Подкидыш для хулигана (СИ)

Но… вот блин. Тогда Таня решит, что я скотина, если Диана будет скулить под дверью.
— Леш, я пришла…
— Тань, иди домой, а я провожу Диану, ладно? – я провел ладонью по Таниной спине, и она кивнула, не отрывая странного взгляда от Дианы.
— Проводи, – натянуто сказала она, быстро открыла квартиру, и зашла внутрь.
— Ну наконец-то! – выдохнула Ди. — Ты ее ради опеки у себя поселил? Может, ко мне? – Диана слегка распахнула шубу, и я удостоверился.
Да, под ней ничего нет.
  
ГЛАВА 8
 
— Ну и катись! – выпалила я, но Горин этого уже не услышал.
Да и «выпалила» – громко сказано. Скорее, прошептала с обидой. А какого черта я вообще обижаюсь?! Ну ушел, ну с Дианой, и что? Она ему такое щедрое предложение сделала, от которого он и не подумал отказаться.
— Еще и явилась голая. В «Космо» вычитала, соблазнительница фигова!
Сердце колотилось бешено, и я со злостью посмотрела на букет, зажатый в моей ладони. Вот сейчас возьму, и выброшу, будет знать!
Открыла дверцу под мойкой, и взглянула на мусорное ведро. А затем со вздохом закрыла дверь ступней. Жаль букет, да и в чем цветы виноваты?! И вообще…
— Он ее выпроводит, и вернется. Таня, не будь овцой, – твердо сказала я сама себе, и улыбнулась с надеждой.
Точно, Леша же сказал Диане, чтобы уходила. Или не говорил? Нет, вроде сказал. И что проводит, и что вернется. Посадит рыжую нахалку на такси, и сейчас поднимется. А я пока чайник согрею, может, успею начать готовить ужин. Мы ведь так и не поели.
Достала из холодильника невеликий набор продуктов, а сама прислушивалась к двери.
Сейчас откроется, Горин сядет на стул, и будет доставать меня своими шуточками, доводить до бешенства, и… и пусть! Пусть шутит, а я нам ужин приготовлю, а Диана пусть задницу на морозе застудит!
Телефон я положила на край стола, отключив автоблокировку, и все время на него поглядывала. Что там, так долго такси нет? Уже двадцать минут прошло, я успела руки помыть, картофель, и этот самый картофель нарезала.
— Спокойствие, только спокойствие, – нервно пробормотала я себе под нос.
И сообразила: Горин на Диану пялился! Вот подлец, я ведь жена, хоть и фиктивная! Нет, ну какой же он…
— Ай, – прижала к губам порезанный палец, и боль немного остудила меня.
Ну и чего я завелась? Любой бы пялился, наверное. Явилась, лебедь белая… Снегурочка, блин! Наверное, такси и правда долго нет, не оставишь же полуголую девушку одну на улице, вдруг что случится?!
Сейчас Леша придет.
Я нарезала болгарский перец, лук, мясо, и посмотрела на экран телефона. Это уже ненормально! Но, может, Леша решил наконец-то объясниться с Дианой? Если бы он на ночь уехал к ней, то позвонил бы мне.
Он, конечно, частенько вел себя, как полнейшая скотина. Но в последнее время он вроде изменился. А сегодня так вообще, все спрашивал, почему я грущу. А я в том числе из-за него в раздрае была. Увел с гадкого ужина, успокаивал, цветы вот подарил.
И пора признать, что меня это волнует. Он меня волнует!
Кухню наполнил приятный аромат, и в животе заурчало. Но я сидела на стуле, медитируя на свое отражение в окне.
— Может, позвонить? Сколько можно-то? – я взяла почти разрядившийся телефон в ладонь, и даже нашла телефон Леши в журнале вызовов.
Надо узнать, скоро ли он. Может, что-то случилось. Может…
— Не может. Хватит!
Я сжала зубы, и заставила себя встать со стула. Поставила телефон на зарядку, и поставила электроплиту на двойку. Пусть тушится. А я пойду в душ, и плакать не буду, вот еще!
Из душа я вышла с глупой надеждой, что застану Горина на кухне, но… нет. И пропущенных вызовов не обнаружила. Аппетит пропал, запах еды перестал казаться мне притягательным.
Я просто дура. Полнейшая. Пара ласковых слов, и я снова вляпалась. Хорошо хоть в порыве откровений не ляпнула ничего лишнего, а то обсуждали бы с Дианой, и посмеивались.
Клуша-жена круги по кухне нарезает, пока муж с красоткой развлекается.
— Да пошел ты! – вырвалось у меня, будто Леша напротив меня стоял, и мог меня услышать. — И я пошла. Спать.
 
