Маленькие сводни

— Конечно. Подобная конкуренция не особенно расслабляет.
— Зачем тогда вы затронули это? — тихо спросил он, чтобы смягчить вопрос.
Она резко рассмеялась.
— А зачем вы затронули территорию, на которую я так рассчитывала?
— Ваше обвинение несправедливо. По-моему, мы уже разобрались в этом. И вообще, я бы предпочел забыть о текущих делах и насладиться поездкой.
— А как я могу это сделать? Три дня назад я хотела нанести хозяину «Стейк-хауса» физическое увечье. Избавиться от этого желания не так легко.
— Послушайте, я понимаю ваши чувства…
— В самом деле? — с сарказмом перебила она. — Неужели вы действительно понимаете, каково это: два года работать не покладая рук ради успеха? И вот появляется кто-то другой и обращает все твои мечты в прах!
— Мне очень неприятно, что вы воспринимаете меня только как огромного, злого ресторанного людоеда, который хочет навредить вам. — Брэндон приглушил голос, потому что девочки прекратили петь.
— А как мне вас еще воспринимать? — Она перешла на шепот: — Для меня, Брэндон, вы представляете угрозу, и очень большую. И мне очень трудно смириться с этим.
Он заскрежетал зубами.
— Я понимаю, и мне жаль, что вы так враждебно настроены. Но выбор сделан, и я не могу повернуть вспять. Я приехал в Элм-Корнерс, преследуя две определенные цели: открыть популярный ресторан и проводить больше времени с Кристи. Как бы сильно я ни хотел не навредить вашему бизнесу, мне так или иначе придется сделать это. И я не вижу другого выхода.
— Я тоже не вижу, и в этом вся проблема. Не слишком хорошие новости для двух людей, которые целый день будут находиться в обществе друг друга.
— И я так же думаю, — мрачно отозвался он. Его надежды на безоблачный день улетучились.
Хоть голова была забита неприятными мыслями, Джил постаралась успокоиться: Брэндон уже въезжал в приморский город Кэннон-бич штата Орегон. Девочкам совсем не нужно знать, насколько она взволнована. Джил надеялась, что никто не заметил, как она грызла ногти.
Ее не успокаивали ни красивое голубое небо, ни причудливые деревянные витрины сельских магазинов, ни красивые цветочные ящики.
Пропади все пропадом! Брэндон слишком привлекателен, слишком хорош. Джил тревожили эти темные глаза и потрясающая улыбка.
Надо срочно взять себя в руки, чтобы провести день достойно, но она не знала, как это сделать. Он волновал ее, и все тут.
Брэндон въехал на общественную стоянку, и как только остановил машину, девочки тут же выпрыгнули из нее. Джил вылезла, не сказав ни слова Брэндону, и стала вдыхать свежий, соленый океанский воздух, как будто он мог унести все ее неприятности.
Зоя обошла машину и взглянула на Джил.
— Что случилось, мамочка? У тебя сердитый вид.
Джил быстро изобразила улыбку и расправила плечи, не желая портить девочкам день из-за своих сложностей с Брэндоном.
— Со мной все в порядке, дорогая, просто… немного укачало. Но сейчас уже лучше.
— Слава богу, — заметила Зоя, — потому что я хочу, чтобы все были в хорошем настроении.
— Я тоже этого хочу, — ответила Джил, положив руку на плечо дочери. — Давай достанем вещи из багажника.
Зоя побежала выполнять просьбу матери, а Джил немного задержалась, прижав руку к переносице и обретая самообладание.
Беспокойство Зои отрезвило ее; этот день действительно важен для девочек, и Джил не имеет права испортить его. Надо немедленно подавить свои эмоции и действовать, как будто с нею все в порядке.
— Как вы себя чувствуете? — спросил Брэндон.
Джил взглянула на него. Ее тронула забота в его глазах, и она заставила себя улыбнуться ему.
— Со мной все прекрасно… нет, на самом деле я идиотка.
— Простите?
— Я сказала, что я идиотка. Я не должна была допускать, чтобы мои… личные чувства к вам портили девочкам день.
Наклонившись ближе, он спросил:
— Так у вас есть личныечувства ко мне? Не слишком ли быстро, Джил?
Она заметила шутливый огонек в его глазах.
