Измена бизнесмена. Послать или переспать? (СИ)

В переходе было шумно, да и людей собралось прилично. Я ускорила шаг, почти переходя на бег, пока охранники не спустились прочесать метро. За поворотом кто-то задушевно наигрывал под гитару Сплин.
— Нужно вписать в чью-то тетрадь, кровью, как в метрополитене:
«Выхода нет, выхода нет»!
Да этот уличный музыкант издевается что ли? Такие песни сейчас петь?! У меня тут погоня, а он про выхода нет!
Я завернула за угол, понимая, что сейчас меня настигнут товарищи — преследователи и шансов на спасение оставалось все меньше.
Вот уж и местный гитарист со своим «Выхода нет». Я бросила на него короткий взгляд и похолодела. Да ведь это же Олег! Тот самый водитель, в кровати которого я проснулась сегодня утром.
Будь я адекватной девушкой, в такой ситуации, пробежала бы мимо, пытаясь скрыться от секьюрити уже в самих вагонах поездов. Хотя, о чем это я? Какая я адекватная?
Именно поэтому у меня и сейчас возник новый безумный план.
Я смело ринулась к Олегу. Да так прытко, что тот даже не успел понять, что девушка из толпы направляется именно к нему. Прошло всего несколько секунд, а я уже стояла около гитариста, слушая, как незатейливо он наигрывает знакомую мелодию.
Под ногами лежал футляр от гитары. Предназначался он, разумеется, для мелочи, однако я нашла ему более выгодное применение. Сняла с плеча свою спортивную сумку, наклонилась к футляру и принялась запихивать свои вещи в чехол для гитары.
Гитарист тут же прекратил игру.
— Что вы делаете, девушка? — ошарашено спросил он, пока еще не успел рассмотреть меня.
А потом я просто подняла на него глаза.
— Неужели опять ты? — переспросил, Олег теперь еще более удивленно.
— В смысле опять? Мы не так часто видимся, — иронично ответила я, но по взгляду Олега поняла, что ему не до шуток, потому поспешила исправиться.
— Я все объясню, — нервно попыталась отговориться я, закрывая футляр крышки, чтобы скрыть следы присутствия спортивной сумки поблизости.
— Да уж, пожалуйста. И за одно можешь объяснить причину ограбления и своего внезапного побега утром. А теперь еще и возвращения, и…
Я приблизилась к Олегу, заставив его замолчать. В тот момент меня волновала только охрана за спиной. Шум раций и знакомые мужские голоса раздавались едва ли не прямо позади. Надо было что-то делать. Вещи я спрятала, но как спрятать лицо?
— Олег, помоги мне, пожалуйста.
— Что происходит, Доминика?
— За мной гоняться, — едва заметно я покосилась в сторону охранника, что стоял буквально в паре метров от нас, — это все связано с Марком.
Мужчина с опаской посмотрел на пару охранников, что вальяжно прохаживались по переходу, всматриваясь в лица прохожих.
— Не знаю, зачем я в это ввязываюсь, — внезапно ответил Олег.
А затем я почувствовала, как его пальцы ловко зарылись в густую копну моих волос, стягивая с них резинку и распуская тугой хвост.
— Что ты делаешь? — уточнила я, чувствуя, как Олег взъерошил мои волосы.
— Помолчи, — жестко оборвал он мои вопросы. Его взгляд был строгим и почти холодным, но в нем определенно читалось что-то еще. Нечто более чувственное.
— Я не буду просить у тебя разрешения, — сказал он властно.
— Разрешения на что?
— Вот на это.
Быстрым рывком Олег притянул меня к себе, а затем с жаром впился в мои губы.
  
Глава 6 Каждый зарабатывает, как может
 
(Олег)
Когда утром я открыл глаза, то, на удивление, гораздо меньше испугался окружающему антуражу, чем отсутствию Доминики в моей постели.
От меня ещё никогда не сбегали девушки. Обычно сбегал я. Причем делал это настолько элегантно, что у большинства моих ночных подруг ещё оставались надежды на иные встречи.
Были, конечно, девушки, которые уходили сами, но они всегда были ласковы и милы, прощаясь со мной по утру. Эти дамы предпочитали оставить мне лишь сладкое воспоминание о себе.
Но ещё никогда девушка не уходила от меня обчистив борсетку в обмен на обручальное кольцо. Вот и как к такому относиться? Очевидно, я оказался для Доминики слишком прост. Придя в себя на утро после вчерашней ночи, она поняла, что не хочет быть с обычным водителем маршрутки и отправилась искать такого парня, каким был я. Ну… В прошлой жизни. До того, как решил поиграть в простофилю.
 