Я открыла глаза, реагируя на будильник, и обрадовалась.
Учеба, работа, к Марьяне съезжу. Потом к папе, чтобы кое кого гулящего не наблюдать перед своими глазами. Слышала, как он вернулся спустя три часа. ТРИ ЧАСА!!! Хотела подскочить, и высказать все, но…
Но выставила бы себя еще более глупой, чем оказалась на самом деле. А я и есть глупая. Ну что бы я Горину сказала?
— Пока ты с Дианой мирился, я тебя ждала. Ужин приготовила, а ты!!!
Кринжовая сцена из дешевой мелодрамы, я на таких всегда морщилась.
Да и по сути, не имею я права обижаться. Диана – его девушка, а я… ну да, жена, но фиктивная же.
Я дала себе установку не показывать Горину, как мне… да, как мне больно от случившегося, и вышла из комнаты, и проскочила в ванную, откуда вышла умытая, одетая, и чуть подкрашенная.
— Тань, привет, – Леша тоже был одет, и стоял в коридоре. — Вчера… это, ты прости, телефон сдох. А Диана совсем…
— Ты не должен объясняться, – выдавила я, не желая слушать, как они с Дианой отжигали, и заставила себя улыбнуться. — Поехали в универ? Или у тебя другие планы?
— Поехали. Заодно поговорим, – устало произнес Горин, выглядевший несколько помятым.
Ночь, должно быть, была бурной.
До вчерашнего вечера я не считала себя глупой. Нет, воображаемую корону я не носила, и не могла похвастаться каким-то выдающимся интеллектом, но и дурой не была. Всегда старалась рассуждать логически, и тем самым справлялась с эмоциями.
Но сейчас… сейчас мне с трудом удается сдержать себя. Сижу рядом с Гориным, и больше всего хочется на него накричать, обозвать предателем, заставить остановить машину, и гордо идти пешком. И ведь понимаю, что это идиотизм, но с каждой секундой логика отходит на задний план, а ладонь так и просит надавать мажору пощечин.
— Ты не позавтракала, – заметил Леша. — Вкусное жаркое, ты вчера готовила?
— Да.
— Понятно. Я и не думал, что ты решишь ужин приготовить.
Ты вообще не думал, потому что ты дурак! Ох, как жаль, что сказать я этого не могу, иначе буду выглядеть ревнивицей. Сама ведь от выкрутасов Дианы глаза закатывала, а она просто ревновала. Не хочу такой быть!
— Рада, что тебе понравилось…
— Тань, – перебил Леша, – я лоханулся вчера, прости.
— Что, не предохранялся?
Я не удержалась от колкости, и тут же о ней пожалела.
— Нет, не было ничего, – Горин наморщил лоб, и я отвернулась к окну.
Не хочу я это слушать. Не было, угу. Три часа они с Дианой, явившейся без трусов, чай пили и обсуждали Моне и Мане. Ее за нос водит, но меня-то зачем?!
— Леш, не стоит объяснять. Да, я немного расстроилась, что ты ушел развлекаться, не предупредив, но ничего страшного. Не рассказывай.
— Не учи, Пчелка. И объяснить все я должен. Можешь не слушать, но я расскажу.
Я пожала плечами, но не стала как вредный подросток закрывать ладонями уши, и врубать музыку.
— Диана совсем чокнулась. Вчера увидел ее, и офигел. И, Тань, честно, я бы просто сказал ей, чтобы шла вон, если бы не понял, что мы с ней так и не поговорили нормально, – произнес Леша устало. — А она из тех, кто не сдается. Всегда этим хвасталась.
— Угу, Диана просто супер, – сказала я.
— Я просто понял, что если не вдолблю ей в голову, что после всех ее закидонов у нас все кончено, она продолжит таскаться за мной. Мы спустились на первый этаж, и я, честно, Тань, сказал, что у нас с ней все. Вызвал Убер, и пока такси ехало, пытался ее успокоить. Не знаю, с чего ее так развезло, не замечал, что она от меня без ума, но истерика была офигенной.
А я не знаю, зачем мне все это слушать.
— И ты три часа успокаивал Диану? Леш, ну хватит, – поморщилась я.
Сказочник.
— Нет, минут десять, – спокойно ответил Горин. — А потом довел ее до такси, но Ди вцепилась в меня, и начала просить, чтобы я сам ее довез. Таксист ей не понравился, и ей нужно не к себе, а к родителям. Орала, плакала, говорила, что если с ней что-то случится, то это будет на моей совести. А я тупо устал, понимаешь? Ну и сказал, чтобы в машину села.