Измена бизнесмена. Послать или переспать? (СИ)

Женщина подавила всхлип и отвернулась:
— Она не смогла выплыть.
Я сочувственно кивнула, не торопясь продолжать диалог. Пронзительная история едва ли не заставила прослезиться и меня, но тут я неожиданно вспомнила наш утренний диалог с Олегом. Все мгновенно встало на свои места и мне стало стыдно. Я была слишком эгоистична, чтобы связать его нежелание плавать с детской травмой.
— Мне так жаль.
— Я знаю милая. Потому не злись на него, если он ляпнет чего. Мать не успела научить его с женщинами общаться, а бабку свою, думаешь, он бы стал слушать?
Женщина горько вздохнула.
И в тот момент, я внезапно ощутила настоящую, искреннюю и будоражащую привязанность не только к Олегу, но и ко всему, что его окружало. Даже этот дом, внезапно, показался мне родным. Огонь на плите, запах варенья и свежей выпечки, аромат леса, что проникал в дом с ветром через открытое окно. Здесь все казалось мне знакомым, словно я прожила всю жизнь именно в этом старом, богом забытом месте.
Мои мысли прервал внезапный телефонный звонок.
Посмотрев на экран, я с досадой отметила, что это звонок от Лели. Несколько секунд я смотрела на экран, раздумывая стоит ли брать трубку, но тут услышала приказной тон Нины Викентьевны.
— Ну же, ответь, вдруг что важное!
Я неохотно сняла трубку.
— Я надеюсь, ты будешь завтра на своей предсвадебной вечеринке? — выпалила она, забыв даже поздороваться.
Мое сердце замерло. Неужели она уже завтра?!
— Не планировала, — ответила я холодно.
— Как? Ведь приедут все! От министра до юриста! Ты знаешь, сколько денег вложил в эту тусовку твой отчим?
— Надеюсь, очень много. Я бы с радостью посмотрела, как они бестолково расходуются.
— Хватит, Доминика. Я знаю, что Марк поступил, как козлина. Но вы же помирилась. И твоя мать сказала, позвонить тебе, чтобы…
— Так ты звонишь, потому что моя мать тебя просила? — гневно перебила ее я.
— Да, но я и сама хотела.
— Передай моей матери, что звонки от связных я больше не принимаю. И да, завтра можете меня не ждать.
Я яростно нажала на кнопку отмены вызова и чуть ли не запустила телефон о стену.
— Ты не очень рада своей матери, не правда ли?
— Да, она у меня, так сказать, довольно эгоистична.
— Полно. Быть может, она хочет, как лучше?
— Конечно она хочет, как лучше. Лучше для себя.
Не в силах больше сидеть на одном месте, я вскочила с лавки и с новой силой принялась за готовку.
Бабушка смотрела на меня с сожалением.
— Не повезло тебе, коли родители не думают о детях, эта самая страшная беда.
Я громко чихнула, словно подтверждая ее ответ.
— Я просто надеюсь, что никогда больше не увижу этих людей, — произнесла я и посмотрела на календарь.
Через два с половиной дня у меня должна была бы быть свадьба.
* * *
Ужин был готов к восьми часам вечера. Олег ещё не вернулся, и я решила отнести ему еду, не дожидаясь пока он сам притащится с поля.
До заката ещё было прилично, но вечерняя прохлада уже окутала лес и теперь приятно касалась каждой клеточки тела.
Я быстро помелькала меж высоких стволов сосен и вскоре вышла на поляну, где сидел Олег.
По наставлению Нины Викентьевны, он весь день потратил на покос травы, чтобы та могла сделать запасы на зиму для своей Буренки.
Когда я вышла на луг, трава была скошена и теперь равномерно лежала на земле.
— Я пришлю ей газонокосилку, а лучше, куплю новый дом, где-нибудь, где живут люди! — простонал Олег, сидя на траве.
Я опустилась рядом. Вид у него был уставший, словно он вот-вот собирался отключиться.
— Я принесла тебе то, что тебе сейчас больше всего нужно.
Достав из сумки бутылку воды и контейнер с едой, я, не проронив больше ни слова, протянула их Олегу.
— Ты моя героиня! — крикнул он, потянувшись за бутылкой.
Вот теперь мы сидели молча и задумчиво слушали тишину.
— Прости, что я отказался пойти с тобой на речку, — вдруг сказал мужчина.
— Ничего. Это твое право. Мне хорошо и здесь.
Я тотчас вспоминала историю его матери. Винить его за детские страхи было бы глубочайшей ошибкой.
 
