалось и тем, что несмотря на наличие собравшихся на пиршество насекомых, в окрестностях не имелось ни одной вороны, хотя на обычных полях сражений это непременные гости, как и остальные любители мертвечинки. Правда, что с этим делать, оставалось непонятным.
- Если не знаешь сам, то стоит спросить специалиста, - пробормотал я, активируя печать на животе и отправляя короткое сообщение конкретному канпеки нингё.
Вроде бы, чем-то таким занимались монахи и в большей степени жрецы. Признаться, в получаемых воспоминаниях я обращал пристальное внимание только на медитации, остальное зачищая как ненужное, но сейчас очевидно, что подобный подход оказался ошибочным. Хотя эпопея с демоном ясно показала, что мир одними шиноби не ограничивается и в укромных безлюдных уголках может скрываться разная хрень, плохо стыкующаяся со здравым смыслом даже шиноби. В конце концов, наличие Шинигами неоспоримо, а вот здесь жрецы Дзясина нарисовались. В Кейши имеется большой храм, посвящённый нескольким богам, да и небольшие алтари духам места я видел в Конохе и других городах не раз, просто раньше не придавая значения и считая блажью гражданских. Изрядный недочет с моей стороны.
Спустя пару минут пришел ответ от Ишигавы, приправленный весьма раздраженными эмоциями, но будем объективны - весьма заслуженно. Тем не менее, хорошенько прошерстив пришедшие воспоминания и на этот раз не став ничего зачищать, я нашел то, что нужно. Ритуал ограничения места, где в мучениях умерло много людей, были проведены мерзкие ритуалы или призыв разных сущностей, отторгаемых миром. В моем случае, первое и второе совмещено. А вообще, кто бы думал, что после каждой большой войны, монахи и жрецы подчищают за ниндзя, дабы количество порожденных ненавистью и смертью мстительных духов оказалось как можно меньше и не затрагивало обычных людей. Странствующие монахи не просто так покидают свои храмы, людей повидать, себя показать.