Нет, я ни в коем случае не злился. Я лишь ещё раз утвердился в своей теории: всех в этом мире прежде всего волнуют деньги. Так что я был даже немного рад, хотя бы по той причине, что эти самые деньги у меня были. И ту же Доминику, при желании, я легко мог бы заполучить за несколько купюр.
Мне больше нечего было делать в этой квартирке. Я быстро умылся, собрал вещи, которые Дрейк вчера успел завести в эту халупу, и направился в Хилтон, где меня ждали махровые халаты, мягкие тапочки и шампанское на завтрак.
* * *
Когда я заходил в фойе, публика косилась на меня очень недоброжелательно. Вы думаете миллиардер не может ходить в куртке гопника из 90-х? Ещё как может. Я тому доказательство.
Ответом на вопросительные взгляды постояльцев, стали взаимные пристальные взгляды. Лишь тогда гости отеля понимали, что неприлично глазеть на посторонних, стыдливо косились в пол, а затем начинали тихонько шептаться между собой.
Я подошёл на ресепшен, чтобы забрать свой ключ от номера, который, на всякий случай, я предпочел оставить в отеле.
— Будьте добры мой ключ, — обратился я к работнику, внимательно изучая антураж отеля. Казалось, я не был в приличном месте целую вечность.
Тут и оборудованный спорт-зал, и рестораны с любой кухней мира, и круглосуточный бар, в который я точно наведаюсь, если не найду невесту, и, конечно же, красивые девушки, что «случайно» пришли попить кофе в фойе дорого отеля.
Одна из таких красавиц прямо сейчас сидела недалеко от стойки ресепшн за своим столиком и с интересом поглядывала на меня. Я бесстыдно принялся рассматривать ее в ответ.
— А вы из какого номера? — голос хостес прервал наши гляделки.
Мужчина явно не спешил мне помогать и продолжал глазеть на меня также недоверчиво, как и большинство постояльцев в холле. Разве что незнакомка смотрела на меня весьма кокетливо.
— Президентский люкс, — бросил я, и снова перевел взгляд на девушку.
Неожиданно я услышал звучный хохот хостес.
Ошарашенно посмотрел на него, пока ещё не понимая, что стало причиной такого кошмарного неуважения. Однако стоило мне напороться на пренебрежительный взгляд мужчины, мне все стало ясно: он считает меня проходимцем.
— Мужчина, если вы тут не живёте, то прошу вас уйти, — произнёс хостес вежливо, но мое терпение медленно подходило к концу.
— Я ещё раз повторяю, будьте добры выдать мне ключ от президентского люкса, который я снял вчера утром.
— А я повторю вам свою просьбу: уходите, пока мы не вызвали охрану.
Тут уж проснулся Олег Богачев. Гнев смешался с отвращением, и пришла мой очередь смотреть на него, как на грязную челядь.
— А теперь слушай ты. Меня зовут Олег Богачев. Вчера утром, вон в том конференц-зале, — я указал на дверь в противоположном конце холла, — у меня состоялось замечательное знакомство с вашим управляющим, Евгением Михайловичем. Замечательный человек. Такой строгий, серьезный, а главное, очень не любит, когда его высокопоставленных гостей пытаются смешать с грязью. Как ты думаешь, что он с тобой сделает, если прямо сейчас я наберу вот по этому номеру?
Я залез рукой в борсетку, извлекая оттуда маленькую золотистую визитку и хлопнул ее на стойку перед носом хостес.
Мужчина аккуратно взял карточку в руки, покрутил, рассматривая со всех сторон, словно проверяя ее подлинность, а затем, вперив в меня взгляд, безэмоционально заявил:
— Звоните.
Моей ярости не было предела. Я только что выдал ему пламенную речь, назвал свое имя и фамилию, а этот урод ещё препирается. Да я разнесу этот отель к чертовой матери! Выкуплю его и распродам по кирпичикам.