— Я просто, — он на миг задумался, сделал глубокий вдох и продолжил: — моя мать погибла в воде. Я не могу заставить себя перебороть теперь этот страх.
Я склонила голову на плечо Олегу, и, практически уткнувшись в него носом, мягко произнесла:
— Мне очень жаль, что так случилось с твоей матерью. И если ты не хочешь плавать, мы не будем. Обещаю даже не подводить тебя к воде!
Теплая рука Олега легла на мои плечи. Его близость дарила мне ощущение спокойствия.
— Доминика, а знаешь, что? Я бы никогда не решился на это, если бы не ты!
— На что решился? — недоумевающие переспросила я.
— Попробовать победить свой страх! Ты уже была со мной на высоте, так теперь побудь со мной ещё и в воде!
  
11.7
 
Мужчина вскочил с места, и тут же, подхватив меня на руки, помог встать и мне.
— А ты точно уверен, что справишься?
— Я должен попробовать. Мужчина должен быть бесстрашным.
Я улыбнулась от умиления. Его страх перед водой лишь предавал ему человечности, добавлял необъяснимую изюминку и яркий шарм.
Мы двинулись по дороге в сторону речки.
Вот теперь однозначно наступал закат. Полыхало алым цветом высокое летнее небо, пели над нами, пролетающие в стае ополовники. И только мелкая мошкара не давала нам окончательно расслабиться.
Вскоре мы вышли к речке. Она была небольшая и довольно спокойная. Спуск к воде был широким, а на самом берегу даже виднелся небольшой песчаный спуск.
Олег остановился за несколько метров от воды и глядел на нее, будто на злейшего врага. Я поняла, что пришло время мне вступать в игру.
Я встала перед ним, загородив собой речку и решительно сказала:
— Не смотри на воду, смотри на меня.
После этих слов я, с видом коварной соблазнительницы, начала расстёгивать на себе рубашку.
— Твоя очередь, — шепнула я, скинув на землю первый предмет одежды. Теперь на мне оставался только бюстгальтер.
— Такой подход к делу мне нравится, учитель.
Олег неспеша снял с себя майку. Снова я смотрела на его божественное, мускулистое тело. Любовалась его широкими плечами, равномерно натренированным прессом и мощными руками. На мой взгляд, он был идеально сложен.
За рубашкой последовали шорты. Олег тут же повторил мои действия. Что ж, и вот уже мы оба были в нижнем белье.
— Ты готов? — спросила я у Олега, придвигаясь ближе.
Одного этого действа хватило, чтобы он с упоением подался мне навстречу, стараясь поцеловать, но на этот раз, я оказалась ловчее.
— Мои губы будут твоим десертом.
— Но как же запрет тебя не трогать?
— Если у тебя все получится, я позволю тебе его нарушить.
— Тебе нужно создавать мотивационное курсы, — Олег улыбнулся, а я едва заметно коснулась его руки.
— Следуй за мной. И смотри на меня.
Я сделала шаг назад, при этом по-прежнему стоя лицом к Олегу.
— Ничего сложного.
Мужчина сделал смелый шаг мне навстречу, и мы снова оказались неприлично близко друг к другу.
— Если я все время должен так тебя догонять, то я согласен зайти в любую воду.
Я сделала ещё один шаг назад и хитро подмигнула Олегу, подзывая его к себе.
— Хочешь взять меня? За руку?
Едва он подался вперёд, я отпрянула назад. Холодная речная вода коснулась моей ноги. Мы были уже близко. Олег замедлился.
— Ну же, я здесь.
Он молчал. Пылкая игривость исчезла с его лица, теперь читался страх. Я переборола себя, вновь вышла из воды, и сама взяла его за руку.
— Ты такой горячий, — прошептала я, склоняясь к его уху, — почувствуй меня, и я дам тебе, что хочешь.
Наши пальцы сплелись, и я смело повела его вперёд. Робкими шагами Олег достиг реки. Оставалось всего ничего, чтобы окунуться.
— Я хочу тебе признаться, — я не знала, что говорить, лишь хотела отвлечь Олега от демонов в его голове, — я никогда не любила малину. И малиновое варенье, которое твоя бабушка вчера дала нам к блинам, я ела только из вежливости.