Тайные братства «хозяев мира». История и современность

Доктор Плот довольно подробно описывает все, что ему известно о ритуалах масонов, о собраниях лож, процедурах посвящения, а также о честности «практикующих» масонов, проявляемой при ведении строительства. В конце автор обрушивается на масонов с различными нападками. Однако атака эта получилась неудачной. Большинство читателей Плота — и это совсем не удивительно — игнорировали остроумный заключительный пассаж (или так и не добирались до него). Наоборот, они воодушевлялись тем, что предшествовало ему — древние знаменитые корни, о которых говорили масоны, участие «самых знаменитых людей», выгоды членства, взаимная поддержка, добрые дела, престиж профессии строителя и архитектора. После всего этого жестокая критика выглядела всего лишь вспышкой раздражительности и, возможно, досадой от того, что самого автора отказались принять в ложу.
Период с 1660 по 1688 год можно считать золотым веком масонства в Англии. Оно уже утвердило себя — возможно, даже в большей степени, чем англиканская церковь — как объединяющая сила английского общества. Оно уже начало обеспечивать существование «демократического» форума, где «король и простолюдин», аристократ и мастеровой, интеллектуал и ремесленник могли собираться вместе и в безопасности ложи обсуждать предметы, представляющие взаимный интерес.
  
Влияние английского масонства
 
24 июня 1717 года — в день св. Иоанна, который считался священным у тамплиеров, — была основана Великая Ложа Англии, подходят Майкл Бейджент и Ричард Ли к основной, пожалуй, организации «вольных каменщиков». Сначала в нее входили четыре лондонские ложи, которые в своем стремлении к централизации объединились в единую организацию и избрали руководящий орган, Великую Ложу. Вскоре к ним присоединились и другие ложи, число которых в 1723 году возросло до пятидесяти двух.
В 1723 году Андерсон, священник шотландской церкви, опубликовал свою книгу «Конституции». Книга Андерсона стала, по существу, библией английского масонства. В этой книге формулируются положения, которые теперь известны как основные принципы Великой Ложи. Первая статья отличается некоторой туманностью и по сей день служит предметом споров, интерпретаций и разногласий. В прошлом масоны были обязаны заявлять о своей верности Богу и англиканской церкви, однако Андерсон пишет о «верности всеобщей религии». Вторая статья отличается большей откровенностью: «Масон… не примет участия ни в каких замыслах против мира и блага народа». В соответствии с шестой статьей в ложе были запрещены любые споры, касающиеся религии или политики.
К этому моменту Великая Ложа установила нечто вроде монополии в Англии. Действительно, Великая Ложа настолько интегрировалась в английское общество, что ее терминология проникла в разговорный язык и остается там по сей день. Масонству мы обязаны такими выражениями, как «на уровне», «третья степень», а также многими другими.
К третьей декаде восемнадцатого века английское масонство под руководством Великой Ложи превратилось в бастион общественного и культурного истеблишмента, и среди самых известных его братьев были такие люди, как Дезагюлье, Поп, Свифт, Хогарт и Босуэл, а также Франсуа Лотарингский, будущий муж австрийской императрицы Марии-Терезии.
Великая Ложа пронизала всю ткань английского общества и внедрила свои ценности в основы английского мышления. Настаивая на всеобщем братстве, преодолевающем национальные границы, масонство оказало серьезное влияние на великих реформаторов восемнадцатого века — на Дэвида Юма, на Вольтера, Дидро, Монтескье и Руссо во Франции, а также на их последователей в колониях, которые вскоре станут Соединенными Штатами. Именно Великой Ложе и тому философскому климату, который она создавала, мы обязаны всему лучшему в английской истории той эпохи. Под эгидой Великой Ложи вся кастовая система Англии стала менее жесткой, чем в любой другой стране континентальной Европы. Появлялось все больше возможностей для — выражаясь языком социологов — «вертикальной мобильности».
 
