Смертный

– Я… сбежал, – неохотно ответил Больт. Левая голова сонно щурилась, глядя на огонь – похоже, начинала засыпать.
– Почему?
– Будто ты не знаешь.
Макс и Ника сели радом со мной. Катарина, видя, что мы и впрямь собрались задержаться, неодобрительно покачала головой. Но тоже села, сбросив рядом колчан со стрелами и простенький ясеневый лук.
– Может, угостишь чем? – спросил я огра.
– Ещё чего! Это ты мне должен уже целую прорву эля! – проворчала его правая голова.
– Дракен люби эль! – встрепенулась уже совсем было задремавшая левая.
– Как же я тебе отдам долг, если мы сейчас уйдем?
Огр заметно погрустнел.
– Да знаю я, что ничего ты не отдашь. Не встретимся мы больше, искатель.
– Ну почему же? Можно договориться встретиться в условленном месте…
– Чтобы ты привел с собой дюжину дружков? – зло перебил меня Больт. – И не таких занюханных слабаков, как эти, а хороших воинов?
Я встретился с ним взглядом.
– Ты ведь тоже пришел, чтобы убить меня, искатель. Разве не так?
– Это я его позвала, – вмешалась Ника. – Попросила его спасти ребят. Ты ведь грозился сожрать их, если я тебе не принесу выпивки.
– Дурная затея. Так и знал, что ничего не выйдет. Я уже давно не показываюсь людям. Прячусь. Но просто… скучно. Так хотелось выпить…
Огр сидел, понуро склонив плечи, и в его черных, как маслины, глазах плясали отблески костра. До меня вдруг дошло, что с ним у меня больше общего, чем с большинством игроков Артара. Я тоже избегаю людей. И меня тоже постоянно пытаются убить. Стоит только узнать, кто я.
После скандальной истории с Рамоном Джанкелем в Артаре больше нельзя создавать смертных персонажей. И от тех, что уже были созданы, админы старались избавиться всеми способами. С юридической точки зрения запретить нам играть они не могли – оферта принята, изменять договор нельзя. Перевести смертного в обычный режим не позволяли какие-то технические ограничения. Так же, как, например, сменить класс. Поэтому предлагали создать персонажа заново, а в качестве бонуса давали бесплатные месяцы игры, сохраняли все накопленное золото и предметы.
Наверное, многие соглашались. Но не я. Играл я и так бесплатно – собственно, из-за этого и выбрал этот режим. Все заработанное золото выводил в реал. Поэтому все, что у меня есть – это я сам. Мой опыт, моя сила, накопленные за месяцы игры. Если бы пришлось начинать сначала – я был бы слишком слаб, чтобы зарабатывать достаточно золота. Первое время вряд ли смог бы даже отбивать ежемесячную плату за игру. Да и времена сейчас другие. Соло-игрокам приходится все тяжелее, особенно на старте.
А в одном из патчей админы подложили еще одну свинью смертным. Чтобы даже те счастливчики, что умудрялись выживать все это время, постепенно выбыли из игры.
Убивая моба в Артаре, ты получаешь часть его силы, которая превращается в небольшую прибавку к четырем основным твоим характеристикам. Когда убиваешь другого игрока – эта прибавка более существенна. Если поверженный противник примерно равен тебе по силам – тебе переходит около пяти процентов его главной характеристики. То есть убьешь воина – украдешь у него немного Силы, у лучника – Ловкости, у колдуна – магии.
Админы решили, что проще всего вывести смертных из игры силами других игроков. И просто сделали так, что, убивая смертного, победитель получает весь накопленный им опыт. В моем случае всё ещё заманчивей. Я искатель. Гибридный класс, у которого нет никаких бонусов к прокачке характеристик, но нет и никаких ограничений. У меня все характеристики – главные. Так что для своего убийцы я и вовсе превращаюсь в ходячий джек-пот.
Да, мы с Дракенбольтом чертовски похожи. Оба – реликты, оставшиеся со старта игры. Нас давно уже должны были ухайдокать. Но, вопреки всему, мы еще живы. И только потому, что не лезем на рожон.
– Я скучаю по дому, – будто услышав мои мысли, проговорил огр. – Я раньше жил на равнине, у подножия горы. Там хорошо, привольно. Не надо лазать по этим чертовым скалам и пещерам. А в караванах на дороге частенько попадались бочонки эля.
