Посох в руках, свирель за пазухой (СИ)
Когда странную находку закинули в клеть, за спиной Зарида возник человек в темном доспехе.
— Надеюсь, теперь нас ничто не задержит? — Змеиная улыбка заставила райяса вздрогнуть.
— До переправы пара дней пути. Думаю, больше задержек не будет, — ответил работорговец будничным голосом. А про себя подумал: «Пара дней, а потом я сам с удовольствием сверну тебе шею».
— Я на это рассчитываю, — труков сын смотрел в его глаза, не скрывая ехидной усмешки. — Надеюсь вы больше не будете отвлекаться на бедных сироток, желая их облагодетельствовать.
Он вернулся к своему подопечному. Зарид проводил его долгим взглядом: «Нет, дорогой, свернутая шея — слишком просто. В Кахкерские каменоломни всегда нужны люди. И платят за них хорошо».
Глава 3
Солнечный свет резанул по закрытым векам. Я перевернулась на бок, стараясь прикрыть глаза рукой. Тело трясло, словно прикорнула на допотопной стиральной машинке. Сознание лениво болталось внутри черепной коробки, не желая просыпаться. В нос ударило облако пыли. Сизые частицы проникли внутрь, оцарапав гортань. Я закашлялась и громко чихнула. Это развеяло туман в голове, приведя в норму. Приоткрыв глаза, я заметила под собой грубые деревянные доски. Затылок обдало горячим ветром.
Плохо понимая где нахожусь, я поднялась, попыталась сесть и тут же наткнулась на любопытный взгляд трех растрепанных девиц. Они чуть поддались вперед, грозя выронить грудь из декольте белых рубах. Кажется, такие одежки мелькали в учебниках истории и в гардеробах ролевиков.
— Кого отыгрываем? — поинтересовалась я, запуская пальцы в свою шевелюру.
Ответом были круглые, перепуганные глаза.
Пальцы наткнулись на две шишки — голова отозвалась болью. Это отрезвило и прочистило мозги окончательно. Я вспомнила все: дом, Валерку, брошенные слова: «Будь я проклята!», рогатого демона и мерзкого мальчишку. Да что ж за день-то такой!
Твою мать!
Ну здравствуй, новый мир!
Итак, я — в клетке.
Опираясь спиной на стальные прутья, я огляделась.
Над головой голубое небо, чистое и прозрачное, словно его не касались гиганты заводских труб. По нему, неторопливо проплывали рыхлые бледно-лиловые облака, из-за которых выглядывало ярко оранжевое, словно плод физалиса, солнце.
С одной стороны — степь. Ярко-зеленая трава прогибалась под ладонями горячего ветра, как ласковый котенок под рукой любимой хозяйки. Кое-где мелькали желтые и красные пятна цветочных полян, редкие деревья и темные валуны кустарников.
С другой стороны деревьев было больше, впрочем, как и кустов. Толстые коричневые стволы торчали из зарослей, росли между ними и чем дальше, тем сильнее сливались в сплошную стену цвета болотных сумерек.
А где-то там, за этой стеной стояли серо-синие пики гор.
Пастораль, да и только.
Нос улавливал пряный аромат луговых трав, пыльный запах разгоряченной земли, амбре давно немытых тел и смрад лошадиного пота.
Впереди, за моими соседками, с другой стороны решетки, на передке повозки виднелась широкая спина возницы, одетая в темно-зеленый жилет. Судя по мерной глухой поступи и мелькающим из-за его спины ушей, существо, которым он управлял, относился к типу «лошадь обыкновенная».
Решетка за спиной ходила ходуном. Колеса повозки, в которой меня везли, периодически подпрыгивали, вынуждая громко клацать зубами, отчего соседки настороженно косились в мою сторону. На новой выбоине моя голова дернулась так, что чуть не оторвалась. В ней мелькнула мысль: «Мир другой, а дороги не меняются». Не знаю, куда меня везут, но таким манером рискуют не довезти.
Идея закатить истерику отпадала сразу — шума много, толка ноль. Хотела найти людей? Радуйся, нашла! Только еще непонятно, кто кого нашел.
— Эй, — узкая ладонь коснулась моей руки, — пить хочешь?
Рядом, на коленях, сидела девушка. Она протянула полупустой бурдюк.
