Князь Гиперборейский (СИ)

Никита, конечно же, не был херувимом или ангелом с белоснежными крыльями. Он применял для наказания врагов отнюдь не голубиные методы мести. А учитывая, какие твари были в его подчинении, так и вовсе вызывал лютую ненависть папской инквизиции. Но Антону импонировал жизненный принцип молодого Хозяина: защищать своих верных друзей, помощников и слуг как самого себя, как своих красавиц-жен и деток. Разве Шубин поступил бы по-иному?
— Дружище, ты все сделал правильно, — понял его смятение Никита и поднял свой бокал, который едва пригубил за эти полчаса, когда начальник безопасности рассказывал о встрече с Батальей. — Расчет был на естественное поведение человека, приближенного к Главе Рода. Маг не почувствовал защиту, но зато утвердился в своем мнении, что вложил в твою голову нужную программу. Теперь он у нас на крючке. Только встречи завтра не будет. Так ему и скажешь. Дескать, хозяин уезжает на пару-тройку дней в Барское.
— В Барское? — удивился Шубин, не понимая, почему Никита изменил первоначальное решение.
— Именно туда, — кивнул молодой барон. — Завтра. Не переживай, Антон. Баталья очень обрадуется такому повороту дела.
— Но зачем?
— Чтобы собрать в одном месте всех охотников до моей шкуры, — нехорошо улыбнулся Никита. — Жаль, сам Боргезе не будет присутствовать на представлении. Но ничего, и его достанем.
— Кстати, наши парни отследили мага? — оживился Антон.
— Отследили, — кивнул волхв. — Но где скрывается комиссар Боргезе, тебе пока знать не следует. Я все же допускаю вариант, при котором Баталья сможет взломать твои защитные барьеры. А мне не хочется терять верного друга… Да, Антон, друга, а не Слугу. Комиссаром займется Олег с Денисом Мещериным. У Полозова огромный опыт по слежке опасных персон, а у Дениса есть команда, что снимает часть нагрузки с моих бойцов. Так что брать Боргезе, а если повезет — и Котеза, будем одновременно, чтобы не трепыхнулись.
— Чую, опасную игру затеваешь, Никита, — поежился Шубин. — Может, попросим помощи у императора? Все-таки ловить инквизиторов, шуршащих в чужом сарае, должны спецслужбы.
— Они пришли за мной и моей семьей, — посуровел Никита, и Антон замер, разглядев в его глазах чернильную темноту. — Я не буду прятаться за спину венценосного родственника. Есть у меня подозрение, что Александр Михайлович намеренно не вмешивается, чтобы моими руками зачистить Сектор Ориент. Хвосты подчистит, я даже не сомневаюсь. А вот верхушку отдаст мне на съедение. Меньшиковым выгодно исчезновение Ордо Маллеус, но и с папской резиденцией не разругаться.
— Никита, а что мне делать потом? — дрогнул голос Шубина. — Я боюсь, что дьявол в обличье Батальи сломает мою волю и успеет наделать бед моими руками.
Он машинально приложил ладонь к груди; там, под рубашкой вились вязи ведических рун, выведенных уверенной рукой молодого хозяина. Холодный огонь, леденивший кожу во время нанесения рун, ушел в глубину плоти, став защитным панцирем от всевозможных магических воздействий. Это состояние давало ощущение спокойствия и уверенности, что с ним ничего не случится. Единственная заноза, мешавшая полностью отдаться войне с Ордо Маллеус — молодая жена. Антон боялся за Алену, его угнетала мысль, что Никита где-то мог ошибиться. Покушение на Тамару и Дашу отчетливо показало дыры в абсолютно просчитываемых, казалось бы, ситуациях. Ан нет, выстроенная модель защиты показала сбой.
Шубин до сих пор корил себя в произошедшем. Он справедливо считал, что за такую ошибку Никита должен был наказать его… Может, это и есть наказание?
  
Глава 4
 
Окрестности села Барское, март 2016 года 
— Не извольте сомневаться, ваша милость, — пожилой мужчина в теплой душегрейке проявлял степенность в разговоре с Никитой; его волнение выдавало лишь частое топтание на месте. — Я кажну неделю на подворье езжу, проверяю как там дела. Сторожа на месте, не пьют, не буянят. Рубленый лес привозят на пилораму. Стройматериалы тоже пока в селе под надежным присмотром.
 