Осуждение любых религиозных или политических предрассудков способствовало не только развитию терпимости, но и определенного эгалитарного духа, который производил огромное впечатление на гостей из-за границы. Среди таких гостей был, например, Вольтер, впоследствии сам ставший масоном. Он настолько воодушевился английским обществом, что стал прославлять его как образец, к которому должна стремиться вся европейская цивилизация.
Антисемитизм в Англии осуждался сильнее, чем в любой другой европейской стране, и евреи здесь не только становились масонами, но и получили доступ к политической и общественной жизни, в котором им отказывали прежде. Растущий средний класс получил пространство для маневра и расширения, что дало мощный толчок развитию Британии, выдвинув ее на передовые позиции в сфере промышленности и торговли. Благотворительная деятельность, в том числе часто подчеркиваемая особо помощь вдовам и сиротам, способствовала распространению новых идей о гражданской ответственности и вымостила дорогу многим последующим социальным программам. Можно даже утверждать, что сплоченность ложи в соединении с обращением к традициям средневековых гильдий явилась предвестницей многих черт тред-юнионизма. И наконец, процесс избрания магистров и Великих Магистров способствовал внедрению в сознание англичан разумного разделения между человеком и его должностью, и это понимание вскоре принесет свои плоды в Америке.
Английское масонство во всех отношениях представляло собой некое связующее звено, соединительную ткань общества восемнадцатого века. Помимо всего прочего оно помогало создать в стране более спокойную атмосферу, чем на континенте, где недовольство народа выплеснулось сначала в виде Великой французской революции, а затем восстаний 1830 и 1848 годов. Этот климат распространился и на английские колонии в Северной Америке, сыграв ключевую роль в образовании Соединенных Штатов. Таким образом, та форма масонства, которая распространялась Великой Ложей, заменила первоначальную. При этом она стала одним из самых важных и влиятельных явлений столетия — явления, значительность которого часто недооценивается ортодоксальными историками. [Конец фрагмента из книги Майкла Бейджента и Ричарда Ли «Храм и ложа. От тамплиеров до масонов»].
* * *
В настоящее время в мире насчитывается более 100 Великих Лож, образующих так называемую «Всемирную братскую цепь». Общая численность Вольных Каменщиков в Англии около 700 тыс. человек. Число членов масонских Лож США (в каждом штате имеется своя Великая Ложа) составляет не менее 2 млн. Согласно статистике, приведенной Гарольдом В.Б. Вурисом, общая численность Ордена в мире (на конец 1976 года) составляла приблизительно 5 000 000 человек, в том числе в США — 49 Великих Лож, не считая «черного масонства» (Ложа «Принс Холл»), которое в 1976 году объединяло 264 312 братьев в 40 штатах США, а также — 2196 братьев в Канаде и Западной Африке.
На 1991 год масонов только шотландского обряда в США было примерно 2,4 миллиона человек, более 700 тысяч — в Англии, до 200 тысяч — в Канаде, 70 тысяч — во Франции, 21 тысяча — в Германии, 17 тысяч — в Италии.
Крупнейшим и влиятельнейшим представителем Регулярного масонства в мире является Объединенная Великая Ложа Англии (ОВЛА, англ. UGLE — United Grand Lodge of England). Она считается материнской Великой Ложей по отношению ко всему мировому регулярному масонству.
ОВЛА была образована в 1813 году в результате слияния упомянутой выше первой Великой Ложи с параллельными и конкурирующими альтернативными структурами Англии и, прежде всего, с основанной в июне 1751 года «Великой Английской Ложей Старых Уставов».
Сегодня ОВЛА насчитывает 270 000 членов, объединенных в 8322 Ложи. Это — более трети всех масонов Великобритании.
С 1967 года Великим Магистром ОВЛА является Его Королевское Высочество Герцог Кентский (Принц Эдвард Георг Николас Патрик, который родился 9 октября 1935 года, член британской королевской семьи, праправнук королевы Виктории, внук короля Георга V, двоюродный брат королевы Елизаветы II).