 
– Как ты здесь-то оказался?
– Сколько я себя помню – людишки вроде вас пытались меня убить. Я поначалу думал, что это из-за того, что я караваны граблю. Пробовал отсиживаться в лесу. Вообще никого не трогал. Но все равно приходили такие, как вы, и заставляли драться.
– Дракен не люби драться, – обиженно прогудела левая голова.
– Если бы не людишки, я бы никогда не ушел оттуда. У меня там были друзья.
– Другие огры?
– Да. У нас в лесу была целая деревня. Я жил отдельно, но туда часто наведывался. А потом… Все стало по-другому. Убитые огры перестали возвращаться. Деревня опустела…
Я понимающе кивнул. Я как раз впервые прибыл в те края. Успел взять квест на убийство Дракенбольта. Но огров и без меня быстро перебили.
– Ты боишься умереть, искатель? – вдруг спросил Больт, взглянув мне в глаза. Его взгляд был исполнен такой тоски и затаённой надежды, что я вздрогнул.
Черт возьми, он ведь ненастоящий! Это ведь всего лишь иллюзия, управляемая искусственным интеллектом. Но почему тогда от мысли о том, что нужно его убить, все внутри сжимается?
Может, потому, что это убийство – самое настоящее? Он умрет навсегда, а не возродится где-нибудь у менгира.
– Кстати, да, Эрик, – повернулся ко мне Макс. – Почему ты не бросил играть? Или не создал обычного персонажа? Если умрешь сейчас, после того, как столько времени отыграл в этом аватаре… Это может быть опасно. Закончишь, как Джанкель.
– Ну чего ты болтаешь! – ткнула его в плечо Катарина. – Нагоняешь страху.
– Его, пожалуй, испугаешь, ага, – усмехнулся Макс. – Так почему, Эрик?
– У меня свои причины, – отмахнулся я. – Вам не все ли равно? Мы видимся в первый и последний раз.
– Почему? – удивленно спросила Ника. – Я думала… Ну, что мы могли бы и дальше вместе играть.
Она опустила глаза и покраснела. Или, может, это просто в свете костра так показалось.
– Компания мне ни к чему.
– Разве тебе не скучно одному?
– Иногда. Но одному надежнее. Меньше шансов, что кто-нибудь вонзит нож в спину.
– Невысокого ты мнения о людях, – усмехнулся Макс.
– А это не образное выражение. Я несколько месяцев назад подружился с одним парнем, помогал ему в прокачке. А потом как-то на привале он подкрался сзади и всадил мне кинжал между лопаток. Хотел прокачаться еще быстрее.
– Вот ведь предатель! – ахнула Ника.
– Его можно понять. Может, в жизни он и неплохой парень. Но здесь, в Артаре, многие ведут себя по-свински. Это ведь всего лишь игра.
– Ну, не знаю… – задумалась Ника. – Мне кажется, всегда нужно оставаться человеком. Чтобы перед самим собой не было противно.
Я только усмехнулся.
И снова встретился взглядом с огром. Левая его голова уже вовсю клевала носом. Но правая цепко следила за мной. Я и не заметил, как огромные лапы великана легли на толстую рукоять топора.
– Не надо, Больт, – негромко сказал я.
– Да ну? Все людишки одинаковы, искатель. А ты опаснее, чем я думал поначалу. Зря я тебя пустил сюда.
– Эй, вы чего, ребят! – завертел головой Макс, глядя то на меня, то на огра. – Ну, мирно же сидим…
– Знаешь, искатель, Дракен и правда не любит драться. А я иногда думаю – а может, и к лучшему было бы напасть на кого-нибудь вроде тебя. И чтобы всё это, наконец, закончилось. Всё лучше, чем целыми днями торчать в этой пещере.
– Ну, так давай всё решим.
Я положил меч перед собой и наполовину вытащил его из ножен. На блестящей поверхности клинка заплясали отсветы пламени.
– Адамантит, – кивнул Больт. – Красиво.
– Ты дорого стоишь, приятель, – признался я. – А мне нужны деньги. Правда, нужны. Прости.
– Тот твой друг, что всадил тебе нож в спину, наверное, тоже сказал что-то вроде этого?
Я стиснул зубы.
Мы с огром глядели друг на друга, ловя малейшее движение зрачков. Как стрелки в старинных вестернах. Еще секунда – и кто-то из нас сорвется с места.