— Мне с вами действительно нелегко.
Он рассмеялся.
 
— Конечно. Но ничто так не поднимает настроение, как миролюбивое подшучивание, вы не согласны?
Она улыбнулась ему в ответ, на этот раз действительно развеселившись.
— Согласна, мистер Кларк.
Он заглянул ей в глаза, и Джил на несколько секунд затаила дыхание. Улыбка исчезла с ее лица, по спине побежали мурашки, а в животе возникло сильное волнение.
— Папа! — крикнула Кристи, разрушая чары. — Пошли!
Брэндон отвернулся, а Джил в смятении прижала руку к сердцу. Она глотала воздух, желая охладить щеки.
— Гм-м… у нас перемирие? — спросила она, удивляясь, что может говорить после того, как попалась в ловушку его необыкновенных глаз.
Брэндон обернулся. Шутливого огонька в его глазах уже не было.
— Я не прочь, если вы «за». Что угодно ради девочек.
— Верно. Ради девочек…
Потом он занялся разгрузкой. Джил подняла трясущуюся руку к своим все еще пунцовым щекам. Что она делает, забывая об осторожности и обмениваясь чувственными взглядами с Брэндоном? Да, им нужно как-то ладить. Даже вести себя как друзья. Но то, что она погрузилась в его неотразимые глаза, привело ее на чрезвычайно личную и опасную территорию.
По многим причинам именно сюда ей не следует попадать.
Через час после приезда в Кэннон-бич Брэндон помог Джил и Саре расстелить два больших одеяла рядом с громадным бревном. Девочки тем временем играли на мелководье, строя песочные замки и брызгаясь холодной водой Тихого океана под присмотром Лесли.
Брэндон поставил два больших переносных холодильника на край одеяла. Джил хлопотала у другого одеяла и шутила с Сарой, отчего застенчивая девочка улыбалась и смеялась.
Его невольно поразило, что Джил взяла именно стеснительную Сару под свое крыло на этот день. Было ясно, что Джил по-настоящему хорошая, заботливая и чуткая женщина.
Он внимательно посмотрел на нее, и в сотый раз был поражен ее свежей, естественной красотой. Джил потрясающе выглядела с развевающимися на ветру волосами, розовыми щеками и широкой улыбкой.
Брэндон отвел глаза, желая хоть на несколько минут избавиться от опасных мыслей. Как бы не так…
Ему хотелось подойти к ней ближе и крепко поцеловать, прошептав на ухо слова восхищения и одобрения. Однако он сомневался, что Джил оценит такой шаг — поцелуй будет большой ошибкой. Кроме того, если он это сделает, то ему будет несказанно трудно впоследствии расстаться с ней.
— Все готово, — объявила Джил. — Сара, дорогая, сбегай и скажи остальным, что пора кушать.
Сара кивнула и улыбнулась беззубым ртом.
— Хорошо, миссис Линдстром.
Брэндон наклонился, открыл холодильник и вытащил пакеты с едой.
— Мне понравилось, что вы взяли под свое крыло Сару, — заявил он. — Она очень расположена к вам.
— Она новенькая в отряде и плохо знает других девочек. Я подумала, что надо как-то подбодрить бедняжку. Это поможет ей провести целый день с малознакомыми людьми. — На лице Джил появилась легкая тень. — Я тоже была застенчивой в ее возрасте, поэтому знаю, каково это. Моя руководительница была очень добра ко мне, и я не забыла этого. Я хочу сделать то же самое для Сары.
— Вы были застенчивой? — удивился Брэндон. — Не могу представить вас такой. Вы кажетесь мне очень общительной.
Джил опустила глаза, а потом заметила:
— Когда я была ребенком, опыты моего отца… вызывали массу насмешек. Поэтому я была очень сдержанной, боялась реакции людей.
Он с сочувствием посмотрел на нее.
— А дети дразнили вас?
— Все время.
У Брендона заныло сердце. Бедняжка, что она пережила в детстве! Он не успел ответить, так как появились девочки. Ноги у детей были мокрыми и в песке, волосы развевались на ветру. Впрочем, девчонки беспрестанно смеялись.
Джил пустила по кругу сырое полотенце и бутылку антибактериальной жидкости. А я бы не додумался до этого, размышлял Брэндон.