Маленькие сводни

Ему понравилась ее идея.
— Мы вернемся к этому, хорошо?
— Хорошо, — согласилась Джил. — Я бываю там три раза в неделю после того, как Зоя приходит из школы.
Брэндон молча кивнул, продолжая есть. Боже правый, какая она хорошенькая и милая! Во многих отношениях очень и очень привлекательная. Если быть честным, ему очень хотелось бы воспользоваться ее предложением и пойти с нею в спортивный зал. Он возбудился от мысли, что увидит Джил в шортах и футболке.
Стоп! Проводить личное время с Джил, когда она будет демонстрировать свои длинные ноги, было очень плохой идеей. И она показалась такой хорошей лишь потому, что он очень давно не имел серьезных отношений с женщинами. От этого приносящего боль зла он старался защитить себя и Кристи.
Нельзя забывать об этом. Джил должна оставаться всего лишь матерью лучшей подруги его дочери.
После оживленного разговора о школе девочек, забавной истории о котенке Кристи и совета Джил, куда Брэндону лучше всего отдавать в чистку рубашки, Зоя и Кристи вскочили и, прихватив свои тарелки, вышли из столовой. По дороге в кухню Зоя притушила свет в столовой, оставив Джил и Брэндона в полумраке.
Джил подавила улыбку и допила свое вино. Вдруг из гостиной полилась плавная инструментальная музыка. Видимо, девочки создавали настроение.
Джил овладело беспокойство. Она старалась не смотреть на Брэндона и расслабиться, хотя, находясь в полутемной комнате с интересным мужчиной расслабиться нелегко.
Но она должна сама управлять своей судьбой, какие бы романтические ситуации ни придумывали Зоя и Кристи.
— Они не слишком умелые, верно? — спросил Брэндон, блестя глазами.
Джил покачала головой.
— Нет, не слишком.
— А дальше они погонят нас в церковь…
Хоть ей нравилось, как Брэндон шутит по поводу создавшейся ситуации, она ощутила некоторое раскаяние.
— Извините… за все это. Я чувствовала, что они что-то задумали, но не подозревала, как далеко они зайдут.
Он поднял руку.
— Не беспокойтесь об этом. Меня отчасти восхищают их старания. Они обо всем подумали.
— Боюсь, что почти за все это мы должны поблагодарить мою дочь. Она полна решимости, и я уверена, ей кое-кто помогал.
Он вопросительно поднял брови.
Джил вздохнула.
— Мой отец проводит много времени с Зоей. Он… своего рода изобретатель, наверное, поэтому Зою тоже занимают всякого рода выдумки. — В глубине души Джил беспокоило, что ее дочь с удовольствием идет по стопам Чудака Винтерса, по пути, который всю жизнь был для Джил тяжким бременем.
— И… что? Вы полагаете, что они пытаются создать маму и папу, соединив нас вместе?
— Очень похоже.
Брэндон рассмеялся, отчего Джил залилась краской.
— Нужно отдать им должное: они прекрасно потрудились. — Он криво усмехнулся и заглянул ей в лицо. — Если бы меня интересовали романтические отношения, я бы обратился к ним.
Джил стала смотреть в свою тарелку, стараясь не обращать внимания на его взгляд. Ей вдруг захотелось спросить Брэндона, почему его не интересуют такие отношения, но она сдержалась. Это был слишком личный вопрос для малознакомого мужчины, даже если он и всколыхнул ее чувства.
Вместо этого Джил подумала о том, с каким пониманием он отнесся к действиям их дочерей. Ей нравилась его красивая внешность, приятный юмор и обаятельная улыбка.
Ее мысли прервал громкий взрыв, отчего приборы зазвенели на столе.
У Джил кровь прилила к лицу — ну и время выбрал ее папочка! Быстро взглянув на Брэндона, она увидела шок в его глазах.
— Что это было? — спросил он.
— Не волнуйтесь. Это всего лишь мой отец… что-то изобретает в своей мастерской позади дома.
Хоть бы отец не вышел сюда! Меньше всего ей хотелось, чтобы Брэндон познакомился с ее эксцентричным отцом. Хотя почему ее должно волновать, что подумает Брэндон?
Он улыбнулся, блестя глазами.
— Я-то подумал, что на заднем дворе разбился самолет.
Джил вздохнула.
