Стану твоим дыханием (СИ)

«На фото с ним ты бы выглядел счастливее?» — ехидный голос подсознания тут как тут.
И снова улыбка растягивает губы, стоит представить это совместное фото с Хароном — перед глазами до мелочей и хозяйски закинутая рука на плечо, и прижатая к его щеке чужая щека, и они хохочут в камеру…
Андрей с усилием отгоняет не желающий уходить морок — впереди ежедневная суета по расписанию — работа, действительно позволяющая отвлечься от таких навязчивых мыслей, затягивающая в гущу переговоров, споров с коллегами, череду планёрок, совещаний, пересечений с массой людей — всё это стабилизирует пошатнувшуюся жизнь Андрея, придавая ей видимость упорядоченности и чёткости.
После работы, не давая себе ни минуты передохнуть, тренажёрный зал — качалка, размеренное дыхание, душ — вечер подбирается незаметно, ещё немного и ночь, а там и новый день. И никаких посторонних желаний, и кажется, что вновь всё встаёт на свои места, и снова сомнения — а так ли уж нужен этот разговор с Жанкой о расставании.
«Позвони ей — скажи, что перенервничал, устал — верни всё, как было», — предлагает рассудок.
Андрей вертит в руках телефон, голос рассудка логичен и предлагает такие прагматичные вещи, что трудно не согласиться с его правотой.
Будто почувствовав его сомнения, телефон оживает и лукаво мигает новым входящим сообщением:
«Я думаю о тебе».
Да чтоб тебя.
Андрей мысленно стонет, самоконтроля как ни бывало, пальцы тянутся написать ответ…
Да, я тоже думаю…
Да, я соскучился…
Да, хочу тебя увидеть…
Хочу тебя увидеть…
Хочу тебя…
Хочу…
Блядь!
Андрей тормозит порыв написать ответное сообщение. Чего он в самом деле хочет? Он же не дурак и не пятнадцатилетняя девственница, он же понимает суть таких отношений. Это в кино можно представить всё так романтично, что остаётся только умиляться милым мальчикам и их такой милой любви.
Да, он согласен, эмоций и в самом деле достаточно, но кроме эмоций есть ещё и физиология. И тут начинаются трудности. Природа не совсем запланировала близкие контакты между представителями одного пола. То, что в итоге осталось и пригодно к использованию не совсем приспособлено под подобные действия. Андрей морщится от картинки, которая мелькнула перед глазами… стыдно, неловко… и… и это та грань, которую придётся переступить, если он решится на такое.
Пролистав несколько статей в интернете и просмотрев пару роликов, он уже готов плюнуть и растереть эту затею по одному месту, потому что вот не будет он такого делать. Не будет, да и вообще… какая гадость эта ваша заливная рыба.
Андрей решительно хлопает крышкой ноутбука и, приказав себе не думать о тех, о ком нельзя думать, выпивает пару таблеток снотворного и проваливается в беспокойный сон.
Два голоса…
Рядом…
Справа…
Слева…
Плавящий жар…
Ледяной холод…
Он в центре, на границе… развилке… распутье… перед выбором…
— Со мной спокойно, стабильно. Со мной безопасно, — тихий шелест Жанкиного голоса обдаёт дыханием тоски.
— Со мной ты станешь собой. Будет трудно, но каждый день яркой палитрой по серым будням. Решайся, — второй голос полон уверенности и твёрдости, дышит соблазном.
И каждый по-своему прав, и каждый тянет в свою сторону… И решение — вот оно, совсем рядом, потому что…
Андрей вздрагивает, просыпаясь под рингтон будильника. Тянется к телефону, чтобы отключить мелодию — на экране мигает новое сообщение.
Харон.
Снова.
Не даёт передышки.
«Я сегодня весь день дома. Жду тебя. Думаю о тебе. Приезжай?».
— Нет, — Андрей говорит это вслух как можно убедительнее. Да, убедить прежде всего себя в бессмысленности этого противоестественного влечения.
«А если это и в самом деле любовь? С кем ещё ты чувствовал то, что испытываешь с ним?» — внутренний голос снова тут как тут — не дремлет.
«Судьба, Андрюша, а если это судьба?»
«Хочешь упустить шанс быть счастливым?»
И весь день в сомнениях — ехать или нет. Стоит оно того или лучше оставить всё как есть?
Встреча с Наташкой как нельзя кстати — сестра своим ураганным энтузиазмом поднимет даже со смертного одра.