— Зачем же тогда сторожа на пустом подворье? — улыбнулся Никита. — Кого там охранять?
— А вот порядок должон быть! — тут же нахмурил брови мужчина, исполнявший роль старосты села Барское. — Раз там уже сруб стоит, гараж возвели и разные хозпостройки — значит, охрана положена! Людишки-то частенько шастают по лесу, пусть заранее знают, куда нельзя нос совать. А то ведь пожгут все, лихоимцы!
— Вижу, Козьма Егорович, вы свое дело знаете туго, — Никита выглядел довольным. — Через месяц сюда приедет бригада строителей с техникой. Чтобы не отрывать сельчан от своего хозяйства, побеспокойтесь заранее, кого можно задействовать при строительстве дома. Я хочу, чтобы к осени туда заехали жильцы. Работы предстоит много. И еще, вы же в курсе, что подворье оформлено как лесничество?
— И слава богам! — чуть не скинул шапку с торчащими вверх ушами староста. — Шалят ведь браконьеры! То лес строевой порубят на корню, то зверье отстреливают без лицензии! А чтобы эту лицензию получить, надо в Вологду ехать, десять чиновников пройти!
— Не переживайте, Козьма Егорович. Насчет лицензий вопрос решим. Есть предложение выписывать их напрямую через лесничество. Господин Васильев станет главным лесничим, можете с ним договариваться.
— И дело! — обрадовался Козьма Егорович, покосившись на красивую спутницу барона Назарова, молча стоявшую рядом с ним в длинной шубе и с кокетливым меховым беретом на голове, из-под которого на спину и плечи спадали черные волосы. Изредка она с любопытством поглядывала по сторонам, словно пыталась понять, зачем ее привезли в небольшое село с двумя десятками добротно срубленных домов, и нечаянно крепко прижималась к Назарову. — Давно пора на месте подобные вопросы решать!
— Кстати, вот дочь господина Васильева, Юлия Николаевна, — Никита кивнул на девушку, которая с укоризной покачала головой, как будто не хотела огласки. — Хочу показать ей будущее хозяйство.
— И дело! — снова повторил староста, уже по-другому глядя на городскую красотку. Житейская мудрость подсказывала мужчине, что не просто так барон сказал про родственные отношения будущего главного лесничего с этой девушкой. — Вы надолго? Не желаете ли у меня дома разместиться? Жена будет рада.
— Навряд ли. Мы хотели там заночевать, — огорошил старосту Никита.
— Ночевать? Да где же вы там расположитесь? — несказанно удивился Козьма Егорович. — Сторожка маленькая, а у вас десяток крепких сопровождающих…
Он с легкой опаской поглядел на молчаливых телохранителей, грамотно прикрывших своего господина со всех сторон. Чем, интересно, их кормят? Сырым мясом, что ли? Все широкоплечие, крепкие, гибкие как рыси, готовые в любой момент прыгнуть на того, кто приблизится к барону.
— Ничего, разместимся, — уверенно ответил Назаров. — Я давно обещал Юлии Николаевне показать красоты наших лесов. Боюсь, экскурсия затянется до темноты.
— Там есть что посмотреть! — староста обхватил рукой куцую бородку. — Леса богатые, в десяти километрах к востоку есть минеральные источники. Только туда на лыжах иттить надобно, на машинах не пробьетесь, даже на таких вездеходах.
Он уважительно поглядел на три мощных и высоких внедорожника, к которым мысленно приделал ковш для отвала снега. Тогда, пожалуй, можно и по бездорожью проскочить.
— А мы на лыжах и пойдем, да, Юлия Николаевна? — Назаров поглядел на девушку с затаенной хитрецой.
Боярышня усмехнулась и ответила, похлопывая оголенной ладонью по руке спутника:
— Давно мечтала, Никита Анатольевич. Давайте, не будем терять время и поедем поскорее!
— Только осторожнее, ваша милость! — вдруг всполошился Козьма Егорович. — Сейчас в лесах браконьеры пошаливают, пушнину берут. Совсем страх потеряли.
— Разберемся, — спокойно ответил Никита и кивнул своим бойцам, которые тут же разбежались по машинам. Однако один из них, огромный как горный валун на дороге, почтительно распахнул заднюю дверь среднего внедорожника и помог девушке залезть внутрь. Следом нырнул барон и уже оттуда сказал: — Осмотрю стройку и завтра подъеду, обсудим дальнейшие мероприятия.