— Нет, ничего такого трагичного. Просто мой отец занимается… своим делом. — Это «свое дело» воздвигло когда-то между Джил и сверстниками стену отчуждения. Сколько раз ее дразнили ребята из-за нелепых изобретений отца, снова и снова скандируя: «Винтерс-чудак взорвал верстак!» Сколько раз в городе ее со смехом спрашивали, не взорвал ли он, к примеру, здание мэрии!
 
Тут она услышала — о ужас! — голос отца:
— Ты здесь, Джилли?
Старый хитрец! Ведь он прекрасно знает, что она здесь, потому что наверняка составлял с девочками план сватовства!
— Да, папа. В столовой.
Через секунду отец влетел в столовую. Его волнистые седые волосы торчали во все стороны, а очки сбились набок. Он весь был покрыт черной сажей. Что же старик придумал на этот раз?
Он поправил очки и пригладил волосы.
— Извините за вторжение. Просто хотел сообщить, что со мной все в порядке. — Его голубые глаза устремились на Брэндона. — Привет, Брэндон. Рад видеть вас здесь.
Джил от удивления привстала.
— Вы знакомы?
Брэндон кивнул и тоже встал.
— Мы познакомились, когда забирали девочек после собрания скаутов. — Он протянул руку, совершенно искренне радуясь встрече с ее отцом.
Отец вытер руку о штаны и пожал руку Брэндона.
— Не буду больше вам мешать, Джилли. — Старик хитро сощурился, как бы показывая, что и он приложил руку к тому, что Брэндон сегодня здесь. — Мне нужно пойти почиститься. Пришли ко мне девочек, я покажу им свой последний проект.
Как только Зоя подросла, она стала ассистенткой своего дедушки и часами просиживала в его лаборатории, работая над его проектами. Она сама стала маленькой изобретательницей. Джил только надеялась, что со временем у нее появятся другие интересы.
Отец Джил ушел из столовой, таща за собой прилипший к башмаку длинный кусок туалетной бумаги. Спасибо тебе, папуля.
Ей хотелось уронить на руки голову и закричать от досады и смущения. Он не только помогал девочкам осуществить их план, желая видеть ее снова замужней, но и явился в столовую во всей своей красе!
Неужели ей всегда будет неловко за него? Ей захотелось немедленно откровенно поговорить с отцом. Но Джил по опыту знала, что никакие ее слова не смогут изменить его чудаковатую личность. Но она уж выговорит ему за то, что он вовлек девочек в сводничество.
Глубоко вздохнув, она взглянула на Брэндона, желая загладить поведение отца.
— Извините. Я надеялась, что сегодня вечером взрывов не будет.
Брэндон усмехнулся и снова уселся.
— Не извиняйтесь. Мне нравится ваш отец. Он оригинальный.
Джил несколько успокоилась, ей понравилось, что Брэндон не воспринимает ее отца как человека со странностями. А если и воспринимает, то держит это при себе.
— Мягко сказано.
— Так он живет с вами? — спросил Брэндон.
— У него квартира над лабораторией позади дома. — На самом деле Джил не хотела жить с отцом, когда перебралась в Элм-Корнерс, после того как ее бросил Дуг. Она прожила все детство рядом с сумасбродным отцом, и ее не особенно привлекал его непредсказуемый образ жизни.
Но когда отец предложил, чтобы Джил жила в доме, а он — над лабораторией, она согласилась, потому что ей нужна была его помощь с Зоей. И она была вынуждена признать, что он — замечательный дедушка. Зоя обожала его, и то, что он находился с нею, было бесценно для работающей матери-одиночки, каковой являлась Джил.
Желая поговорить о чем-нибудь, кроме ее неповторимого отца, она задала первый пришедший ей в голову вопрос:
— Итак, Брэндон. А вы чем занимаетесь? — Как же ей хотелось, чтобы у него была бы какая-нибудь непривлекательная работа в противовес его привлекательной внешности.
— Видите ли, когда мы жили в Лос-Анджелесе, я работал юристом. Но я все это бросил, чтобы начать свой собственный бизнес.
— И какой же? — Почему-то ей казалось, что Брэндон преуспеет в любом бизнесе.
— Я открываю ресторан на Мейн-стрит. Возможно, вы видели вывеску. — Его глаза были полны возбуждения и гордости. — Он называется «Стейк-хаус».