Особо пить не хотелось, скорее смыть пыль, осевшую в горле. Поэтому я сделала пару больших глотков. Вода была свежей и слегка солоноватой на вкус. Совсем немного, практически незаметно, но возможно, мне показалось. Что могут знать о вкусе воды дети водопровода и угольных фильтров?
— Я Эдда, — девушка опустилась рядом. — Там Рая и Ная.
Язык на котором она говорила был красивым, певучим и чужим. Но, к моему удивлению, я прекрасно все понимала.
— А как тебя зовут?
— Инна, — хрипло ответила я.
— Ты, главное, не бойся, Иина. Райясы хорошо обращаются со своим товаром. С тобой ничего не случится, если станешь их слушаться и не будешь злить.
Не злить — это хорошо. Вообще я неконфликтный человек, если вдруг обидят — тихонечко плюну на спину и спокойно пойду дальше.
«Знать бы еще кто такие райясы», — подумала я, разглядывая людей на коренастых лошадках, скачущих рядом. Внешним видом они чем-то напоминали восточных любителей Наташ. Слегка смугловатая кожа. Темный колкий взгляд из-под кустистых бровей. Одеты они были в серые халаты, подпоясанные кушаками. На поясе каждого кривая сабля, да торчащий из колчана лук. У седла витые кольца веревок — арканы, не иначе. Вид грозный, плевать на спину перехотелось.
— А кто они? — спросила я.
Вынужденная попутчица слегка удивленно объяснила мне, что райясы — охотники за людьми, специализируются на редком товаре, но, если честно, не брезгают никем.
Ага, значит работорговцы. Ну, вот почему из всех неприятностей я умудряюсь попасть в самые неприятные, будто у меня и так своих проблем мало. Ладно, разберемся. Пока больше меня интересовало, что собираются делать эти наглые бандитские рожи.
Куда везут? Может в гарем? Сюжеты романтической литературы заставили меня мечтательно улыбнуться. Я представила бархатные подушки, легкое журчание фонтанов и красавца-султана с виноградной гроздью в руках. А вокруг полуобнаженные накаченные торсы рабов. Заманчивое предложение. Вдруг из чалмы воображаемого султана выросли два черных рога. «Верни забытого бога!» — покрасневший султан помахал перед лицом когтистым пальцем. Вот даже помечтать не дают! И в мыслях достали. Красавец-султан улетел сдувшимся шариком. Не больно и хотелось, у меня другие планы: найти бога-потеряшку и вернуться домой.
Хотя, где-то здесь должен ошиваться мелкий пацан, к которому у меня есть пара претензий.
О, вот и он! Скачет рядом на лошади, улыбается, гад.
Я улыбнулась в ответ, показала этой мелочи язык и отвернулась. Но успела заметить, как удивленно вытянулось его лицо. Доберусь я еще до тебя. Потом. Если получится.
— Зарид-агам, какая-то она чудная, сидит улыбается, — голос мальчишки раздался за спиной. Я напряглась, подавив желание оглянуться.
— Странно, может, ты пришиб ее сильно? — ответил другой голос, постарше. — Вдруг головой тронулась. На первом же привале пусть ее Габбам посмотрит. Надеюсь не придется за бесценок отдавать, хотя тело крепкое, работу подобрать можно.
Речь райясов была другой, более резкой, звучание напоминало звук булькающего чайника. Но и ее я понимала хорошо.
Кажется, прежде чем отправить меня в пешее путешествие, красномордый туроператор, предоставил один небольшой бонус: я спокойно понимала любую речь. Ну, хоть с языками мучиться не придется. Смогу переводчиком на хлеб зарабатывать.
А это мысль. Как-то до этого момента я не особо задумывалась о том, что буду делать. Не зная мира, его законов, выжить довольно трудно. Слиться с толпой все равно не получится, как не старайся. Кто-то заметит странные привычки, кто-то — манеру говорить.
Но есть один способ спрятаться — быть на видном месте. Ведь всегда были те, кому прощалось любое чудачество, и тем не менее на них не обращали внимание. Сказители, барды, кобзари, одним словом — сказочники.
Так почему бы не назваться трубадурочкой? Хорошое описание двух моих нынешних состояний в одном флаконе.
Вот уже третий день мы плелись по пыльной дороге. Окружающий пейзаж не отличается разнообразием: трава да лес. Ни проходящих повозок, ни людских поселений. Да и сама дорога выглядит так, словно ей давно не пользовались.