Ты снова станешь моей (СИ)

Валюсь на диван рядом с ней и прикрываю глаза. Нирвана.
- Но…ты же обещал…
- С чего ты взяла, что я собираюсь выполнять обещание, - выдаю лениво. - Буду трахать тебя сколько и когда хочу. Снова в рот, и в задницу, если приспичит.
Эйфория. До сих пор всего трясет, а перед глазами самые яркие моменты нашего охрененно горячего траха.
-Ты…ты…подлец.
Слышу, как она встает и начинает шуршать одеждой.
- Ага. Отсосешь мне снова с таким же энтузиазмом?
Закидываю руки за голову, отрываю глаза и наблюдаю за тем, как ее попка снова скрывается за слоем ткани.
- Ты…лучше бы они тебя избили до полусмерти, а пока ты валялся без сознания, я… я бы отсасывала им.
- Только попробуй сказать такое еще раз.
Вскидывает на меня глаза. Смотрю на нее, не мигая.
Мой тон спокоен, но ей не надо объяснять…А еще…член снова делается тверже.
И в эту секунду тишину прорезает надсадный плач малыша.
- Черт, - бормочет Ви и тут же выбегает с террасы.
…
- Собирайтесь, мы едем кататься, - говорю я, входя в комнату и поигрывая ключами от авто.
- Но…
Заноза выглядит удивленной.
- Нет, спасибо, не стоит.
- Он не успокаивается уже полчаса, а в машине вчера сразу заснул. Или ты мазохистка? – перебиваю я, стараясь не пялиться на нее.
Обещал, придурок, больше не притрагиваться. В каком-то пьяном полубреду находился, и теперь мне придется сильно поднапрячься, чтобы не нарушать. Хотя дразнить все равно буду, тут не удержусь.
- Демьян, ты после драки…
- И после охуенного траха. Ну и че?
Вспыхивает и начинает собираться.
…
- Не понимаю, зачем тебе это теперь, – бормочет она, прежде чем сделать последний шаг и сесть уже в машину.
Да хер знает. Только не могу спокойно выносить его плача и твоего волнения. Хочется что-то сделать…
- Может, тест подделка, - говорю я первое, что приходит в голову.
Чтобы хоть как-то оправдать ту тягу, что испытываю к этому кричащему крошечному и пахнущему молоком комочку у нее на руках. Как ни крути, а брат прав, ребенок прежде всего ее, а не чей-то. Она выносила, она рожала…А я, блядь...
Я, конечно, приличная скотина, но не до такой степени, чтобы отыгрываться на детях.
- Подделка, - повторяю я, потому что Ви ничего не говорит.
Просто стоит и смотрит на меня.
- Такое ведь тоже бывает. Садитесь уже. Спорим, в машине он тут же крепко заснет? На поцелуй.
  
Глава 40 Иногда ад случается даже на земле 
 
Все хорошие девочки попадают в ад
Ведь даже у самого Бога есть враги,
И как только вода начнет подниматься, и рай скроется из виду,
Она захочет, чтобы Дьявол оказался в ее команде...
Billie Eilish "All the good girls go to hell"
Виола, прошлое
Кажется, на нервной почве мне удается все же ненадолго задремать. Вот только возвращение в реальность происходит довольно болезненно.
Едва открываю глаза, как меня накрывает осознанием случившегося, и окружающая действительность сейчас же перестает вызывать во мне добрые чувства.
Подвал, где я сижу здесь абсолютно голая, если не считать накинутого на меня покрывала неизвестной степени чистоты, никуда не исчез. Ненормальная брюнетка в паре с блондинкой, полной копией меня.
Их отвратительный идиотский план.
Одержимый Макс, который обещал вернуться и завершить дело, то есть попросту изнасиловать, возможно, что и не один раз.
И наши отношения с Демьяном, висящие теперь на волоске.
Что и говорить, ни о каком спокойствии не может быть и речи.
Я отбрасываю покрывало в сторону, поднимаюсь и начинаю разминать мышцы, затекшие от долгого сидения в неудобной позе.
Нестерпимо хочется в туалет, но, такие удобства в моей камере заключения не предусмотрены.
На всякий случай подхожу к двери и снова проверяю, насколько крепко она заперта. К сожалению, ничего не изменилось, открыть ее у меня по-прежнему без шансов.
Вспоминаю, как недавно в нашем фитнес-центре ко мне подкатывал один из коллег-мужчин, тренер по карате. Ему очень хотелось меня полапать, поэтому он, и весьма настойчиво, предлагал показать мне пару-тройку приемчиков.
 