 
— Андрюш, — вдруг говорит она после обсуждения последних новостей, — помнишь, я пару лет назад хотела набить себе на руке твоё имя китайскими иероглифами?
— Помню, — кивает Андрей.
Ещё бы не помнить. Маниакальная любовь сестры к нему одно время достигла своего апогея, и её посетила подобная идея.
— Еле отговорил тебя, — усмехается он. — Столько трудностей ты бы себе обеспечила.
— Ай, какие трудности, — отмахивается Наташка. — Никто не понимает, что там накалякано этими несуществующими знаками. Я к чему это вспомнила — вчера я была в салоне, добивала свою татушку. И там был парень, который себе на груди набил те самые иероглифы.
— Парень? — Андрей хмыкает. — Мужское имя на груди? На китайском? Забавно.
— Ну да, — кивает сестра. — Забавно. Я сначала подумала, что он от балды что попало набил — первое, что попалось. Ну, знаешь, как люди найдут что-нибудь в интернете и колют себе по всему телу. И я, короче, не сдержалась, и выдала ему, что думаю об этом.
— А он?
— А он мне так ответил, что я ощутила себя так, что лезу не в своё дело. Короче, этот тип по ходу прекрасно понимал, что он набивает и стесняться этого не собирался. Такой знаешь — я живу по своим правилам. В моём вкусе. Жаль, что из другого лагеря. Такой, чуть ниже тебя ростом, волосы до плеч, а смотрит так, будто выше всех. Классный, — Наташка мечтательно вздыхает.
— Волосы светлые? — на автомате продолжает Андрей, не задумываясь о том, что говорит.
— Ну да, — Наташка удивлённо вскидывает на него взгляд. — Ты откуда?..
Андрей молчит, складывая в уме фрагменты мозаики… Нет, не может быть, этого не может быть…
— Андрей, ты чего? — сестра вглядывается в его лицо, а он не в силах переключиться сейчас на что-то ещё отвечает:
— Мне надо отъехать, потом состыкуемся, окей?
Достаёт телефон и быстро набирает сообщение:
«Еду».
Отправляет и тут же вызывает такси под внимательным взглядом сестры, которая смотрит на него так, словно ей открылось в нём что-то новое.
========== Харон and Андрей ==========
Весь вечер Харон не находит себе места. Два его сообщения так и остались без ответа. Подкравшаяся душная ночь не оставляет выбора: либо сон с транквилизатором, либо сомнительный досуг. Клубные вылазки сейчас для Харона костью в горле — воротит даже от мысли. Чего он там не видел? Всё как всегда — однообразно, скучно, предсказуемо. Играть вслепую, пытаясь подцепить кого-то в Сети — тоже не вариант. Не факт, что встреча вообще состоится, даже если случится нечто невообразимое, и достойный претендент найдётся. Да и не хочется почему-то этих одноразовых встреч, не хочется и всё тут. Точка.
Решив остаться дома, Харон лениво серфит в инете. Новости мира, короткие ржачные видосы, биржевые новости, порнхаб, курсы валют и динамические графики, тематический порно-контент…
Как-то всё мимо и не цепляет.
Поработать?
Но пальцы на тачпаде листают страницы дальше. Музыка… Вот, релаксовые и медитативные звуки природы. Шум леса, дождя, пение птиц, прибой… Да, прибой — хорошо, то, что нужно.
Харон принимает транквилизатор и, негромко включив тридцатиминутный ролик, растягивается на кровати, прикрыв глаза. И сразу же сознание переносит его на берег моря в шторм. На тот самый берег, в тот самый шторм, когда…
Невыносимо.
Харон выключает ноут. Проверяет телефон на наличие новых сообщений. Ничего. Устроить смс-террор? Глупо. И бесперспективно. А у него вообще есть хоть какие-то перспективы? Нервный смешок. Зря транк сожрал, сейчас бы в клуб поехал. Пусть и тошно, зато физиология не впроголодь.
А душа… Да нет никакой души.
Харон зло усмехается. Понапридумают сказок — души ещё какие-то. Хрень собачья. А то, что сейчас ноет внутри, в районе солнечного сплетения, скручиваясь тоской и неизвестностью, это просто уязвлённое самолюбие. Привык, что всё легко и просто всегда доставалось, а тут вдруг раз — и непросто. Вот и корячит во все стороны.