Я, естественно, отказала. Но если бы знала, что так получиться…Уж лучше бы разрешила пару раз подержаться за свою задницу, но сейчас у меня было бы хоть какое-то оружие против Макса.
Еще вариант, подкарауливать, пока дверь не откроется. А как только он войдет, накинуть ему на голову покрывало, толкнуть посильнее, и пока он будет выпутываться и приходить в себя, вылететь из комнаты и попытаться таким образом сбежать.
План такой себе, я даже не уверена, что он придет один, но выбирать особо не из чего.
Подхожу к матрасу, хватаю покрывало и возвращаюсь с ним к двери. Стою и караулю.
Минут через десять я начинаю злиться, затем скучать, а примерно через полчаса и вовсе отхожу от двери и снова закутываюсь в покрывало.
Мочевой пузырь сводит и стоять спокойно, особенно босиком, с каждой минутой оказывается все сложнее.
Интересно, сколько сейчас времени?
В комнате стоит полумрак, а это значит, с момента, как они ушли, могло пройти как пару часов, так и больше.
Чтобы не сойти с ума я пытаюсь считать до ста, петь, читать вслух первые приходящие на ум стихи и даже снова дремать.
Злюсь, что не поставили здесь хоть самое завалящее ведро. Пинаю стены и ору, в надежде, что может через окошко кто-то услышит и поспешит мне на помощь.
...
Дверь открывается в тот момент, когда стадию ярости во мне сменяет очередной приступ апатии.
Резко, без предупреждения.
В дверном проеме появляется фигура, но плечи не настолько широкие, да и рост явно меньше, чем у Макса. К моему облегчению, это явно не психованный дружок Демьяна.
- Эй, Виол, ты здесь? – слышу я задушенный шепот. – Это я. Ну, типа твой двойник.
Я вскакиваю на ноги, подслеповато щурюсь. Девушка бьет по мне светом, и для моих глаз это пока что слишком яркий ослепляющий источник.
- Я пришла тебе помочь, идем скорее, - шепчет она.
И исчезает, оставляя дверь приоткрытой.
Дважды уговаривать меня не приходится. Обертываюсь покрывалом на манер сарафана и пулей вылетаю из комнаты. Спешу вперед за лучиком удаляющегося от меня фонарика.
Вокруг темнота, передвигаюсь почти что на ощупь, но совсем скоро мы выбегаем на воздух в какой-то заросший безлюдный сад.
Голые ступни сразу же наступают на что-то острое. Я морщусь и чертыхаюсь от резкой пронизывающей боли.
- Вот, держи, - произносит девушка.
В меня летит пакет, и я непроизвольно его ловлю. Он легкий, а внутри лежит что-то мягкое, если судить по ощущениям.
Свет фонарика снова ослепляет.
Чувствую, как по внутренней стороне бедер стекает несколько капель и понимаю, что сдерживать мочеиспускание у меня получится еще от силы полминуты.
- Там одежда и немного денег на попутку, иначе отсюда не выбраться. Не задерживайся, он может появиться в любой момент. А мне пора.
- Стой, - ору я и пытаюсь рассмотреть ее внимательней. – Подожди.
- Слушай, мне хорошо заплатили за то, чтобы я изобразила тебя, и я не стану за это извиняться. Такая уж я, за деньги мать родную продам. Очень они мне нужны. А твой парень…ну…это вопрос доверия, если ты понимаешь, о чем я. В общем, меня не мучает совесть. Но изнасилование…это уж слишком...вот тут я против. Меня саму в пятнадцать изнасиловал одноклассник и никто не пришел на помощь. Поэтому…я стащила у него из кармана ключ и приехала сюда. Но на этом все. Лишние проблемы мне тоже ни к чему.
Где-то вдалеке слышится шум мотора.
- Извини, - все же произносит она. – И поторопись.
Фонарик выключается. Мгновение и девушка исчезает в темноте.
Я как ненормальная кидаюсь к кустам, присаживаюсь и, наконец-то, справляю нужду.
О, господи.
Такого облегчения я не испытывала, наверное, еще ни разу в жизни.